Воспитательный потенциал инклюзии

Воспитательный потенциал инклюзии

В данной статье ведется обращение к анализу воспитательного значения инклюзивного образования для всех его участников. В нашей стране долгое время категории «дети с ограниченными воз­можностями здоровья» было отказано в праве на получение нормального образования. Инклюзия является инновацией, не обеспеченной в должной мере ни организационно, ни методи­чески, ни юридически. Поэтому ее успех, раскрытие ее потен­циала зависит от людей, которые ее реализуют.

Изначально инклюзивное образование было ответом на требования родителей детей с инвалидностью, которые от­стаивали право своих детей получать образование наряду со здоровыми детьми, несмотря на присущие им ограниче­ния. Возможность находиться в обычной социальной сре­де, общаться с другими детьми, вырваться за рамки семьи или специального учреждения рассматривалась как благо для детей с ОВЗ, как важный ресурс их развития, имеющий огромное воспитательное значение. Поскольку речь шла о реализации законных прав на образование детей с ОВЗ, то вопросы о том, каково будет остальным детям, каково бу­дет отношение к ситуации родителей, как быть учителям, отошли на второй план. Сначала нужно было выполнить конституционное требование, а затем уже определяться по отношению к этим вопросам.

Тем не менее проблема воспитательного потенциала ин­клюзивного образования для всех его участников очень важна. Так какие же возможности и в каких направлениях создает инклюзия для детей с ОВЗ, остальных детей, роди­телей и учителей?

Инклюзия и дети с ОВЗ

Главным воспитательным ресурсом для детей с ОВЗ явля­ется то, что они оказываются в такой же социальной среде, как и другие дети, их сверстники, не имеющие ограничений (корректного термина для детей без ОВЗ, увы, нет - «обыч­ные», «здоровые» не годится, еще хуже «нормальные» и прочее с намеком на «аномальность» тех, кто с ОВЗ). Дети с ОВЗ приобретают возможность получения широкого со­циального опыта, установления контактов с различными людьми, включая сверстников, опыта принятия и отверже­ния в коллективе, формирования симпатий и антипатий, ко­роче, они обретают среду, отличную от узких рамок семьи и условий специального учреждения, в котором они находят­ся среди себе подобных.

Насколько пагубной в воспитательном отношении может быть ситуация социальной депривации, показывают про­блемы социальной адаптации, с которыми сталкиваются выпускники детских домов и те, кто вынужден иметь с ними дело. Сирота, привыкший к особому отношению, к безот­ветственности, отсутствию необходимости планировать свою жизнь, не имеющий опыта самоопределения, в обыч­ном социуме, не имея каких-либо ограничений здоровья, не­редко оказывается беспомощным. Статистика по тому, как дети-сироты адаптируются во взрослой жизни, до самых по­следних лет была крайне неутешительной.

Итак, инклюзия - это возможность устранить фактор социальной депривации и возможность для ребенка с ОВЗ получить социальный опыт, без которого проблемы соци­альной адаптации в будущем могут не позволить ему реа­лизовать себя, свой потенциал. Вопрос только в том, при каких условиях инклюзия будет полезна для ребенка с ОВЗ и каковы риски.

К сожалению, в общем виде можно говорить только о принципах и ограничениях, при которых эти возможности будут реализованы в позитивном смысле. И определяющи­ми будут три основных фактора:

как будет учиться ребенок с ОВЗ в сопоставлении с остальными детьми;

какими будут его отношения со взрослыми;

какими будут его отношения со «здоровыми» сверстни­ками.

Рассмотрим образовательный процесс. Ребенок с ОВЗ нуждается в особых условиях, он не может учиться, как все. Если в коллективе ценится успех, результат, социаль­ный ранг, то для такого ребенка есть риск сразу оказаться в аутсайдерах, в неуспевающих, в отстающих. Его принятие в коллективе будет формальным, а может приобретать и от­крытые формы отвержения и унижения.

