Статья «Песенное наследие Соловьёва-Седого»

Каждый год в нашей стране появляются сотни новых песен. Разной бывает их судьба. Некоторые становятся на время популярными, даже модными: все их напевают, они часто звучат по радио и телевидению. Но проходит время – и песня «приелась», никто ее больше не поет, не вспоминает. Она исчезает из жизни навсегда, не затронув нас по-настоящему. Встречаются, однако, песни, которым суждено остаться в памяти людей на долгие годы. Это – песни, которые затрагивают глубокие струны души, говорят о самом важном в жизни человека и народа. С ними неразрывно связаны дорогие для каждого из нас впечатления и воспоминания, чувства и мечты. Такие песни часто превращаются в безымянные: их поют, не задумываясь над тем, есть ли у них автор, и кажется, что создал их сам народ. Такое «забвение» имени композитора – высшая награда для него.

Лучшие песни, сопровождавшие людей и во время войны, и в труде, и на отдыхе принадлежат Василию Павловичу Соловьеву-Седому. В годы Великой Отечественной войны поддерживали в трудные минуты бойцов песни «Вечер на рейде», «Играй, мой баян», «Соловьи», «Давно мы дома не были», «Когда песню поешь», «На солнечной поляночке». Часто звучали песни Соловьева-Седого в тесном кругу друзей, в клубах, дома. Это песни о верной дружбе, о нежной любви. Сразу же вспоминаются «Где же вы теперь, друзья-однополчане», «Версты», «Подмосковные вечера». И сегодня мы часто слышим эти и многие другие песни Василия Павловича в исполнении молодых певцов. В песнях Соловьева-Седого запечатлен путь, пройденный народом за минувшие годы. Их можно назвать «звучащей летописью» истории. О том, что чувствовали и переживали люди, чему радовались и печалились, что их трогало и волновало – об этом задушевные лирические песни Соловьева-Седого расскажут лучше многих исследований и хроник.

«Жизнь наша всегда богата событиями, богата людскими чувствами. В ней есть, что прославить, и есть, что сопережить - глубоко и вдохновенно». В этих словах заключено кредо замечательного советского композитора В. Соловьева-Седого, которому он следовал на протяжении всего творческого пути

Впервые В.П.Соловьева-Седого заметили, как композитора-песенника на ленинградском конкурсе массовых песен в 1936 году: первой премии удостоили «Парад» на слова А.Гитовича и «Песню о Ленинграде» на слова Е.Рывиной. Песни Соловьева-Седого запели известные певцы: Ирма Яунзем в 1935 году на декаде советской музыки в Москве спела его песню «Гибель Чапаева», Леонид Утесов спел впервые его песни «Служили два друга» и «Казачью кавалерийскую».

Однако первым Соловьева-Седого заметил великий И.Дунаевский. Он сумел разглядеть в нём незаурядный музыкальный дар. Поэт Александр Чуркин, на стихи которого Соловьёв-Седой написал не одну песню, оказался в конце 1930-х годов свидетелем такого диалога Утёсова с Дунаевским. "Пожалуй, ты единственный, - говорил Утёсов, - кто может сочинять такую мелодию, что люди запоют её прямо по дороге с концерта". "Нет, почему же? - возразил Дунаевский. - На ленинградском музыкальном небосклоне восходит новая звезда - молодой Соловьёв-Седой. Не хочу быть пророком, но уверен: ему суждено большое плавание…" Так Василий Соловьёв - сын дворника и горничной-служанки - стал всемирно известным композитором.

Певучее начало России обрело единое русло с началом Великой Отечественной войны. Казалось бы, на войне не до лирики. Но именно война, как самое страшное духовное испытание народа, востребовала русскую лирическую песню. Песню распевную, протяжную, интимную. В Великую Отечественную именно такая песня оказалась близка солдатской психологии. Она духовно связывала воина с родными и близкими, с которыми война его разлучила. Она была подобна молитве, без которой не укрепиться духом перед смертным боем.
22 июня 1941 года началась война, а уже на следующий день поэтесса Л.Давидович принесла Соловьеву-Седому стихи под названием "Застава дорогая". Они были написаны до войны и подправлены, так что получился необходимый куплет:

Но злая вражеская стая

Над нами, как туча, взвилась

Застава дорогая

За Родину поднялась

24 июня Соловьев-Седой сочинил мелодию этой песни. Помчался к своему другу - актеру Театра драмы имени А.С.Пушкина Александру Борисову, нашли баяниста, и в тот же вечер песня уже звучала из репродукторов над родным городом. Новая песня "Играй, мой баян" пришла на смену исполнявшейся до войны Марком Бернесом песне "Тучи над городом встали", популярной до войны.

