Лексика материальной культуры в русском и чешском языках в сравнительно-сопоставительном аспекте

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ФИЛОЛОГИИ И ЖУРНАЛИСТИКИ

КАФЕДРА ОБЩЕГО ЯЗЫКОЗНАНИЯ

ЛЕКСИКА МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ СО ЗНАЧЕНИЕМ «ЕДА, ПИЩА» В РУССКОМ И ЧЕШСКОМ ЯЗЫКАХ В

СРАВНИТЕЛЬНО-СОПОСТАВИТЕЛЬНОМ АСПЕКТЕ

Направление: Гуманитарные науки

Секция: Филология

Автор: Андреева Яна Евгеньевна

Руководитель: Белякова Светлана Михайловна

Тюмень 2013

Введение

Характерной чертой современной науки о языке является большой интерес исследователей к сопоставительному изучению языков. Изучение лексики как родственных, так и неблизкородственных языков в настоящее время находится на таком этапе, когда пересматриваются многие, даже не вызывающие ранее сомнений положения. Сопоставительно-типологические исследования способствуют осознанию как структуры иностранного языка с позиции родного языка, так и структуры родного языка с позиции иностранного. Сравнительный анализ разных языков позволяет определить общие для них черты, а также выявить особенности каждого из исследуемых языков. Главной целью сравнительно-сопоставительного изучения языков является не столько выявление языковых феноменов, сколько обнаружение национально-культурных различий стран, обслуживаемых сопоставляемыми языками. Особенно четко культурные различия проявляются на лексическом уровне, что делает актуальным сравнительно-сопоставительное изучение лексики разных языков.

Целью данной научно-исследовательской работы является сопоставительный анализ двух родственных языков – чешского и русского. В результате исследования выявляются расхождения в языковых картинах мира двух разных лингвокультурных общностей. Для достижения цели были поставлены следующие задачи:

1) изучение научно-исследовательской литературы, посвященной вопросу сопоставительного исследования родственных языков.

2) выбор фактического материала для сопоставительного анализа.

3) выявление общих элементов сопоставляемой лексики.

4) выявление уникальных черт сравниваемых языков, их объяснение.

В качестве фактического материала из «Словаря лексических минимумов современного русского языка» под редакцией В.В. Морковкина было выбрано 87 лексических единиц со значением «еда, пища». Затем с помощью русско-чешского словаря были найдены эквиваленты из чешского языка. Данные двух языков были занесены в таблицу с добавлением дефиниций из Большого академического словаря.

В контрастивной лингвистике, которая занимается сопоставительным изучением языков, существует несколько классификаций методов и приемов изучения языков, но мы в своей работе обратились к варианту А.Г.Широковой, которая выделяет три метода сопоставительной лингвистики. Из предложенных наиболее актуальным и подходящим для сравнительного анализа лексики чешского и русского языков является сравнительно-сопоставительный метод, что и определило его выбор в качестве основного приема исследования.

Теоретическая значимость работы заключается в том, что ее результаты могут быть использованы для дальнейшей разработки теории перевода с русского языка на чешский и с чешского на русский. Результаты, полученные в ходе работы, могут быть учтены при дальнейшем изучении проблем отражения культуры в языке, которые являются актуальными в этнолингвистике, социолингвистике, лингвокультурологии.

Практическая значимость исследования заключается в том, что полученные результаты и выводы по изучению лексики родственных языков имеют прямой выход в практику преподавания современных славянских языков, где проблема понимания и передачи национально-культурных реалий остается одной из важнейших. Результаты исследования могут найти применение в практике перевода, как устного, так и письменного, при составлении учебных словарей.

Глава 1. Теоретические проблемы исследования

§1.Предмет, задачи исследования лексикологии

Лингвистическую науку, изучающую лексику того или иного языка, называют лексикологией. Эта наука сравнительно молодая, она оформилась гораздо позднее, чем, например, фонетика. Лексикология существенно отличается от других разделов языка, так как изучает двусторонние единицы, имеющие план выражения и план содержания. Предметом исследования лексикологии современного языка является словарный состав языка, системные отношения между словами. Основные задачи изучения заключаются в определении специфики слова как лексической единицы, установлении связи слова с другими словами в лексической системе языка, а также в классифицировании и описании лексики.