Может ли быть полезен такой социальный опыт? Увы, по­словица «Нет худа без добра» в данном случае не утешает, так как риск психической травмы в таких условиях очеви­ден. Положительный момент в таких суровых обстоятель­ствах есть: к ребенку относятся как к равному, без поправ­ки на его особенности, предъявляют к нему те же мерки, что и ко всем остальным, но... Это необходимо для развития, но при одном условии: если те требования, которые предъяв­ляются к ребенку, актуализируют проблемы, лежащие в зоне его ближайшего развития, то есть для которых есть ресурсы решения - внутренние ресурсы самого ребенка и ресурсы окружающих его людей, прежде всего взрослых, с которыми он вступает во взаимодействие.

Отношение детей к друг другу, особенно в начальной школе, опосредовано отношением взрослых, то есть учи­телей. Норму отношения к детям с ОВЗ, включенным в об­разовательный процесс, поначалу задает учитель. И здесь есть проблема. Один из важных методических приемов, который уже не одну сотню лет находится в арсенале не­которых учителей, заключается в возможности на примере одного ученика показать всем остальным, «как не надо.». Многоточие может быть раскрыто по-разному: как не надо себя вести, как не надо отвечать (молчать) у доски, как не надо возражать учителю. Ресурс для учителя заключается в том, что, наказывая одного, например, за неуспеваемость, учитель дает урок всем другим. Как рассуждает такой учи­тель: для того, на ком демонстрируют, «как не надо», это событие может обернуться травмой, но это не обязательно, а главное - важно, что это окажет положительное воспита­тельное воздействие на остальных. Хотя автор этой статьи не разделяет мнение учителей, думающих таким образом, и не рассматривает такое воздействие как допустимый пе­дагогический прием, приходится признать, что в школе это распространено.

Всё меняется, когда в классе появляется ребенок с ОВЗ. Он имеет право не успевать. Он имеет право на особые ус­ловия. Он имеет право на другую оценку его деятельности. И. его присутствие в классе лишает учителя, размышля­ющего подобным образом, важных рычагов управления си­туацией, возможности привычного воспитательного воздей­ствия на учеников.

Но дело не только в том, что некоторые учителя могут ли­шиться привычных приемов и методов работы, но и в том, что для учеников нужна ясность: как понимать ситуацию, когда кто-то из учеников не успевает, но остается в клас­се? Означает ли это, что можно не учиться? Что нужно рав­няться на отстающего? Тогда есть риск того, что ценность и смысл образования уйдут на второй план.

Выходом из этой проблемной ситуации, на наш взгляд, яв­ляется построение отношений, основанных, во-первых, на правде, а во-вторых, на продвижении учителем идеи, что, хотя все и находятся в одном классе, каждый движется по своей траектории, в том темпе, в котором может двигаться. Поэто­му в отдельные моменты кто-то обязательно отстает, а кто-то опережает других. Так на место конкуренции заступает цен­ность движения каждого по своей индивидуальной траекто­рии. Ошибки и трудности начинают рассматриваться как не­избежные спутники нормального образовательного процесса, главное - научиться извлекать из них уроки, использовать эти ситуации как ресурс для развития. И в этом есть огромный воспитательный потенциал: дети начинают сравнивать себя не друг с другом, а с самим собой. Главное не побеждать в кон­куренции с соседом по парте, а одерживать победу над собой, преодолевать свои собственные учебные трудности, ликвиди­ровать собственные пробелы, реализовывать свои интересы, а не утверждаться за счет унижения других. Такой психоло­гический климат значительно здоровее и полезнее для всех участников образовательного процесса без исключения.

Инклюзия и «обычные» дети

Обсуждая предыдущий вопрос, мы фактически перешли к тому, каков воспитательный потенциал инклюзии для детей без ОВЗ. Здесь открывается много возможностей, но есть и много «если». Рассмотрим сначала возможно­сти.

Первое и главное: когда в классе «обычных» детей появ­ляется ребенок с ОВЗ, то неизбежно начинается процесс самоопределения. Дети должны определить свое отноше­ние к новому однокласснику. Вопросы для самоопределе­ния могут быть самыми разными, неожиданными, глупыми, наивными, оскорбительными, но - и это нужно понимать - они могут возникать у детей. Вопрос первый: это полно­ценный человек или нет? Нужно ли относиться к нему по- человечески?