В период войны Соловьев-Седой создает много замечательных песен: "Вечер на рейде", "Вася Крючкин", "О чем ты тоскуешь, товарищ моряк", "Как за Камой, за рекой", "На солнечной поляночке", "Не тревожь ты себя, не тревожь" и другие.

В годы Великой Отечественной войны “Вечер на рейде” была одной из любимых лирических песен, причем не только у моряков, про которых в ней поется. Ее пели все. Раздольный и задушевный, полный грусти напев.
Думается, секрет тут в точно схваченном, верно и просто переданном чувстве любви к родному дому, ко всему, что нам близко и дорого и что надо было отстоять в жестоком, смертельном бою.

Родилась песня в Ленинграде, который уже в первые месяцы войны стал прифронтовым городом. На дальних и ближних подступах к городу строились рубежи обороны. Все население принимало участие в этой работе.
Как и все ленинградцы, авторы будущей песникомпозитор Василий Павлович Соловьев-Седой и поэт Александр Дмитриевич Чуркин рыли траншеи, гасили зажигательные бомбы, а вечерами и в субботние дни работали в Ленинградском порту, который назывался «Лесной». В то время его причалы были завалены горами бревен, и надо было их убрать, сложить штабеля, чтобы уменьшить опасность пожара от зажигательных бомб.
Однажды летним августовским вечером, после длинного трудового дня поэт и композитор присели отдохнуть на борту разгруженной баржи. «Ничто не напоминало о войне,—вспоминал впоследствии А.Чуркин— Волны чуть слышно плескались о морскую гальку. Залив был окутан синей дымкой. Невдалеке на рейде стоял корабль. С него доносилась тихая музыка —там кто-то играл на баяне…Соловьев-Седой сидел молчаливый и задумчивый. Когда мы отправлялись домой, он сказал: «Замечательный вечер. Стоит песни». Видимо, у него уже зародилась мелодия, потому что он тут же сообщил мне «размерчик»… Содержание нужно такое: моряки покидают любимый город, прощаются…» «Я думал о моряках, которые отдают свою жизнь, защищая морские подступы к нашему городу,—рассказывал В. П. Соловьев-Седой,— и меня охватывало горячее желание выразить в музыке их настроения и чувства. Дома я сел за рояль и за несколько часов сочинил песню, варьируя бесконечно одну и ту же фразу: «Прощай, любимый город…» Получилась мелодия припева, а слов для припева не было. Композитор позвонил А. Д. Чуркину и попросил его приехать. «Приехал в знакомую опустевшую квартиру,— продолжал свои воспоминания поэт.— Композитор сел за рояль, и полилась взволнованная широкая мелодия.
— Начать надо так: «Прощай, любимый город…»,— сказал Соловьев-Седой.
Я «подкинул» вторую строку: «уходим в море скоро». Композитор зачеркнул: «Нет, «уходим завтра в море…» Я согласился, но поспорил немного из-за рифмы: город — море — совсем не рифма. Василий Петрович сказал, что рифма в данном случае не имеет существенного значения. Вместе мы сочинили и продолжение: «и ранней порой мелькнет за кормой знакомый платок голубой…»

Завершив работу над песней, авторы отправились с нею на улицу Зодчего Росси, где располагался Ленинградский Союз композиторов.
Однако этот первый показ песни окончился неудачно. Ее не приняли, как упадочную и минорную. Время было тяжелое, в кровопролитных боях наши части оставляли города и села, и чтобы вдохнуть в людей хоть толику оптимизма, песни писались преимущественно бодрого, маршевого характера, героико-патриотического склада. Все были под впечатлением потрясающей песни А.В.Александрова и В.Лебедева-Кумача «Священная война», которую передавали по радио несколько раз в день, в песне же «Вечер на рейде» нет ни героики, ни патетики…