В зависимости от характера лексических единиц и целей их исследования выделяют следующие аспекты лексикологии:

1) общая лексикология изучает универсальные свойства словарного состава разных языков, устанавливает закономерности строения, развития лексики. 

2) предметом изучения частной лексикологии является словарный состав конкретного языка.

3) синхроническая лексикология изучает слова в их современном значении и употреблении.

4) изучением словарного состава языка в процессе его формирования и развития занимается диахроническая лексикология.

5) сопоставительная лексикология исследует словарный состав двух или более языков с целью выявления сходств и различий.

6) вопросы перевода и культуры речи являются предметом исследования практической лексикологии, которая необходима для овладения языком.

По сравнению с остальными областями языкознания лексикология является наиболее сложной для изучения. Это связано прежде всего с тем, что многие лексические явления нуждаются в историческом комментарии, проясняющем особенности их значения и употребления. Лексикология опирается на данные исторических дисциплин, связана со стилистикой, с лингвистическим анализом текста. Язык тесно связан с действительностью, обществом, цивилизацией, что, безусловно, затрудняет изучение лексики. Выбор слова для передачи информации является результатом сложных когнитивных процессов. Это связывает лексикологию с историей, философией, логикой, культурологией, психологией. Н.И. Толстой дает объяснение, почему обнаруживаются трудности при изучении лексической системы языка: «Причина этого кроется, вероятно, прежде всего в практически трудно исчислимом количестве единиц этой системы (лексем), в ее максимальной открытости и зависимости от внеязыковой ситуации – от «системы» или просто конкретного набора реалем» [Толстой 1963, с.29].

Лексика любого языка обладает рядом особенностей, которые делают ее уникальным, особенным разделом языкознания. Во-первых, лексикология включает в себя большое количество объектов, которые подвергаются структурированию, то есть все слова можно поделить на группы, так называемые семантические поля. Во-вторых, лексика связана с внеязыковой действительностью – словарный состав обращен к реалиям. В-третьих, слово рассматривается с точки зрения взаимодействия с другими единицами языка, тесно связано с контекстом. В-четвертых, лексика – это открытая система, поэтому существуют пути пополнения словарного состава языка.

Лексика – одна из основных составляющих языка, система, в которой все части взаимосвязаны. Но несмотря на свою важность и системность, лексикология является наиболее «либеральным» разделом языкознания, формируясь на протяжении многих эпох, постепенно развиваясь и совершенствуясь во всех своих компонентах. 

§2. Методы изучения лексики родственных языков

Интерес к сопоставительному изучению родственных языков особенно возрос в последнее время в связи с «углубляющимися политическими и культурными контактами славянских народов, а также в связи со все возрастающей ролью русского языка как языка международного общения» [Широкова 1978, с.3]. Сопоставительным изучением языков занимается контрастивная лингвистика, которая опирается на строгие методы и приемы. Просто приведение примеров из сопоставляемых языков без опоры на научные методы является лишь иллюстративным материалом и не обеспечивает объяснение явлений. А.Г. Широкова пишет о трех методах сопоставительной лингвистики в зависимости от объектов и целей сопоставительного изучения: сравнительно-историческом, типологическом и сравнительно-сопоставительном.

Главными целями сравнительно-исторического метода являются реконструкция праязыка, выявление закономерностей развития языков от языка-основы до современного состояния. Этот метод позволяет установить сходства и различия языковых явлений в родственных языках, на основе которых возникает вывод о степени родства языков. Сложности, возникающие при применении данного метода, связаны с трудностями взаимоотношения различных языковых уровней.

Менее очерчены границы между типологическим и сравнительно-сопоставительным методами. Результатом типологии является установление отношений и связей: «Типология на основании тех или иных параметров стремится к определению типа языка, к установлению отнесенности языков к той или иной языковой системе» [Широкова 1978, с.4].

