В магазине было холодно и очень темно, только на прилавке у продавщицы мигала коптилка. Продавщица отпускала хлеб.

У прилавка с одной стороны тянулась очередь. Люди подходили, протягивали карточки и получали кусочек хлеба, маленький, но тяжёлый и влажный, потому что муки в нём было совсем мало, а больше воды и хлопкового жмыха, который ленинградцы называли «дурандой».

А у другой стороны прилавка кучкой столпились дети. Даже при слабом свете коптилки было видно, какие у них худые, измождённые лица. Шубки не облегали ребят, а висели на них, как на палочках. Головы их поверх шапок были закутаны тёплыми платками и шарфами. Ноги — в бурках и валенках, и только на руках не было варежек: руки были заняты делом.

Как только у продавщицы, разрезавшей буханку, падала на прилавок хлебная крошка, чей-нибудь тоненький озябший палец торопливо, но деликатно скользил по прилавку, поддевал крошку и бережно нёс её в рот.

Два пальца на прилавке не встречались: ребята соблюдали очередь.

Продавщица не бранилась, не покрикивала на детей, не говорила: «Не мешайте работать! Уйдите!». Она молча делала своё дело: отпускала людям их блокадный паёк. Люди брали хлеб и отходили.

А кучка ленинградских ребят тихо стояла у другой стороны прилавка, и каждый терпеливо ждал своей крошки.

Такого дня не видел Ленинград!

Нет, радости подобной не бывало…

Казалось, что всё небо грохотало,

Приветствуя великое начало

Весны, уже не знающей преград.

Гремел неумолкаемо салют

Из боевых прославленных орудий.

Смеялись, пели, обнимались люди…

Ведущий. Тот день стал одним из самых счастливых, одновременно одним из самых скорбных – каждый, доживший до этого праздника, за время блокады потерял или родственника, или друзей…

Мы чашу горя выпили до дна.

Но враг не взял нас никаким измором.

И жизнью смерть была побеждена,

И победили человек и город!

Год сорок второй…

Полгорода лежит в земле сырой.

Неугасима память поколений.

И память тех, кого так свято чтим,

Давайте, люди, встанем на мгновенье,

И в скорби постоим и помолчим.

Ведущий. Минута молчания – в ней не 60 секунд.

В ней - 900 блокадных дней и ночей.

Эта минута – самая тихая, самая скорбная, самая гордая.

Ведущий. За мужество и героизм, проявленные жителями блокадного города, Ленинград получил звание Город-Герой, награждён орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда».

Ведущий. Подвиг, совершенный людьми во время блокады, нельзя чем-либо измерить. Его нужно помнить всегда и чтить память героев. Будем же и мы с благодарностью помнить подвиг Ленинграда!