В своих воспоминаниях композитор рассказал, что не принятую коллегами песню он пустил в свет лишь зимой 1942 года, спев ее в солдатской землянке под Ржевом, когда уже шло наступление и настроение было совсем другое, когда прощание с родным городом не ассоциировалось с отступлением. И песня зазвучала иначе…
Между тем документы и воспоминания участников обороны Ленинграда свидетельствуют о том, что «Вечер на рейде» пели там осенью и зимой 1941 года. Сам Соловьев-Седой мог об этом и не знать, поскольку в это время уже находился в эвакуации на Урале. Вероятно, забыл композитор, как, расстроенный плохим приемом своего произведения в Союзе композиторов, решил он заглянуть по дороге домой к старым своим друзьям—в Центральный ансамбль Военно-Морского Флота, созданный в Ленинграде незадолго до войны и руководимый композитором И. О. Дунаевским.
Самого Дунаевского в ту пору в Ленинграде не было. Война застала его в гастрольной поездке с другим коллективом—ансамблем песни и пляски ЦДКЖ. Соловьева-Седого встретил тогдашний начальник ансамбля М. И. Вайнер. Вот что он рассказал о событиях того давнего военного августа:
«Хорошо помню тот памятный визит к нам Василия Павловича. Был он взволнован и возбужден. Вдвоем с хормейстером ансамбля Герчиковым уединились они в осиротевшем кабинете художественного руководителя, долго о чем-то говорили. А потом до меня донеслись звуки рояля и негромкое пение. Незнакомый напев, задушевный, волнующий, заставил отложить все дела. Это был «Вечер на рейде»…
Мы эту песню сразу приняли, разучили и стали везде исполнять. Лето и по крайней мере всю осень и зиму сорок первого года она уже во всю звучала в концертах ансамбля… В нашем исполнении «Вечер на рейде» был записан и не однажды транслировался по радио».
Ансамбль с огромным успехом исполнял эту песню и во время своих гастролей в Москве в 1942 году. Тогда же ее издали массовым тиражом.
Популярность «Вечера на рейде» была столь велика в годы войны, что появились различные варианты и переделки песни.
Парашютисты-десантники пели:

Споемте, друзья, ведь завтра в полет
Летим мы во вражеский тыл.
Споем веселей, пусть нам подпоет,
Кто песен родных не забыл.
Партизаны Крыма, судя по воспоминаниям командира отряда И. Козлова в его книге «В Крымском подполье», сочинили такие слова:
Прощай, любимый город!
Уходим завтра в горы,
И ранней порой
Мелькнет за спиной
Зеленый мешок вещевой.

Итальянские партизаны пели на этот мотив в годы войны песню о девушке — участнице освободительного движения.
В дни героической обороны Севастополя, в 1942 году, там была издана листовка с этой песней.
Великолепно исполнял «Вечер на рейде» популярный дуэт—Владимир Бунчиков и Владимир Нечаев—с хором Всесоюзного радиокомитета.

Песня «Вечер на рейде» и сегодня дорога нам, как и многие другие песни военной поры, оставившие неизгладимый след в благодарной памяти народа.

Соловьёв-Седой обладал незаурядным литературным даром. Ряд его песен сочинён им на собственные стихи. В одной из них он так определяет духовное назначение песни для солдата, готового взглянуть в глаза смерти и победить её:

Не радостной песней, а грустным мотивом
Погибших друзей помяни,
Помянешь друзей - завоюешь иначе,
Солдаты - особый народ!
От боли не плачем, от песни заплачем,
Коль песня до сердца дойдёт.