Объектом сравнительно-сопоставительного метода являются два или более языков, при этом для сопоставления могут быть взяты любые языки, но, как правило, избираются контактирующие, которые находят точки соприкосновения в различных областях общественной жизни. Объектом также могут служить и отдельные системы языков. Результатами сравнительно-сопоставительного метода являются определение системной соотносительности языков, выявление универсалий и уникалий. Универсальные черты присущи присущи всем сопоставляемым языкам, уникальные – сугубо специфические для каждого конкретного языка. Выявление этих явлений имеет и практическую ценность: универсалии облегчают изучение второго языка, а «осмысление национальной специфики изучаемого неродного языка не только облегчает запоминание уникальных явлений неродного языка, но и помогают лучше и глубже понять национальную специфику своего родного языка» [Закирьянов, Зайнуллин 1998, с.22].

Необходимой предпосылкой сопоставительного анализа является разработка принципов структурного анализа языка. О.Лешка и А.Куримский выдвигают три принципа сопоставления [цит. по: Широкова 1978, с.7]:

1) исходным является простое описание сравниваемых языков;

2) сравниваются явления одного плана (принцип гомоплановости);

3) при сопоставлении необходимо опираться на понятия, объединяющие сравниваемые явления.

При сопоставлении двух языков явления одного языка освещаются сквозь призму другого, поэтому важно, что, с чем и как сравнивать. Сопоставление не ограничивается очевидным сравнением языковых фактов. Явления должны изучаться с опорой на современный научный уровень.

Таким образом, задача сопоставительного изучения родственных языков заключается в установлении системных отношений между языками, выявление принципиального сходства и различий.

Сопоставление языков преследует лингвистическую и методическую цели. Сущность первой заключается в установлении тождества языковых форм (конгруэнтности). Данные такого анализа помогут лучше понять национальную специфику каждого из сопоставляемых языков. Результаты второй активно используются в методике обучения второму, неродному языку.

§3. Особенности национальной культуры и ее отражение в языке

Язык – явление сложное и многоаспектное, поэтому может изучаться с разных точек зрения.

Можно сосредоточиться на внутренней структуре языка, рассматривать исключительно обусловленные друг другом средства выражения. Противоположный подход состоит в признании тесной связи языка с действительностью, что подтверждают слова М.М.Бахтина: «Все слова пахнут профессией, жанром, направлением, определенным произведением, определенным человеком, поколением, возрастом, днем и часом. Каждое слово пахнет контекстами, в которых оно жило своей социально напряженное жизнью» [Бахтин 1979, с. 106]. Существует единство языка и культуры, языка и общества. Язык полностью и адекватно отражает свою культуру в любой момент ее развития. Следовательно, причиной перемен в языке является коллектив членов национально-культурной и языковой общности. Данная точка зрения присутствует и в философии, в частности в работах Т.Гоббса, Д.Локка, Р.Декарта, Д.Дидро, И.Канта. Описанием и анализом взаимоотношений языка и общества, языка и культуры занимаются такие дисциплины, как социолингвистика, этнолингвистика, лингвокультурология. Исследователи социолингвистики не ограничиваются внутриязыковыми единицами, а регулярно обращаются к явлениям действительности.

В разных языках внеязыковая действительность выражается по-разному, и благодаря этому различию возможно изучение лексики в сравнительно-сопоставительном аспекте. При сопоставлении различных языков мы будем иметь дело с реалиями для ряда этнических групп: «Изучение целого ряда лексических пластов приводит прежде всего к моделированию «культуры» - различных понятий или просто реалий, функционирующих среди носителей того или иного языка» [Толстой 1963, с.30].

Язык является средством общения между людьми. Но это не единственная его функция. Язык имеет и другое назначение – быть средством познания мира; он участвует не только в передаче мысли о чем-то уже познанном, но и в формировании самой это мысли для себя самого. Первая из заявленных функций называется дискурсивной (речемыслительной): «Благодаря этой функции язык является материальной базой мышления каждого человека, которое всегда протекает в вербальных формах, даже если оно достигает чрезвычайно высокого уровня абстракции» [Верещагин, Костомаров 1990, с.16]. Вторая функция, кумулятивная, отражает и фиксирует наличие в языке информации о постигнутой человеком действительности.

