Февраль 1917 года: революция или переворот?

Февраль 1917 года. Революция или переворот?

Февральская революция – одна из темных страниц в русской истории. По сей день остается много загадок вокруг этого события. Во многом это связано с тем, что в советское время тема Февральской революции изучалась только с точки зрения марксистко-ленинской идеологии. По мнению советских историков, причинами революции являются назревание противоречий буржуазного общества, неизбежность классовой борьбы и неспособность правительства повлиять на обстановку в стране. Сама революция постепенно переросла в Октябрьскую.

В настоящее время количество точек зрения на Февральскую революцию растет. Из основных можно выделить либеральную, консервативную и социалистическую, во многом повторяющую марксистко-ленинскую идеологию.

Консервативная концепция российского исторического процесса, где главной чертой является вера в особый путь развития России и идеалом считается дореволюционная монархическая страна, отрицаются неизбежность революции и наличие для нее внутренних причин.

Представители либерального и социалистического направлений в историографии признают причинную обусловленность и закономерность революционных событий.

Но помимо оценивания предпосылок и последствий революции возникают разногласия и в оценивании характера революции. В этом вопросе историки делятся на две неравные группы: большинство считает, что революция носила стихийный характер, явное меньшинство - организованный. Конечно, надо понимать, что нельзя заявлять об исключительности одного вида характера, и, наверное, в каждой революции есть место и организации и стихийности, но, так получилось, что именно второй вариант считается более предпочтительным, во многом из-за желания людей, пришедших к власти замести свои следы.

В наше время появляется все больше работ на тему организации Февральской революции. Так, С.В. Куликов в своей статье «Революция, переворот или заговор? Февраль 1917-го спустя сто лет» изучает Центральный военно-промышленный комитет в качестве штаба по подготовке и проведению революции. Члены комитета: А.И. Гучков, А.И. Коновалов, А.А. Бубликов, М.И. Терещенко и М.М. Федоров, стали вождями Февральской революции, принимали активное участии в ее подготовке.

В 1915 году, разочаровавшись в царской власти, А.И. Гучков поднял мысль о революции, вокруг него начали собираться кружки контрэлиты. 29 ноября 1915 г. была избрана Рабочая группа ЦВПК, которая, прикрываясь деятельностью по улучшению бытовых условий жизни пролетариата, занималась революционной деятельностью: наряду с безобидными бумагами через ее делопроизводство проходили откровенно антиправительственные документы.

В конце сентября 1916 г., с одобрения председателя IV Государственной думы М.В. Родзянко и лидеров Прогрессивного блока, А.И. Гучков приступил к технической подготовке государственного переворота, имевшего официальной целью замену Николая II наследником-цесаревичем Алексеем Николаевичем при регентстве великого князя Михаила Александровича. Революционная агитация велась как среди пролетариата, так и в армии, в результате чего к заговору была привлечена военная верхушка Российской империи. К заговору А.И. Гучкова оказались, так или иначе, причастны, генералы, занимавшие к началу Февральской революции ключевые посты в армейской иерархии: начальник Штаба верховного главнокомандующего М.В. Алексеев и главнокомандующие Северо-Западным, Юго-Западным и Кавказским фронтами Н.В. Рузский, А.А. Брусилов и великий князь Николай Николаевич (двоюродный дядя Николая II).

На проходившем в Петрограде 12-15 декабря 1916 г. под председательством А.И. Коновалова Совещании представителей областных военно-промышленных комитетов лидеры ЦВПК открыто взяли курс на революцию. По предложению Рабочей группы очередной задачей военно-промышленных комитетов намечалась «не борьба с отдельными проявлениями режима, а бесповоротное устранение его и полная демократизация страны» и создание «Временного правительства, опирающегося на организующийся, самодеятельный и свободный народ».