Большим событием жизни, поворотным для творчества, считал Василий Павлович встречу в 1942 году с поэтом Александром Фатьяновым. В его стихах, говорил композитор, он слышал русскую речь, русскую природу, видел и чувствовал близкий ему русский советский уклад жизни. А.Фатьянов, родившийся в старинном городе Вязники, был поэтом русской души, русской лиричности. Фатьянов сочинял стихи так же, как Соловьёв-Седой - музыку. Если могли быть соавторы, созданные жизнью, чтобы работать вдвоём, так это Алексей Фатьянов и Василий Соловьёв-Седой. Вместе они создали сорок песен, многие их них вошли в золотой фонд советской и мировой песенной культуры. В последние годы войны Соловьев-Седой написал несколько замечательных песен на слова А.И. Фатьянова - "На солнечной поляночке" (1943), "Соловьи" (1944), "Давно мы дома не были" (1945) и другие. Вершиной их творчества можно назвать самую знаменитую их песню "Соловьи". В 1943 году Фатьянов написал лирические стихи о соловьях, в которых выразил единство человека, природы, живого мира в предощущении торжества жизни над смертью:

Ну что война для соловья -
У соловья ведь жизнь своя.
Не спит солдат, припомнив дом
И сад зелёный над прудом,
Где соловьи всю ночь поют,
А в доме том солдата ждут.

Фатьянов прочёл стихи Соловьёву-Седому, и тот услышал в них музыку. В один присест композитор написал песню. Она стала гимном жизни на войне. Всё в ней - и грусть по родному дому, и ощущение весны, и ожидание победы, и тяжкий труд солдатский, жажда жизни. Пение соловья олицетворяет здесь мечту о мире, о торжестве молодости и любви к советскому солдату:

Соловьи, соловьи,
не тревожьте солдат,
Пусть солдаты
немного поспят…

Песня быстро докатилась до передовой. В ней общенародное чувство передано через личное переживание, напевна и широка мелодия, доверительны интонации.

Лирические песни Соловьева-Седого в суровые годы войны пелись в землянке, в кругу фронтовых товарищей, под звуки баяна. От них бойцам становилось теплее на сердце, забывались тяготы войны, утихала боль разлуки с родным домом, с новой силой крепла в душе вера в победу. Значительную роль сыграли и шуточные песни. Композитор ответил той потребности в здоровом юморе, которая никогда не покидала фронтовиков. Искристая меткая шутка и добродушная усмешка всегда были верными спутниками русского солдата. Даже в трудные минуты фронтовой жизни не смолкали среди солдат веселые песни. В содружестве с В.М. Гусевым Соловьев-Седой создает песню "Как за Камой за рекой" (1943). Ее прообразом, как указывает композитор, послужила народная шуточная песня со словами «Ты ли меня, я ли тебя иссушила, ты ли меня, я ли тебя извела». Наиболее яркая из шуточных песен - «На солнечной поляночке». Начав работать над песней, Соловьев-Седой уловил сначала лишь лирическую сторону ее сюжета. Он создал сперва песню-вальс - задумчивую, мечтательную и почти лишенную юмора. Как рассказывает композитор, хотя музыка была благожелательно встречена слушателями, он сам вскоре понял, что ей чего-то недостает. Тогда он написал новый вариант музыки, более удовлетворивший его, а первый вариант перешел в другую песню («Разговор»). Сравнение двух песен показывает, что новым во второй из них - «На солнечной поляночке» - явилось сближение с плясовой песней и частушкой. Музыка сохранила некоторый оттенок мечтательной грусти, но стала живее, подвижнее, приобрела не вальсовый, а народно-танцевальный и частушечный характер.