С одной стороны, язык – общественно явление, он выступает хранителем информации, которая добыта общностью людей. С другой стороны, усвоенный человеком язык индивидуален. Не каждое явление в языке можно считать отражением культуры всего народа. Некоторые особенности языка представляют собой варианты общечеловеческого, случайно реализовавшегося в данном языке. Это можно назвать поверхностным уровнем отражения культуры: особенности культуры народа находят выражение в особых единицах лексического уровня языка. Тем не менее, индивидуально сознание – это совместное знание, продукт социализации человека. Язык сообщает индивиду хранимые им сведения, накопленные на протяжении ряда поколений.

Тезис о взаимосвязи языка и культуры долго вызывал противодействие у преподавателей языков. В педагогической среде бытовало мнение, что изучение иностранного языка – это лишь усвоение нового кода (строго определенной комбинации знаков). Акценты ставились в основном на изучении грамматики, что связано с традицией изучения мертвых языков. Но этот метод, перенесенный на живые языки, оказался непродуктивным. Многие педагоги стали решительно отвергать самодостаточность грамматики, выдвигая мысль о том, что изучение языка должно идти параллельно с освоением мира культуры и действительности. По мнению педагога Я.А.Коменского, без обращения к внеязыковой действительности человек, изучающий язык, использует слова, не вкладывая в них никакого смысла. Реформа в сфере преподавания иностранных языков сопровождалась возрастанием интереса к культуре изучаемого языка, в том числе и родного.

Каждый народ по-своему понимает явления действительности, для каждого народа характерны различные ассоциации: «Эквивалентные семемы в другом языке могут возбуждать у представителей другого народа совершенно другие ассоциации, определяемые спецификой когнитивных понятий, мировидением и миропониманием» [Гудавичюс 1993, с.22]. Смысл высказывания появляется только при определенном отношении предложения и действительности, наличии контекста. Смысл – это интерпретация лексического значения в данной речевой ситуации. Следовательно, особенности сознания отдельного народа могут проявляться в реальных текстах; «они будут восприниматься носителями данного языка – представителями этого народа, но не смогут актуализироваться в текстах другого языка, эквивалентных с точки зрения языковых значений, следовательно, не будут восприниматься представителями другого народа» [Гудавичюс 1993, с.22].

Несомненно, культура отражается в языке очень глубоко. Данный постулат приводит к некоторым выводам. Во-первых, словари не отражают полностью того, что существует в сознании говорящего. Во-вторых, изучение языка должно включать в себя и изучение культуры народа, так как язык является хранителем национального сознания.

§4. Лексика материальной культуры

Уже не раз в нашей работе отмечалась социальность языка, его связь с действительностью. В лексических единицах находит свое отражение национальная культура народа с его жизнью, историей, мировоззрением.

Зависимость семантической системы языка от культуры неодинакова в различных ее сферах. Особые трудности возникают при исследовании лексико-семантических полей с абстрактным значением: «Как часто отмечалось, область интеллекта наиболее благодатна для «полевых» исследований; сомнительно, чтобы в других областях «понятия» разграничивались столь же четко» [Караулов 1976, с.315]. Особенно четко обнаруживает себя взаимосвязь языка и культуры народа там, где его отдельные элементы расчленены – в области, связанной с материальной культурой.

Предметно-бытовая (материально-бытовая) лексика включает в себя единицы, характеризуемые словарем с двух точек зрения:

1) по отношению к определенной сфере человеческой деятельности;

2) по отношению к другим группам лексики материальной культуры и быта.

В значении материально-бытовых слов наблюдается самая тесная связь лексического значения с конкретными свойствами в действительности. В объем значения этих слов входят как минимум два показателя: особенности внешнего вида и функции. Зрительный образ и функциональный элемент являются неотъемлемой частью семантики предметно-бытовой лексики. Предметные слова преимущественно однозначны, у них слабо развита синонимия. По мнению Д.Н.Шмелева, данный факт усиливает их денотативную прикрепленность.

