Литературно-музыкальная композиция, посвящённая 75- летию Великой Отечественной войны, «Я видел седых детей»

Вед. 2 Как внезапно ворвалась война в их детство и юность… Сколько тогда бродило по огненным дорогам бездомных и обездоленных детей, изголодавшихся, потерявших родных и близких!

Вед. 1 Их глаза видели столько смертей, столько жестокостей войны…

Чтец

Глаза девчонки семилетней,
Как два померкших огонька.
На детском личике заметней

Большая, тяжкая тоска.

Она молчит, о чем ни спросишь,
Пошутишь с ней – молчит в ответ,
Как будто ей не семь, не восемь,
А много, много горьких лет.

ЧтецСтихотворение «Чулочки»

Вед. 1. В летописи Великой Отечественной войны особое место занимает героическая оборона Ленинграда, который 900 дней находился в кольце вражеской блокады.

Вед.2 В блокадном Ленинграде оставалось 2 миллиона 544 тысячи жителей, в том числе 400 тысяч детей. «Ленинградские дети», - когда звучали эти слова, у человека сжималось сердце. Дети-старички, безулыбчивые, пугливые, вялые.

Чтец

На развороченном пути «А где твой дом, сынок?»
Стоит мальчишка лет пяти. – «Сгорел».
В глазах расширенных истома, Он сел. Его снежком заносит.
И щеки белые, как мел. В его глазах мутится свет.
“Где твоя мама, мальчик” ? Он даже хлеба не попросит.
- “Дома”. Он тоже знает: хлеба нет.

Чтец

…Ленинград ожег мне душу

Своими бедными детьми.

Я в Ленинграде, правда, не был,

Но знаю – говорят бойцы:

Там дети плачут, просят хлеба,

А хлеба нет… А мы отцы…

И я, как волка караулю

Фашиста – сутками в снегу

И от моей свирепой пули

Пощады не было врагу.

Лежу порою – до костей

Достигнет снег. Дрожу, устану…

Уйти? А вспомню про детей -

Зубами скрипну – и останусь.

«Нет,- говорю,- позорный гад,

Палач детей, я здесь, я слышу.

На, получай еще заряд

За ленинградских ребятишек».

Ксюша: (выкапывая что-то из песка): Ребята, смотрите, что я нашла!

Наташа:Что это? Ого! Где ты это взяла?

Ксюша:Да вот здесь. Честно. Мы ямку для сюрпризов копали, а тут тетрадь старая.

Настя: Написано Мемуары.

Наташа: Должно быть, кто-то когда-то ее сюда спрятал и забыл достать. А давайте откроем?

Настя: Ребята, это воспоминания 16-летней девочки, Милы Аниной, пережившей блокаду Ленинграда

Когда началась война, мне было неполных 7 лет… 7 лет мне исполнилось 28 июля 1941 года. И в первый же месяц войны я была изувечена… еще до дня рождения…

Меня, измученную болью,
В крови, в бинтах, в полубреду…
Нес на руках солдат усталый,
Через кровавую войну…
И я, обняв его за шею,
Прильнула головой к плечу…
Он нес меня, забыв усталость,
Через внезапную войну.

Кем был солдат тот безымянный? (пауза)
Что ты наделала, война!

Нас дома ждали наши мамы,
Его – солдата и меня…
И я живу, живу и помню,
Такое забывать нельзя…
Меня моя дождалась мама,
Его – не встретит никогда…

Вед. 1 С наступлением холодов дома стало очень холодно, очень голодно, очень страшно и очень одиноко. Я все чаще оставалась одна и днем, и ночью. Тогда впервые мне отчетливо захотелось умереть. Я плакала долго. Зашла соседка. Она ничего не спросила, а только сказала что-то вроде: «Ничего, Бог терпел и нам велел». Она всегда во всех случаях вспоминала Бога и часто молилась и мне говорила, чтобы я тоже молилась своими словами.

Чтец

Молилась мама, стоя на коленях,
Молилась без иконы и креста…
Молила Николая Чудотворца…
Просила Мать распятого Христа…
Просила чуда – сохранить от смерти
Меня – ее голодное дитя…
Тянула в угол худенькие руки
И горестно смотрела в никуда.