В первые послевоенные годы появились песни, написанные для кинофильмов: "Небесный тихоход" (1945), где зазвучала ставшая бессмертной песня "Пора в путь-дорогу" (слова С.Б. Фогельсона), а также лента "Первая перчатка" (1946). В 1947 году Соловьев-Седой был удостоен вторично Государственной (Сталинской) премии СССР за песни "Давно мы дома не были", "Стали ночи светлыми", "Пора в путь-дорогу", "Едет парень на телеге". Первый раз он получил Государственную премию в 1943 году. В 1945 году композитор был награждён орденом "Красная Звезда". Сочинив песню "Где же вы теперь, друзья-однополчане?" (1947, слова А.И. Фатьянова), Соловьев-Седой повел от неё цикл, назвав его поначалу "Возвращение солдата", потом уже найдя более общее, эпическое наименование - "Сказ о солдате". Цикл впервые исполнила К. Шульженко в ноябре 1947 года. В цикл вошли шесть песен. Первая - «Шел солдат из далекого края» - рассказ о сердечном прощании советского бойца с жителями освобожденной нашей армией страны, о его пути на Родину. «Расскажите-ка, ребята» - веселая сценка встречи демобилизованных солдат с колхозными девушками. Следующую песню, «Колыбельную» герой цикла поет своему маленькому сыну, вспоминая о минувших годах войны. «Поет гармонь за Вологдой» - музыкальный портрет бывшего фронтовика, а ныне тракториста. Солдатскую дружбу воспевает песня «Где же вы теперь, друзья-однополчане». Наконец, «Величальная» - радостная, оживленная песня, славящая народ-победитель. Пусть «Сказ о солдате» не целиком удачен - лучшие из вошедших в него песен, и прежде всего «Поет гармонь за Вологдой» и «Где же вы теперь, друзья-однополчане», получили широкое признание слушателей.

После войны Соловьев-Седой много работал для кино. Он написал немало превосходных песен. Сойдя с экрана, они сразу же были подхвачены народом. Таковы "Пора в путь-дорогу", "Потому что мы пилоты", задушевная лирическая "На лодке", мужественная, полная энергии "В путь". Им созданы песни для таких популярных фильмов, как "Счастливого плавания!" (1949), "Любовь Яровая" (1953), "Чемпион мира" (1954), "Доброе утро" (1955), "Максим Перепелица" (1955), "Она вас любит" (1956) и др. В общей сложности он стал автором песен для пятидесяти фильмов. Широкую известность композитору принесли песни, написанные для музыкальных комедий "В один прекрасный день" (1955), "Девушка джигит" (1955), "Песня табунщика" (1956), "Шельменко-денщик" (1971).

В середине 1950-х годов весь мир был очарован новой песней Соловьева-Седого под названием "Подмосковные вечера". Эта песня на слова М.Л. Матусовского была написана в 1956 году. Песне "Подмосковные вечера" при создании не сопутствовали необыкновенные обстоятельства.
Композитору заказали музыку к фильму "В дни спартакиады". Фильму композитор не придавал большого значения. Это была хроникально-документальная лента, репортаж, который два режиссера монтировали из кадров, отснятых десятью операторами. Композитор и режиссер остановились на шести сюжетах, из которых пять были связаны с песнями. Слова для всех должен был написать М. Матусовский. Для "Подмосковных вечеров" он принес четыре куплета - обращение к милой тихим подмосковным вечером, когда "песня слышится и не слышится", а "речка движется и не движется, вся из лунного серебра". Музыка решительно подняла текст, приняла на себя основную эмоциональную нагрузку. Поэтому и оказалось возможным подтекстовать к мелодии, когда она широко распространилась, разные слова на разных языках, с заметными изменениями смысла песни.

"Подмосковные вечера" сочинялись на Карельском перешейке в Комарово, в рабочем кабинете дачного дома на Большом проспекте, и первым слушателем была жена - Татьяна Рябова. Сам автор поначалу не оценил свой шедевр. Поэтому и не пошел на международный конкурс песен, проводившийся на всемирном фестивале молодежи в Москве летом 1957 года: предпочел конкурсу другие мероприятия фестиваля, да и больше его занимало, как он сам признавался, "боевое крещение" на фестивале песни "Если бы парни всей земли". Вот почему для него было полной неожиданностью присуждение первой премии и Большой Золотой медали "Подмосковным вечерам".

Говорили, что изначально песня называлась "Ленинградские вечера", но это не так, ведь ее слова написал москвич Матусовский. Это потом ленинградцы стали обижаться: как же так, наш земляк, а самую знаменитую песню назвал "Подмосковные вечера"? Да разве он знал, что это будет самая знаменитая песня! Она два года валялась, никому не нужная. Потом появился Трошин, который спел так, что до сих пор никто его не превзошел. Не случайно "Подмосковные вечера" Соловьева-Седого позднее занесли в Книгу рекордов Гиннесса - как самую исполняемую песню в мире.