Но, кроме Гучкова и Рабочей группы ЦВПК, были и другие силы, не желавшие видеть Николая II на российском престоле. Очень влиятельной фигурой был А.И. Путилов, председатель правления «Общества Путиловских заводов», директор Московско-Казанской железной дороги, председатель русского общества «Сименс-Шуккерт» (ныне завод «Электросила»), председател Русско-Балтийского судостроительного общества, а также председатель правления Русско-Азиатского банка. Он был самым тесным образом связан с Бродвейским банкирским сообществом. Его представителем на Бродвее 120 был Джон МакГрегор Грант. Членом банковского консорциума являлся Абрам Лейбович Животовский, родной дядя Льва Троцкого по материнской линии. После февральской революции Путилов активно способствовал финансовым потокам сначала в поддержку Керенского, а затем и большевиков. Важную роль в организации рабочих волнений сыграли начальник Путиловского завода Николай Федорович Дроздов и начальник ГАУ Алексей Алексеевич Маниковский. Заговор назрел, как сказал Керенский: «Сцена для последнего акта спектакля была уже давно готова. […] Час истории, наконец, пробил».

Не успел Государь выехать в Ставку, как 23-го февраля в четверг в Петрограде началась забастовка на некоторых петроградских заводах. Забастовка была приурочена к пресловутому революционному женскому «празднику» 8-го марта, который по Юлианскому календарю приходится на 23-е февраля. Поэтому главными застрельщиками забастовки стали текстильщицы Выборгского района. Их делегатки отправились по другим заводам и вовлекли в забастовку около 30 тысяч человек. К вечеру это число достигло 90 тысяч человек.

Особую роль в февральских событиях сыграла ситуация на Путиловском заводе. Там, ещё 18 февраля 1917 года рабочие одного из цехов потребовали 50% прибавки к зарплате. Причём, выдвигая такое непомерное требование, рабочие бастующего цеха не посоветовались со своими товарищами из других цехов. Когда же директор завода наотрез отказался выполнять это требование, рабочие устроили сидячую забастовку. Дирекция пообещала сделать надбавку в 20%, но одновременно 21-го февраля уволила рабочих бастующего цеха. Эта крайне неумная, с точки зрения интересов администрации, мера привела к распространению забастовки на другие цеха. 22-го февраля администрация объявила о закрытии этих цехов на неопределённое время. «Это означало, – справедливо пишет Г. М. Катков, – что тридцать тысяч хорошо организованных рабочих, в большинстве высококвалифицированных, были буквально выброшены на улицу» . Таким образом мы можем наблюдать, что вся забастовка 23 февраля была хорошо распланирована.

25 февраля Николай II, узнав о волнениях, приказал к следующему дню подавить беспорядки. Было арестовано большинство членов Рабочей группы ЦВПК, на улицы выведены войска – движение пошло на убыль.

В ночь с 26 на 27 февраля Керенский, Гучков, а также оставшиеся на свободе члены Рабочей группы в помещении ЦВПК устроили совещание с целью скоординировать свои действия. На следующий день происходит провокация с убийством командира Волынского полка. Подозрение падает на солдат, которым, в случае доказательства их причастности к содеянному, грозит расстрел. Чтобы избежать этой участи Волынский полк поднимает мятеж. Волнения разгораются с новой силой. Толпами руководят боевики, направляют их на военные заводы, стреляли в полицейских и солдат.

Начинается массовая охота на полицейских, спровоцированная слухами о поставленных на крышах пулеметах, из которых полицейские якобы должны были расстреливать восставших. Не было найдено ни одного заслуживающего внимания факта, можно с уверенностью сказать, что «протопоповских пулеметов» не было.

Позднее, уже в эмиграции, сами февралисты приписывали это «воображению возбужденных масс». В настоящее время исследователями это квалифицируется как «психоз».

Но жертвы у этого психоза были самые что ни на есть реальные… В ночь с 27 на 28 февраля из 7000 петербургских полицейских было убито около половины.

28 февраля произошло разоружение правительственных войск в Петрограде. Поезд с Николаем II, возвращавшимся в столицу, был заведен в тупик. 1 марта император отрекся от престола. Пала династия Романовых, правившая страной чуть более 300 лет.

Таким образом, мы можем наблюдать, что за организацией Февральской революции стояли люди, спланировавшие государственный оборот и много сделавшие для того, чтобы революция состоялась. Революция не была стихийной, субъективных факторов к революции было гораздо больше чем объективных. К сожалению, многим организаторам революции удалось остаться в тени, создать иллюзию народного возмездия.

Список литературы:

С.В. Куликов «Революция, переворот или заговор? Февраль 1917-го спустя сто лет»

П. Мультатули «Николай II. Отречение, которого не было»

Г.М. Катков «Февральская революция»

Саттон Э. «Уолл-стрит и большевистская революция»

А.Ф. Керенский «Россия на историческом повороте»