Воздействие семьи на духовно нравственное развитие детей

«Воздействие семьи на духовно-нравственное развитие детей»

Все родители убеждены, что они знают и любят своего ребенка, но на вопрос, в чем именно они видят проявление этой любви, большинство ответить затрудняются. Педагогически целесообразная родительская любовь – это любовь к ребенку во имя его будущего, а не во имя удовлетворения собственного родительского чувства. Важнейшая из этнопедагогических формул, выведенная Г.Н.Волковым, гласит: «Что такое воспитание? Пример и любовь. Больше ничего!». Трагедия современности в исчезновении примеров, в том числе и семейного образа жизни. Люди перешли к одиночно-коммунальному сосуществованию, формально члены семьи живут под одной крышей, у них общий бюджет, но родители и дети видят друг друга крайне редко, нет общих интересов, дел, целей. Это не зависит от возраста детей и качества жизни. Дети много времени проводят в дошкольных учреждениях, затем в школьном возрасте – в школе, кружках, секциях, занимаются с репетиторами, общаются со сверстниками, отдыхают в лагере и т.д. Родители в первую очередь озадачены материальным положением семьи, и с каждым годом семьи любого уровня доходов тратят больше сил и времени на поддержание привычного уклада жизни. И родители и дети фактически «не знакомы» друг с другом. Слишком много времени отнимает борьба за материальное благополучие и стабильность. Отсюда желание окружить ребенка своеобразной «защитной стеной», которая обеспечивала бы ему максимальный материальный и психологический комфорт (лучшие игрушки, одежда, книги, детский сад, школа). Желание родителей освободить своего малыша от любых трудностей, обеспечить его всем, по их мнению, необходимым и лучшим оборачивается для ребенка эгоизмом, его неумением и нежеланием строить отношения с другими людьми по принципу толерантности и взаимопонимания. Ориентация в семейном воспитании на индивидуализм, примат личных интересов лишают нас надежды на построение правового государства, живущего по законам гражданского общества.

Показателен и такой пример. Детям 4-6 лет в ходе бесед и игр индивидуально, в непринужденной обстановке предлагались задания так называемого ассоциативного эксперимента, когда на слово-стимул человек отвечает словом, ассоциативно отражающим его смысл. Принципиально важным является именно личностный смысл, которым ребенок обозначает слово-стимул.

Для проведения эксперимента отобрали слова-стимулы, обозначающие родственные связи внутри семьи: семья, мама, папа, сестра, брат, дом. Так как респонденты – дети 4-6 лет, для первого эксперимента такого числа слов-стимулов было достаточно.

Всего в ходе эксперимента опросили 127 детей из дошкольных учреждений. Результаты эксперимента ярко высветили проблему детско-родительских отношений. Так, на слово-стимул «мама» ответы не отличались разнообразием: «моя», «она красивая», «она меня любит», «она воспитывает», «она ласковая» и т.д. Другими словами, мама для ребенка остается, пожалуй, самым светлым и нужным человеком и «претензии» к мамам не были выявлены. Что касается слова «папа», детские представления оказались несколько другими. Так, примерно 30% респондентов считают, что «он работает», «он приносит деньги», «работник всегда на работе», «он зарабатывает зарплату»; 8-10% ответили, что «его нет», «я его не знаю», «он никогда не приходит (не бывает)», «он ругается (кричит)», «он сердитый (злой, грубый)». Около 40% респондентов уверены, что папа – это «тот, кто смотрит телевизор» или «он лежит на диване». Остальные ответы также в основном содержали информацию неприятия папы: «он мамин муж», «он водит ребенка в детский сад». К сожалению, ответы с положительной эмоциональной окраской составили всего 6-7%. В них вошли такие ответы: «папа сильный», «он мужчина», «он со мной играет», «он меня любит».

Интересны и показательны реакции на слово-стимул «семья». Тревожным фактором являются крайне отрицательные ответы детей (12-14%). Такие как «тигры», «крикуны», «когда взрослые ругаются», «нет денег», «волчье логово». В основном ответы положительные: «там живут все родные», «папа, мама и дети», «мы все и бабушка», «хорошие люди, это когда все и весело», «в ней дружно живут». Остальные ответы в целом также положительны и могут быть связаны с какими-то событиями в детской жизни, которые накладывают эмоциональный отпечаток, например: «осьминоговая семья», «когда варят кушать и смотрят телевизор», «хорошая жизнь», «моя семья», «майонез».

Думается приведенных примеров достаточно для вывода о том, что посредством детской речи можно узнать о действительном положении дел в любой семье. В целом этот вывод не очень утешителен.

