Передо мной на компьютерном столике стоит фотография. Черно-белая, с царапинами и обломанными уголками. Остановленный на ней с помощью фотомагии краткий миг бытия успел выцвести и пожелтеть под лучами жарких минувших лет и ветров перемен, бушующих в нашем мире. На фотографии крупным планом запечатлена молодая девушка – черноволосая, с копной непокорных локонов. Она сидит за столом, под разлапистым фикусом, склонившись над ученическими тетрадями…

Кучерова (Жукова) Зоя Прокофьевна: Эта молодая учительница – моя бабушка по маме. Она всю свою жизнь посвятила детям, школе, избрав однажды профессию учителя начальных классов и ни разу не пожалев о совершенном выборе.

Парфенова (Жукова) Татьяна Прокофьевна: Ее родная сестра до пенсии проработала в той же школе учителем математики и завучем. В годы Великой Отечественной войны добровольно ушла на фронт связисткой, была награждена орденом Отечественной войны II степени.

Начало их профессионального становления пришлось на голодные и холодные послевоенные годы разрухи.

  • В классах было до 50 (!) детей разного возраста (так называемые «переростки» – жертвы послевоенного периода), но все хотели учиться.
  • Учителя сами топили печи, разлиновывали газеты для прописей.
  • Подкармливали (как сейчас бы назвали – малообеспеченных) вареной картошкой и другими немудреными обедами.
  • В суровые зимние морозы или бураны разводили детей по домам.

Помимо школы, бабушка работала во вторую смену в интернате, была избрана народным депутатом. А сколько времени и сил затрачивала на проверку тетрадей (это ведь начальные классы), родительские собрания и консультации, походы с детьми! Родителей всех учеников знала, что называется, в лицо и поименно, нередко посещала их сама, беспокоясь за каждого ребенка. Своего ребенка часто видела только спящим: уходила рано, когда дочь еще спала, а приходила – она уже спала. Время от времени доставала из портфеля ее дневник и… успокаивалась – в нем были только пятерки. Поэтому она и не разрешила поступать в педагогический институт своей единственной дочери – не захотела для нее столь сложной судьбы. Наверное, ее можно понять…

Никифорова (Кучерова) Вера Георгиевна: Моя мама, хотя и не получила педагогического образования, работала не один год в школе учителем рисования.

И до сих пор помню, как в детстве слушала рассказы из их профессиональной жизни как сказки, и передо мной отчетливо возникали яркие красочные картины.

Первым своим учителем могу смело назвать свою бабушку: первоклассницей я много болела, практически не посещала школу, но по результатам итоговых контрольных были почти все пятерки (кроме двух четверок – по музыке и по ИЗО). Когда пришло время выбирать профессию, не сомневалась (только были раздумья: поступать на физико-математический факультет или факультет иностранных языков). После долгих размышлений возобладала склонность к точным наукам (возможно, наследство двоюродной бабушки), и через 5 лет учебы мне была присвоена квалификация «учитель физики и информатики». Несмотря на то что мне не удалось вернуться в школу уже в качестве учителя, уже 18 лет работаю методистом в системе дополнительного образования.

И лишь с годами я осознала истину: чтобы стать Учителем, недостаточно получить диплом соответствующего института или поставить нужную запись с печатью в трудовой книжке. Научить решать уравнение «икс в квадрате плюс игрек в квадрате», писать сочинение на тему «Андрей Болконский под небом Аустерлица», вычислять время, необходимое для полной остановки автомобиля – это только малая, доступная для всеобщего обозрения вершина такого непростого труда педагога.

Сегодня понимаю, что, решив стать Учителем, берешь на себя нелегкое обещание быть лучшим человеком (именно быть, а не казаться им), безмолвно произносишь слова клятвы, аналогичной клятве Гиппократа. Считаю, что настоящему Учителю присуща особая нравственная выправка (по аналогии с военной выправкой).

Все чаще в сложной ситуации в голову приходят мысли: «Одобрили бы они мое решение или нет? Как поступили бы они сами на моем месте? Права ли я?» Все чаще возникает вопрос: «Достойна ли я дел своих Учителей?»

Время неумолимо бежит вперед. Но я верю, что где-то в школьном классе под названием Вечность все также идет урок. И молодая учительница произносит заветные слова «Здравствуйте, дети…», и 50 пар внимательных глаз пытливо взирают на черноволосую, с копной непокорных локонов, девушку...