Предметно-бытовая лексика относится к этнографическим названиям в широком смысле слова, т.е. словам, обозначающим предметы, связанные с особенностями быта, материальной и духовной культуры того или иного народа. Именно особенности номинации этих понятийных пространств находят отражение в лексическом составе каждого из сравниваемых языков. Предметно-бытовая лексика - один из наиболее живых, динамичных участков словарного состава. Вместе с тем она представляет собой частную лексическую систему с собственной структурой, а значит, сопоставление позволяет прийти к определенным заключениям относительно функционирования этого участка лексикона.

Таким образом, в силу перечисленных особенностей предметно-бытовой лексики, становится очевидным тот факт, что этот лексический пласт наиболее привлекателен для структурирования при помощи сравнительно-сопоставительного анализа.

Особое место в лексической системе любого языка занимают семантические единицы со значение «еда, пища». Кухня является визитной карточкой любой культуры. Лексика с данным значением отражает один из древнейших пластов материальной культуры и быта человека, поэтому «значительное количество единиц с указанной семантикой характеризуется национально-культурной детерминированностью» [Костина 2008, с.84]. В связи с этим представляется перспективным сравнительно-сопоставительное изучение данной группы предметно-бытовой лексики. В результате анализа выявляются сходства и различия не только в языковой системе сопоставляемых языков, но и в особенностях мировосприятия носителей разных языков, отражающих внеязыковую действительность. Многие исследователи культурных традиций русского народа связывают процесс принятия пищи с процессом беседы: «Главное для русского застолья – не поесть и даже не выпить, а, разомлев от хорошей выпивки и закуски, открыть свою душу другому человеку» [Шмелев 2002, с.426]. Слово «застолье» отражает не столько идею пиршества с едой, сколько культурный пласт русской ментальности.

Таким образом, в русском языке слово «еда» обладает широкими семантическими и ассоциативными возможностями. Научной ценностью обладает сравнение статуса лексики, связанной с процессом еды, в русском и любом иностранном языке с целью выявления особенностей картины мира носителя родного и неродного языков.

Глава 2. Анализ лексики со значением «еда, пища» в русском и чешском языках

Для изучения лексики чешского и русского языков в сопоставительном аспекте из «Словаря лексических минимумов современного русского языка» под редакцией В.В. Морковкина нами было выбрано 87 лексических единиц со значением «еда, пища». С помощью Большого академического словаря были определены значения данных слов, затем найдены их эквиваленты в чешском языке из русско-чешского словаря. Данные были оформлены в виде таблицы, которая содержит в себе три графы: «Слово из русского языка», «Чешский эквивалент», «Лексическое значение».

Для лексики любого языка характерно структурирование элементов по тематическим группам, поэтому мы разделили имеющийся материал на 14 групп:

1) мясные продукты (masový potraviny) – 14 единиц (и в русском, и в чешском языках).

2) молочные продукты (mléčné potraviny) – 6 единиц.

3) сладости (sladkosti) – 8 единиц.

4) ягоды (bobule) – 6 единиц.

5) напитки (nápoje) – 9 единиц.

6) фрукты (ovoce) – 9 единиц.

7) овощи (zelenina) – 8 единиц.

8) выпечка (moučníki) – 7 единиц.

9) блюда (jídla) – 6 единиц.

10) приправа (koření) – 7 единиц.

11) крупа (krupa) – 1 единица.

12) макароны (makarony) – 2 единицы.

13) соусы (omáčka) – 2 единицы.

14) продукты животного происхождения (potraviny živočišného původu) – 2 единицы.

Далее мы выделили универсалии и уникалии, свойственные двум родственным языкам.

§1. Универсальные черты сопоставляемой лексики

Сравнительно-сопоставительный метод изучения лексики родственных языков предполагает выявление универсалий и уникалий. Проанализировав данные, мы обнаружили 47 слов, обладающих общими чертами в русском и чешском языках. Эта группа слов составляет 54% от всего объема слов, что обусловлено родственностью этих двух языков. Однако здесь наблюдаются различные уровни схожести.