И я стояла рядом на коленях…
Не зная слов, крестила молча лоб…
А по спине елозили мурашки,
И бил от холода и голода озноб…
Но я ждала, что состоится чудо –
Христос появится из темного угла,
И сразу кончится и голод, и блокада,
И прекратится страшная война…
Сводила боль костлявые коленки,
Но мне хотелось увидать Христа…
Которому в слезах молилась мама,
Не верившая в Бога никогда…
                                (Мила Анина «Отчаяние»)

Вед 1: Говорят, что человек жив, пока о нем помнят. Помните!

Вед.2 Стихотворение О. Берггольц «Баллада о младшем брате»

Вед.1. *Страшные злодеяния творились на нашей земле. В октябре 1942 года к детскому дому, в котором жили 214 детей, эвакуированных из Симферополя в Ейск, подъехали крытые грузовые машины. Немецкие солдаты силой загоняли детей в эти машины. Предчувствуя недоброе, дети разбегались по улицам города с плачем и криками о помощи. Их нагоняли, волокли и забрасывали в машины, где их душили газом, *а часть детей закопали живыми. Когда была вскрыта эта могила, комиссии предстала страшная картина. Многие дети, прощаясь, обняли друг друга!

Вед. 2 Стихотворение Алексея Суркова «У костра»

Вед 1 Кто возвратит детство ребенку, прошедшему через ужас войны? Что помнит он? Что может рассказать?

Вед.1 А ещё фашисты натравливали на детей собак.

Вспоминает Аня Павлова, которой было 9 лет, когда началась война:

«Собаки рвали детей… а немцы хохотали. Сядем над разорванным дитяткой и ждем, когда сердце у него остановится… снегом присыпем… вот ему и могилка до весны…»

Вед. 2 Многих детей фашисты использовали в качестве доноров для солдат. Рассказывает десятилетняя Наталья Лемешонок, узница Саласпилса:

«Мы жили в бараке, на улицу нас не пускали. Маленькая Аня постоянно плакала и просила хлеба, но у меня нечего было ей дать. Через несколько дней нас вместе с другими детьми повели в больницу. Там был немецкий врач, посреди комнаты стоял стол с разными инструментами. Потом нас построили в ряд и сказали, что сейчас осмотрит врач. Что делал он, не было видно, но потом одна девочка очень громко закричала. Врач стал топать ногой и кричать на нее. Подойдя ближе, было видно, как врач этой девочке вколол иглу, и из руки в маленькую бутылочку текла кровь. Когда подошла моя очередь, врач вырвал у меня Аню и уложил меня на стол. Он держал иглу и вколол ее мне в руку».

Вед.2. Из воспоминаний Августа Хефнера: «Я вошел в лес. Солдаты вермахта уже выкопали могилу. Детей везли туда на тракторе. Техническая сторона дела меня не касалась. Украинцы стояли вокруг и дрожали. Их поставили на край могилы – когда украинцы начали в них стрелять, дети падали туда. Раненые тоже падали в могилу.

Это зрелище я не забуду до конца своей жизни. Оно все время у меня перед глазами. Особенно запомнилась мне маленькая белокурая девочка, взявшая меня за руку. Потом ее тоже застрелили…»

Чтец Стихотворение Две сестры бежали от войны...

Сергей Сухонин

Две сестры бежали от войны –
Свете восемь, Кате три всего лишь…
Вот чуть-чуть еще, и спасены,
За холмом свои, а значит – воля.

Но рванула мина, сея смерть
Позади идущих дымно, гадко.
И один осколок долетел
И ударил младшей под лопатку.

Словно скрыть хотел преступный след
Миллиграмм горячего металла –
Ватник цел, и крови тоже нет,
Только сердце биться перестало.

Старшая сказала: «Хватит, Кать,
Ведь и мне приходится несладко.
Ручку дай, пора уже вставать,
Час еще, и будет все в порядке».

Но, увидев Катин взгляд пустой,
Света на мгновение застыла,
И, котомку выбросив с едой,
На плечо сестру свою взвалила.

И откуда силы в ней взялись,
Но она бежала и бежала…
Лишь когда увидела своих,
Пошатнулась и на снег упала.

Подошла к детишкам медсестра,
Маленькую Катю осмотрела
И сказала горестно: «Мертва»…
Света сразу в голос заревела.

«Нет, не надо, – разносился крик,-
Люди, люди, разве так бывает?...
Старший брат, Иван, в бою погиб…
Папу с мамой немцы расстреляли…

Почему так много в мире зла?...
Разве жизнь сестры моей – игрушка?»…
Медсестра за плечи увела
С поля восьмилетнюю старушку.