"Подмосковные вечера" стали песней-символом, музыкальной эмблемой России для всего мира. После фестиваля песню запели. Прошел год. В Ленинград приехал лауреат первой премии Первого международного музыкального конкурса имени П.И.Чайковского Ван Клиберн. Он неожиданно пришел в гости в Дом композиторов на улицу Герцена. Немного сочинявший музыку, любивший песню, он хотел отдохнуть среди коллег от напряженных гастролей. Ради шуткиВ.Соловьев-Седой сыграл с ним в четыре руки забавный вальсик, а потом и "Подмосковные вечера".
Перед тем, как уехать на родину, Клиберн давал прощальный концерт в Москве. Концерт транслировался и семья В.Соловьева-Седого, естественно, собралась у телевизора. Бисам не было конца. Они составили дополнительное отделение, а публика все еще рукоплескала пианисту. И тогда он сел за фортепиано, и в наступившей тишине вдруг зазвучали "Подмосковные вечера" - в удивительном фортепианном изложении, насыщенно, полнозвучно, с новой гармонической подсветкой, прекрасными подголосками. И зал разразился громовой овацией - не только пианисту: другу советской музыки. Клиберн увез песню за рубеж и продолжал её там играть.В.Соловьев-Седой считал, что этот факт заметно способствовал стремительному распространению песни за рубежом.

С конца пятидесятых годов её играли и пели повсеместно.
Начальный мотив стал позывным сигналом радиостанции "Маяк". Печать публиковала подробные информации из-за рубежа.
Брюссель. Там известный джазмен Кенни Болл перед отлетом в Лондон случайно услышал по радио песню в исполнении венгерского ансамбля и, не уловив названия, тут же набросал мотив на обороте авиабилета.
ВЛондоне Болл сделал джазовую аранжировку и выпустил пластинку с записью под названием "Полночь в Москве": пластинка разошлась в количестве трехсот тысяч экземпляров. США песня стала бытовать в трёх инструментальных вариантах.
Во Франции её включили в программу радио со стихами, обращёнными к далёкому другу с берегов Москвы-реки.
В Бразилию песню привезла из Москвы бразильская фольклорная группа "Фарропинья", и там тоже запись на пластинке передавало радио с такими примерно словами: "В Москве тебя встретят не только снега и ели - там много солнца и тепла. Но прекраснее всего там вечера... В Москве люди всегда улыбаются гостям, но приветливее всего они в тихие, летние вечера."
На конкурсе "Неаполь против всех", где в течение тринадцати недель на сцене театра "Делле Витторио" шло соревнование лучших песен мира и знаменитых неаполитанских песен в исполнении Марио дель Монако, Джильолы Чинкуетти, "Подмосковные вечера" в исполнении Анатолия Соловьяненко получили премию. "

Когда Соловьеву-Седому исполнилось 60 лет, его друг, поэт Михаил Матусовский, сделал ему сюрприз. Приехал в Ленинград, где в филармонии отмечали юбилей композитора, и поднялся на сцену в тщательно отглаженном костюме, но с солдатским вещевым мешком. Снял его с плеча и стал вынимать подарки для юбиляра: мыло "Подмосковные вечера", пудру, одеколон, духи, конфеты, сигареты и все - "Подмосковные вечера"! Зал встретил эту шутку смехом и аплодисментами. Всем стало ясно, что такого яркого свидетельства всенародной популярности не было еще в нашей стране ни у одного композитора. Потом говорили, что самого Василия Павловича эта песня в конце концов так "достала", что он даже убегал из дому, потому что ее регулярно исполняли под окнами его дачи в Комарово. Действительно, практически ежедневно туда приходили люди с баяном и пели "Подмосковные вечера". Но композитор, конечно, никуда не убегал, хотя в последние годы жизни роптал: "Да неужели я только "Подмосковные вечера" написал?"

А вот свою песню "Если бы парни всей земли" (1957) он действительно очень не любил, потому что не переносил пафос. Но это была такая своеобразная акция Долматовского с Бернесом: они пристали с этими стихами к Соловьеву-Седому, а тот даже не успел песню толком доработать, как тут же ее записали и уже на следующее утро она прозвучала по радио. В песне говорится о дружбе молодежи, о «хороводе» юношей всей земли. Поэтому музыка в запеве носит характер оживленного танца. Но в припеве ощущается ритм не только танца, но и марша. В последние дни молодежного фестиваля в Москве ее пели повсюду. Посланцы разных стран увезли и эту песню с собой как память о гостеприимной стране.