Наличествуют слова с полным соответствием корней и схожей структурой слова, например, kaše (каша), čaj (чай), chléb (хлеб), ryba (рыба). Нередки слова с синонимичными корнями: жаркое – pečeně (корни жар- и печ-). Слова vejce (яйцо), okurka (огурец), mrkev (морковь) имеют одинаковые корни и в русском, и в чешском языках, претерпевшие некоторые фонетические изменения, характерные для данного языка. Немалую часть составляют лексические единицы с одинаковыми корнями, но различающиеся по своей словообразовательной структуре (в русском языке слово мороженое - субстантивированное отглагольное прилагательное с корнем морож-; в чешском языке слово zmrzlina - существительное с корнем mrz-, но с приставкой и иным суффиксом). Значительное место занимают слова с формально различными, но семантически обусловленными корнями. Например, русское слово макароны (чешское těstoviny) имеет дефиницию «пищевой продукт из пресного пшеничного теста», что свидетельствует о семантической связи русского и чешского корней. Мотивировочные признаки могут быть связаны не только с материалом, как в случае со словом těstoviny, но и с цветом (pohanka - гречка), формой и размером (brusinky – клюква), действием и назначением (omáčka – соус). Если обратиться к этимологии всех этих слов, то можно сказать, что они относятся к общеславянскому пласту лексики, что и объясняет их созвучность.

Исходя из формальных и семантических особенностей слов, чешскую и русскую лексику можно разделить на 4 группы:

1) чешско-русские синонимы, т.е. слова, которые совпадают и по форме, и по содержанию: čaj (чай), ryba (рыба), maslo (масло), tvaroh (творог), husa (гусь).

2) чешско-русские омонимы: jahoda (клубника), smetana (cливки).

3) слова, образованные от одинаковых корней при помощи разных аффиксов: zmrzlina (мороженое), pečivo (печенье), hovězí (говядина), zavařenina (варенье).

4) слова, совпадающие по значению, но различающиеся по форме: pečeně (жаркое), těstoviny (макароны).

Немалую часть составляют такие слова, как kompot, boršč. Эти лексические единицы так же, как и предыдущая группа слов, созвучны со своими эквивалентами в русском языке, но они уже не относятся к общеславянскому периоду. Слово должно обозначать известные человеку предметы, явления. Понятие «борщ» является в разной степени актуальным для русского и чешского языков, что и стало причиной процесса заимствования. Это - совершенно ожидаемое и закономерное явление развития словарного состава не только на почве собственного языка, но и благодаря заимствованию из другого, особенно родственного, языка. Воздействие русского языка на чешский стимулировало собственные словообразовательные процессы чешского языка. Так, в XIX в. чешский язык заимствовал у русского слово zeleň, а затем, используя свои собственные словообразовательные ресурсы, сформировал слово zelenina (овощи).

Среди общего количества слов наличествуют заимствования из английского и немецкого языков. Слово kaviár (икра) пришло в чешский язык из английского, где эквивалентом этого слова является caviar. Из немецкого язык принял в повседневное пользование единицу šunka (ветчина), что связано с историей и территориальным положением Чехии, которая граничит с Германией. Раньше немцы называли помидор райским яблоком, и влияние немецкого языка отражено в одном из вариантов чешского эквивалента rajské jabličko. Универсальными элементами для многих языков являются лексические единицы kakao, čokoláda.

Проанализировав слова в выделенных тематических группах, мы пришли к выводу, что наибольшая часть единиц общеславянской лексики выделяется в группе «Молочные продукты» (83%). Это объясняется тем, что продукты на основе молока составляют ядро материально-бытовой лексики со значением «еда, пища», их ранним историческим появлением в рационе человека. Также значительной схожестью слов отличается группа «Напитки» (77,8%), но если в первой группе это объясняется принадлежностью слов к общеславянскому пласту лексики, то во втором - базу составляют заимствования, которые функционируют во многих языках (limonáda, kakao). Меньше всего общих черт наблюдается в группе «Мясные продукты, виды мяса» (28,6%).