Для развития стабильных семейных отношений необходимы не только экономическая база, но и духовная основа, способствующая семейным отношениям. Сущность семейного воспитания заключается в характере и качестве повседневной жизни и взаимоотношений, реализующихся в традициях, обычаях, устоях, привычках, обязанностях и т.д. Семья всегда воспитывает детей по своему образу и подобию, формирует характер и нравственность ребенка всем строем своей жизни. Кардинальные изменения образа жизни требуют изменения традиционно-культурного уклада большинства российских семей, привычно выстраивающих отношения на приоритете старших над младшими, подчинении воле мужа как главы семейства. Переход от традиционно патриархального уклада жизни к современному образу жизни преимущественно городской нуклеарной семьи вызвал глобальные изменения в отношениях родителей и детей, наставников и учеников. Главное изменение состоит в том, что патерналистские отношения между родителями и детьми сменяются коллегиальными, а право суждения о достоверности и необходимости обретаемых знаний становится прерогативой последних. Г. Ильин писал: «Ни фигура отца (матери) – воспитателя, ни фигура преподавателя – носителя объективного знания не исчезают из сферы образовательного пространства, не перестают быть субъектом образовательного процесса, но основой становится фигура обучающегося». Развитие нашего общества позволяет предположить, что мы переходим к стадии не только кофигуративного типа культуры, но уже и префигуративного. Трансляция культуры происходит не только в направлении от взрослых к детям, но и от детей к взрослым. Многие взрослые не смогли перестроить привычный жизненный уклад и испытывают серьезный стресс от окружающей действительности, которая для детей с момента рождения единственно реальная. Люди, воспитанные в патриархальном духе и убежденные в том, что личность формируется в основном и даже исключительно в первые два, три или пять лет жизни, обычно не сомневаются во всемогуществе родителей, приписывая все трудности и недостатки воспитания главным образом их некомпетентности или небрежности. «Дайте мне других матерей, и я дам вам другой мир», - писал христианский богослов и писатель Августин в IV в., и под этим суждением охотно подписались бы многие классики педагогики. Но все гораздо сложнее. Во-первых, родительское отношение к детям органически связано с общими ориентациями культуры и собственным прошлым опытом родителей. Ни то, ни другое нельзя изменить мгновенно. Во-вторых, при всей значимости родители никогда не были и не будут единственными и всемогущими вершителями судеб своих детей. Даже оценить реальную степень родительского вклада без учета множества других, на первый взгляд посторонних, факторов практически невозможно. Рыночные условия диктуют свои требования к ориентации воспитания на социально статусное положение ребенка в обществе. При этом возникает серьезная проблема сохранения духовно-нравственного воспитания ребенка в семье. Духовность и нравственность стали почти обузой для современного российского общества. Если церковь призывает своих прихожан быть духовными людьми, хотя бы внешне соблюдать заповеди и устои, то светская духовность общества никем не контролируется и не фиксируется. Духовность всегда связана с бескорыстием, а сейчас корыстолюбие приобретает почти повальный характер. Родители оказались не способны соблюсти баланс между воспитанием у детей таких качеств, как практичность, деловитость, предприимчивость и милосердие, великодушие, порядочность. Вместе с тем духовность – результат общего развития личности. Не существует специальных упражнений и воздействий для её формирования. Невозможно воспитать духовного человека только через призывы быть добрым, отзывчивым, внимательным, снисходительным. Нельзя полюбить труд не трудясь, а лишь внушая себе, что труд – высокая ценность. Бессмысленно призывать любить красоту, помещая человека в условия «помойки». Воспитывать духовность нужно с самых элементарных качеств: самообслуживания, уважения чужих интересов («мама спит», «нужно не шуметь», «раздели конфету на всех или предложи попробовать»), терпимости («ты быстро оделся, а бабушка нет, она старенькая», «помоги ей найти очки», «будь снисходительным к пожилым людям»), соблюдения этикета и т.д. упущения в воспитании таких качеств обязательно скажутся: вырастая, ребенок начинает играть в духовность, исполняя навязанную ему роль, он не сможет без свидетелей сохранить высокий уровень поведения и отношений, и в экстремальной ситуации произойдет неожиданное для всех и постыдное для человека падение. Духовное развитие заключается, во-первых, в освобождении от принуждения извне, когда ценность принимается личностью не под давлением, во-вторых, в объеме и круге интериоризованных личностью ценностей, когда их палитра многоцветна, как и сама жизнь. Воздействие семьи на духовно-нравственное развитие детей отличается интимностью, индивидуальностью, неповторимостью и любовью. Любовь – одна из важных сфер семейного взаимодействия: супругов друг к другу, родителей к детям, младших членов семьи к старшим и т.