В число самых ярких , правдивых, жизненных песен этого периода вошла «Вечерняя песня» («Город над вольной Невой…»), посвященная юбилею Ленинграда. Ее охотно подхватили не только в Ленинграде.

В 1959 году Соловьеву-Седому присуждается Ленинская премия за песни "В путь" (1955), "Вёрсты" (1955), "Если бы парни всей земли" (1957), "Марш нахимовцев" (1949), "Подмосковные вечера" (1956). В драматическом и кукольном театре композитор оформил музыкой двадцать четыре пьесы. В кино В.Соловьев-Седой в эти годы был автором музыки к фильмам "Всего дороже" (1957), "Очередной рейс" (1958), "Повесть о молодоженах" (1959), "Осторожно, бабушка!" (1960), "В трудный час" (1961), "Весенние хлопоты" (1964), "Донская повесть" (1964). Композитором создано несколько песенных циклов: "Сказ о солдате" (1947), "Северная поэма" (1967), "Светлая песня" (1972), "Мои современники" (1973-1975). В 1967 году В.П. Соловьеву-Седому было присвоено звание народный артист СССР, а в 1975 году - Герой Социалистического Труда. Композитор был награжден 3 орденами Ленина, орденом Красной Звезды и медалями.

Как и в годы войны, композитор не мог долго оставаться в тиши своего кабинета. Его тянуло к новым местам, к новым людям. Василий Павлович много ездил по стране и за рубеж. Эти поездки давали богатый материал для его творческой фантазии. Так, будучи в 1961 г. в ГДР, он написал вместе с поэтом Е. Долматовским волнующую "Балладу об отце и сыне". В основе "Баллады" лежит действительный случай, происшедший у могилы солдат и офицеров на территории Западного Берлина

О защитниках Москвы для фильма «В трудный час» Соловьев-Седой и поэт М.Матусовский написали песню «Баллада о солдате». Песня «Баллада о солдате» сурова, в ней чувствуется большое внутреннее напряжение. Трудно быть спокойным, вспоминая о войне, но зубы стиснуты и кулаки сжаты. Будто с усилием, преодолевая огромные препятствия, движется вперед мелодия. Труден был путь солдата, и об этом в песне сказано правдиво, без утайки и прикрас. И вместе с тем музыка проникнута не только болью за все, что пришлось перенести солдату, но и гордостью за то, что он прошел через тяжелейшие испытания войны, не утеряв ни мужества, ни веры в людей и в жизнь. Это – рассказ о человечности советского воина. Такой же характер проникновенного воспоминания о годах войны и серьезного раздумья о ее нравственном опыте носят песни: «Никто не забыт», «Помни о других», «Разговор с городом».

Напоминая о прошлом, призывая не забывать о нем, Соловьев-Седой, однако в послевоенные годы уделяет основное внимание современности. Главным действующим лицом многих его песен стала молодежь. В этих песнях звучат юные голоса, кипят молодые силы. Это созданные в разные годы «Марш молодых рабочих», «Студенческая попутная», «Пора в путь-дорогу», «Что нам ветры» («Дорожная») из кинофильма «Доброе утро».

Например, «Студенческая попутная» («Народом переполнен вокзальный перрон…»). Здесь рассказывается о дружной семье недавних студентов, которая разъезжается после завершения учебы в разные республики Союза. Этот сюжет давал, казалось бы повод погрустить о расставании с родными местами и о разлуке с любимой и любимым. Но в героях песни бурлит такая жажда деятельности, такая неуемная молодая энергия, что не остается места грустным чувствам. Однако в этой песне есть все же внутренний контраст. После мажорного запева, который выдержан в очень стремительном и четком движении, следует более мягкий минорный припев, где на ритм частого перестука колес накладывается плавная певучая мелодия (такое сопоставление встречается во многих дорожных песнях советских композиторов, начиная с И.Дунаевского, и навеяно примером «Попутной песни» М.Глинки).