§2. Уникальные черты сопоставляемой лексики

Перейдем к чертам, которые присущи чешскому языку как носителю определенной национальной культуры.

Мало кто знает, что в Чехии изготовляют не только лучшее в мире пиво, но и отменного качества вино. По чешской легенде, однажды французский король подарил Карлу IV виноградную лозу. Несколько лет спустя Карл угостил короля вином из плодов этой лозы, выросших на чешской земле. Сначала королю не понравилось, но потом он опустошил всю бутылку. «Странное, но хорошее вино, когда распробуешь» - ответствовал в итоге французский король. Для чехов эта легенда символизирует отношение всего мира к Чехии и к ее жителям. Таким образом, у этого народа с самых ранних периодов развития собственной истории сложилось особое отношение к вину и виноделию. Вполне возможно, что последствия этого явления обнаруживаются в языке. Если мы посмотрим на чешский эквивалент слова виноград, то увидим, что он формально совпадает с эквивалентом слова вино, то есть «материал», из которого производят вино, графически равен получаемому напитку. В чешском языке используется также лексическая единица hrozny со значением «ягоды вьющегося теплолюбивого растения».

Нельзя не обратить внимание на то, что чешский язык не заимствовал, как это сделал русский язык, слово соус для обозначения «жидкой приправы, подливки к кушанью». Также в чешском языке нет отдельного эквивалента к русской лексеме подливка. Он «консервативен» в плане жидких приправ, оставляя свою номинацию omáčkа.

Словукотлета в чешском языке соответствует единица karbanátek. Чешский эквивалент созвучен с русским карбонад с дефиницией «кусок свинины, жареный или запечённый».

Обратимся к дефинициям со значением «сладкая густая масса из фруктов в сахарном сиропе». В русском языке наличествуют три номинации для этого значения –повидло, варенье и заимствованное джем. В чешском языке им соответствуют эквиваленты povidla, zavařenina и džem, причем наиболее употребительным считается слово zavařenina, а не английское заимствование, которым активно пользуется немалая часть земного шара. Русский язык также не поддался этому процессу и в своем словарном составе сохраняет лексическую единицу варенье. Такая «принципиальность» связана с уважением не столько к самому продукту, сколько к своей культуре и истории. Россия и Чехия на разных этапах своего исторического развития проходили крутые виражи, которые сформировали в них жизнестойкость и высокий уровень национального самосознания. Жители обеих стран научились выживать и сохранять свои традиции, поэтому, несмотря на масштабное проникновение слов из английского языка в другие языки, чехи и русские не позволили ликвидировать собственные наименования этого продукта, разграничивая свою культуру, языковые особенности и реалии других стран.

Заключение

В результате сравнительно-сопоставительного исследования лексики русского и чешского языков были выявлены универсалии и уникалии, определены причины сходств и различий в сопоставляемых языках. Эти положения являются главными задачами сравнительного анализа, что позволяет нам говорить о том, что, используя сравнительно-сопоставительный метод изучения языков, мы достигли поставленной цели.

Проанализировав материально-бытовой пласт лексики чешского и русского языков, мы выявили 54 % общих черт, что обусловлено родственностью сопоставляемых языков и близостью материальных культур. Весь материал (87 единиц из русского языка, 86 из чешского) был разделен на 14 тематических групп, в которых были выделены и объяснены общие черты и расхождения. Также было обнаружено, что для некоторых лексем русского языка не существует эквивалентов в чешском. Это привело к выводам об актуальности тех или иных блюд, продуктов в двух странах.

Выявление уникалий в сопоставляемых языках невозможно без изучения истории России и Чехии, современного политического и социального положения стран. Лексика материальной культуры двух народов тесно связана с культурой духовной и менталитетом русских и чехов. В дальнейшем предполагается расширение круга сопоставляемой лексики, рассмотрение ее словообразовательных и стилистических особенностей.

Библиографический список

Большой академический словарь русского языка/ ред. Заяц А. А., Балахонова Л. И., Кругликова Л. Е. М.: Наука, 2007. – в 7т.