п. Она создает единую психическую и духовно-эмоциональную атмосферу семьи. Любовь должна быть способна на сострадание, терпение, сочувствие, принятие человека таким, каков он есть. Если человек не получает не получает такой любви в детстве, ему сложно компенсировать это во взрослой жизни. Родители должны помнить, что их любовь к ребенку – залог его психического здоровья. Все, что укрепляет эту любовь, играет решающую роль в формировании детской личности. Исторические данные показывают, что современные житейские представления о родительской любви не универсальны, что она – продукт длительного и противоречивого исторического развития. Родители знают, как нужно любить своего ребенка. Их присутствие дома, рядом с ребенком на прогулке, постоянные поучения, даже специальные занятия – это еще не любовь. А ведь именно любовь в будущем помогает справиться с трудностями подросткового периода. У 85% подростков, которые совершали правонарушения, не было теплых, доверительных отношений с родителями в дошкольном детстве. Г.Н. Волков приводит данные, что 95% преступников, отбывающих наказания, на вопрос, помнят ли они о том, что им в детстве пели колыбельные песни, ответили отрицательно. Как показал опрос, проведенный центром «Школа дошкольных наук», 90% родителей все же поют детям колыбельные песни. При этом только несколько родителей (около 2%) из220 опрошенных, смогли воспроизвести полный текст самой известной, старинной русской колыбельной песни «Баю - баюшки, баю, не ложись на краю…». Чаще всего родители исполняли репертуар современных (или не очень) поп-исполнителей. Наблюдения показали, что пение колыбельных песен вызывает у детей положительные эмоции, успокаивает, оказывает усыпляющее действие. Ритм колыбельной песни обычно соотносится с ритмами дыхания и сердцебиением матери и ребенка. Внутренняя настройка на другого человека через ритм его движений – самый древний, универсальный и успешный способ психологического присоединения к партнеру. Таким образом, происходит объединение двух людей в одну энергоинформационную систему, ведомую общим ритмом. Мать и ребенок обучаются языку общего ритма естественным путем, когда ребенок находился в утробе, и позже они только настраиваются друг на друга. Вот почему так важно ласкать ребенка, прижимать к себе, гладить, обнимать, чтобы он слышал дыхание матери и ритм ее сердца. В американской этнопедагогике есть «золотое» правило: родители каждый день обнимают своего ребенка и говорят ему: «Я тебя люблю», «Ты самый лучший мальчик на свете», «Ты самая милая девочка в мире». На это отводится не менее получаса в день. Американские педагоги так и говорят – «на любовь». Для наших родителей полчаса «на любовь» не дозволительная роскошь. Важнейшая потребность, которую испытывает ребенок, вступающий в общение, - получить от партнера «поглаживание», т.е. сочувствие, одобрение как подтверждение общего расположения к себе. Это – необходимое условие для обеспечения общего душевного спокойствия и уверенности в себе. По данным психологов, ребенку для ощущения эмоционального благополучия нужно не менее восьми «поглаживаний» в день. Семья является основным источником сочувствия и поддержки и может оказать их своевременно, тонко и ненавязчиво. Однако родители, не зная об этом аспекте межличностных отношений, не всегда понимают, что ребенок часто обращается к ним не за конкретным советом, а за пониманием. Можно предложить родителям обратить внимание на то, как часто и зачем подбегает к ним ребенок во время прогулки, в гостях, дома. И они сами увидят, что он ничего не взял, ничего не сказал, а хотел дотронуться до мамы. Для ребенка важно это прикосновение. Он спокоен, мама рядом, здесь, с ним. Иначе говоря, она обращает на него внимание. Ведь каждый человек нуждается не столько в рациональной оценке успешности или неуспешности своих действий, сколько в поддержке и утешении, которые важны для становления личности. «Поглаживания» могут затрагивать положительную оценку поведения, внешности, взглядов, результатов труда, характера и способов деятельности. Обозначенный круг проблем, связанных с воздействием семьи на духовно-нравственное развитие детей, далеко не полный и требует дальнейших исследований и разработок методических и практических материалов для родителей и педагогов.

Материал подготовила: воспитатель,

Пищенкова Марина Валерьевна

МБДОУ д/с «Чебурашка», г. Десногорск

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/251916-vozdejstvie-semi-na-duhovnonravstvennoe-razv