Если окружение ребенка (родители, учителя) твердо сто­ит на гуманистических позициях, вопроса нет. Но часто о себе дает знать ксенофобия. А ведь это, может быть, самое важное в воспитательном отношении: главное не то, что ребенок с какими-то физическими и психическими особен­ностями, главное, что он - другой! И как к нему, другому₄следует относиться? Либо это нормально (!) - быть дру­гим, непохожим, отличающимся качественно, либо это не нормально. Либо это такой же человек, либо это «другой». Либо он имеет право на всё то, на что имею право я, либо он этих прав должен быть лишен, потому что он дру­гой. Вот далеко не полный круг вопросов, по отношению к которым начинается процесс самоопределения детей, воз­можно, самый ресурсный процесс для их развития, но и са­мый отягощенный рисками. Потому что если это процесс пойдет как-то не так, то выправить траекторию будет очень непросто.

Предположим, что самоопределение прошло успешно. Что это означает для ребенка? Он приобретает способ­ность принимать другого человека таким, каков он есть (это больше, чем толерантность, это принятие и признание права другого быть другим). Он приобретает способность строить отношения с человеком, несмотря на то что он другой. Он начинает различать в че­ловеке форму (тело) и содержание (душу). Он начинает воспринимать человека дифференцированно, а не тотально.

Слово «тотальность» в данном случае неслучайно оказы­вается имеющим общий корень с другим словом, которое последние годы принято избегать, но, когда мы говорим о воспитательном потенциале, мы должны о нем вспомнить. Это слово - тоталитаризм. Увы, история ХХ века - это со­всем недавняя история, когда в разных странах, как чума, вспыхивали эпидемии тоталитаризма. В одной стране ви­русом тоталитаризма была борьба с чуждыми классами, в другой - с чуждыми нациями, в третьей - с чуждым цветом кожи. Но основой всегда было отрицание права на инаковость. Вирус не побежден. И он дает о себе знать. Отноше­ние к детям с особенностями развития - это полигон, на котором может вырабатываться вакцина против тоталита­ризма, инклюзивное образование - это возможность полу­чить прививку. Если начинаешь допускать право другого быть другим, то это и есть разрушение основного стереоти­па тоталитарного сознания, в соответствии с которым все должны быть как один, а любое отличие должно караться.

Инклюзия и взрослые

Фактически об этом уже сказано: в том, что говорилось выше, речь шла уже не только и не столько о детях. Ситуа­ция включения ребенка с ОВЗ в общий класс касается не только детей, но и родителей. И по отношению к этому про­цессу позиция взрослых может быть различной.

Самое дремучее отношение - «мой ребенок может за­разиться». Родители переживают, что общение с «таким» ребенком может быть опасным для их сына/дочки. Такие родители будут бороться за то, чтобы «того» ребенка убра­ли, либо будут стараться перевести в другую школу своего ребенка.

Другое отношение, также негативное, - из-за того, что учителя будут «возиться с этим», они не смогут уделять должного времени «обычным» детям, то есть тот или иной ученик не получит нормального образования. В этом слу­чае взрослые будут также проецировать свое негативное отношение и транслировать его своему «здоровому» ре­бенку.

Третьим вариантом может быть идея оберегания своего ребенка от «всяких ужасов», которым для них представля­ется ребенок с ОВЗ. Эти родители могут полагать, что ре­бенку неполезно видеть несчастья других, страдать, глядя на другого. Последствия - те же, в том смысле, что и эти родители будут стремиться изолировать своих детей от де­тей с ОВЗ.

Воспитательный потенциал этих ситуаций заключается в том, что все эти проблемы могут быть предметом обсужде­ния для выработки к ним коллективного отношения и тем самым утверждения определенных норм, по которым люди начинают жить и относиться друг к другу.

И в этом -в появлении пространства, где начинают выра­батываться и утверждаться новые нормы отношений между людьми, - возможно, заключен основной потенциал инклю­зии, так как это нормы, создающие основу для взаимопри­нятия и сотрудничества людей, понимающих и принимаю­щих как должное различия между собой.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/175867-vospitatelnyj-potencial-inkljuzii