Лексические минимумы современного русского языка/ ред. Морковкин В.В. М.: Русский язык, 1985. – 608 с.

3. Русско-чешский и чешско-русский словарь онлайн: http://slovnik.seznam.cz.

4. Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Язык и культура: Лингвострановедение в преподавании русского языка как иностранного. 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Русский язык, 1990. – 246 с.

Гудавичюс А. Глубинный уровень отражения культуры в лексической семантике// Исследования по семантике (сопоставительно-типологический аспект): Межвузовск.научн.сб./ Башк.ун-т. – Уфа, 1993. – С.16-23.

Закирьянов К.З., Зайнуллин М.В. К проблеме сопоставительного изучения языков// Актуальные проблемы сопоставительного языкознания: Материалы научно-практической конференции/ Изд-е Башкирск.ун-та. – Уфа, 1998. – С.20-23.

Караулов Ю.Н. Словарь как компонент описания языков. – В кн.: Принципы описания языков мира. Отв.ред. В.Н.Ярцева, Б.А.Серебренников. М.: Наука, 1976. – С.313-318.

Костина О.Н. Лингвокультурологические особенности единиц со значением «пища, еда» в английском и русском языках // Res studiosa. - Северодвинск, 2008. - Вып. 3. - С. 80-85.

Мурясов Р.З. К проблеме актуальности контрастивных исследований в лингвистике// Актуальные проблемы сопоставительного языкознания: Материалы научно-практической конференции/ Изд-е Башкирск.ун-та. – Уфа, 1998. – С.3-5.

Плеханова Л.П. «Процесс еды и беседы» как предмет филологического исследования (лексическая тема "еда" в русском культурном сознании) // О русском языке в историческом, теоретическом и лингвокультурологическом аспектах. - Липецк, 2009. - С. 89-106.

Попова З.Д., Стернин И.А. Вопрос об эквивалентности семем, выраженных лексемами разных языков. – В кн.: Лексическая система языка (внутренняя организация, категориальный аппарат и приемы изучения). Ред. М.Ф.Васильева. Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1984. – С. 69-78.

Попова З.Д., Стернин И.А. Из истории изучения структурных отношений в лексике. – В кн.: Лексическая система языка (внутренняя организация, категориальный аппарат и приемы изучения). Ред. М.Ф.Васильева. Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1984. – С. 86-90.

Попова З.Д., Стернин И.А. Методы выделения лексических группировок. – В кн.: Лексическая система языка (внутренняя организация, категориальный аппарат и приемы изучения). Ред. М.Ф.Васильева. Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1984. – С. 103-112.

Судаков Г.В. Предметно-бытовая лексика в ономасиологическом аспекте// Вопросы языкознания. М.: изд-во Академии наук. – 1986. - №6. – С.105-111.

Тарланов З.К. Методы анализа языка на лексико-семантическом уровне// Методы и принципы лингвистического анализа. – Петрозаводск: Изд-во Петроз.ун-та, 1995. – С.50-69.

Толстой Н.И. Из опытов типологического исследования славянского словарного состава// Вопросы языкознания. М.: изд-во Академии наук. – 1963. - №1. – С.29-45.

Трубачев О.Н. Этимологические исследования и лексическая семантика. – В кн.: Принципы и методы семантических исследований. Под ред. В.Н.Ярцевой, Г.В. Колшанского, В.Н. Телия. М.: изд. «Наука», 1976. – С.147-177.

Широкова А.Г., Васильева В.Ф., Едличка А. Чешский язык. – М.: Изд-во МГУ, 1990. – С.302-315.

Широкова А.Г. Системно-функциональная и узуальная эквивалентность при сопоставительном изучении славянских языков// Вестник Моск. ун-та. Сер.9, Филология. - 1992. - №4. – С.27-37.

Широкова А.Г. Теоретические предпосылки сопоставительного изучения славянских языков// Вестник Моск.ун-та. Сер. Филология. – 1978. - №6. – С.3-13.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/213950-leksika-materialnoj-kultury-v-russkom-i-chesh