Бодрая молодежная песня есть и в вокальном цикле «Четыре портрета ребят с целины». Это - «Песня ровесников». Тут же - сатирическая «Песенка лодыря»: «Почему здесь нету дяди…» Но остальные две песни носят иной характер. Композитор рассказывает не только об энтузиазме молодежи, но и о тех трудностях и переживаниях, которые приходится преодолевать каждому в своем нелегком деле. Так появились в цикле две песни о любви и разлуке: «Маманя» и «Там, говорят, бураны». Первая - ласковая, нежная, немного грустная. Вторая - очень серьезная, глубоко выражающая печаль одиночества, тоску по далекой подруге.

С песнями о молодых рабочих перекликаются другие - о молодых солдатах и моряках. Герои «Марша нахимовцев» - юные моряки. Музыка создает ощущение простора, бескрайней шири. Более сурова и строга солдатская песня «В путь!» (из фильма «Максим Перепелица».) В ней полностью соблюдены признаки армейского походного марша: ровность и четкость поступи, настроение решительности и удали. И в то же время здесь есть и задумчивость, и лирическое чувство. В песнях «Солдат всегда солдат», «Раз, два», «Что солдату надо», «Солдату полагается служить» - и воинская удаль, и мужественность, и сочный, крепкий юмор.

Всесоюзное признание и международная популярность не породили у Соловьева-Седого творческого самоуспокоения. Взыскательный к себе художник не почил на лаврах. Он продолжает искать новое, расширять тематический и жанровый диапазон своего творчества. Наряду с песнями традиционного типа, предназначенными для исполнения в быту, он пишет вокальные произведения, более сложные и развитые по форме, в которых поэтическое слово воплощается с большей детализацией и фортепианная партия приобретает еще более значительную самостоятельную роль. Композитор по-прежнему называет многие из них песнями, но по существу, в них усилены черты камерного жанра и они приближаются к романсу. Такого рода песни-романсы Соловьев-Седой объединил с обычными песнями в три цикла: «Северная поэма», «Светлая песня», «Мои современники».

«Северная поэма» на слова Г.Горбовского - лирическое повествование о человеке. Герой поэмы - поэт, уехавший в тайгу, чтобы постичь «всю царственность труда». Соловьев-Седой чутко уловил особенность поэзии Горбовского и нашел для нее адекватное музыкальное воплощение.

Следующий цикл - «Светлая песня», также на слова Г.Горбовского - имеет второе название: « Песни о любви». И содержание одиннадцати из двенадцати номеров полностью отвечает ему. Лишь в финале - «О России» - стихи рисуют эпический образ, но и он получает в поэме лирическую окраску. Ценность песен Соловьева-Седого прежде всего в том, что они естественны и эмоциональны. Это - музыка хорошо сделанная, но не деланная, тщательно продуманная, но не придуманная, не надуманная и, главное, как всегда у этого автора - живая, сердечная, добрая.

Третий цикл - «Мои современники» - двенадцать песен, свидетельствующих о новых неутомимых поисках композитора, свежести его творческой мысли.

Какой должна быть песня, чтобы ее полюбили все, да к тому же прочно и надолго? Прежде всего - близкой людям содержанием, чувствами и образами. Песни Соловьева-Седого стали нашей классикой. А классика никогда не стареет.

В.П. Соловьев-Седой - один из выдающихся мастеров советской песни, один из самых советских и самых русских композиторов. Он написал около 400 замечательных песен, пронизанных чувством любви к Родине. Многие из них поют до сих пор. В историю мировой музыкальной культуры он вошёл как песенный летописец советского народа, один из основоположников советской музыкальной культуры, её классик. Другой великий советский композитор Арам Хачатурян писал ему: "От нашей эпохи останутся в истории музыки единицы. Среди очень немногих останешься ты, Гомер нашей эпохи". Редко так говорят великие о великих. Но композитора пережили его песни, которые в нашей стране стали поистине народными. Это целая эпоха в музыкальной культуре страны.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/155541-statja-pesennoe-nasledie-solovjova-sedogo