Ну, а Катю на руки поднял
Пожилой солдат из третьей роты.
«Внученька, – он только лишь сказал,-
Как же я тебя не уберег-то?»...

В небесах закаты жгут костры,
И ветра свои роняют вздохи,
Словно тихо плачут две сестры -
Искорки безжалостной эпохи.

Вед. 1 Судьбы детей военной поры похожи. Даже если они находились в тылу, все равно это были военные дети. Их рассказы тоже длиною в целую войну. Инне Старовойтовой, когда началась война, было 7 лет. Вот что она вспоминает:

«мама поцеловала нас и ушла, мы остались в шалаше вчетвером: младшие – братик, двоюродные брат и сестра – и я, самая большая, семи лет. Мы не в первый раз оставались одни и научились не плакать, вести себя тихо. Знаем, что мама наша разведчица, ее послали на задание, а нам надо ее ждать.

Сидим и слушаем: деревья шумят, женщины неподалеку стирают, детей своих ругают. Вдруг крики: «Немцы! Немцы!» все стали выбегать из шалашей, звать детей, убегать дальше в лес. А куда мы побежим одни, без мамы? А вдруг мама знает, что немцы идут в лагерь, и она бежит к нам? Так как я самая старшая, говорю: «Молчок всем. Здесь темно, немцы нас не найдут».

Притаились мы, спрятались. Кто-то заглянул и сказал по-русски:

- кто есть, выходите!

Голос был спокойный, и мы вылезли из шалаша. Я увидела высокого человека в зеленой форме.

- У тебя есть папа? – спросил он.

- есть.

- А где он?

- Он далеко, на фронте, - выложила я.

Помню, что немец даже засмеялся.

- А мама где твоя? – задал он очередной вопрос.

- Мама с партизанами в разведку ушла…

Подошел другой немец, тот был в черном. Что-то они переговорили, этот, черный, показал нам рукой, куда надо идти. Там стояли женщины с детьми, которые не успели убежать. Черный немец навел на нас пулемет и мне стало страшно, я поняла, что он будет сейчас делать. Я не успела даже закричать и обнять маленьких… проснулась я от маминого плача. Да, мне казалось, что я спала. Приподнялась, вижу: мама копает ямку и плачет. Она стояла спиной ко мне, а у меня не было сил ее позвать, сил хватало, только чтобы смотреть на нее. Мама разогнулась передохнуть, повернула ко мне голову и как закричит: « Инночка!» она кинулась ко мне, схватила на руки. В одной руке меня держит, другой остальных ощупывает: вдруг кто еще живой? Нет, они были холодные. когда меня подлечили, мы с мамой насчитали у меня девять пулевых ран. Я училась считать: в одном плечике две пули и в другом – две пули. Это будет четыре. В одной ножке две пули и в другой – две. Это будет уже восемь. И на шейке ранка. Это будет уже девять. ..в первый класс мама носила меня на руках.»

Среди сугробов и воронок

В селе, разрушенном дотла,

Стоит, зажмурившись ребенок –

Последний гражданин села.

Испуганный котенок белый,

Обломок печки и трубы –

И это все, что уцелело

От прежней жизни и избы.

Стоит белоголовый Петя

И плачет, как старик без слез,

Три года прожил он на свете,

А что узнал и перенес.

При нем избу его спалили,

Угнали маму со двора,

И в наспех вырытой могиле

Лежит убитая сестра.

Не выпуская, боец, винтовки,

Пока не отомстишь врагу

За кровь, пролитую в Поповке,

И за ребенка на снегу!

Вед. 2Кто помогал ковать нашу общую победу? Кто обувал, одевал, кормил и снабжал вооружением Красную Армию для борьбы с врагом? Ими были и взрослые, и совсем еще юные ребята.

Чтец

Я видел седых детей…

Не белобрысых, не русых.

На стыках военных путей,

В болотах лесов белорусских…

Я видел седых детей.

Холодней дождевой воды

Спирт показался во фляге,

Когда привели седых

Детей в партизанский лагерь.

В глазах заморожен крик -

Пронзительнее штыка,

И рыжий, как солнце, комбриг

Не спросил «языка».

Сказал по-русски: «Взгляни».

Сказал и посмотрел…

Седые дети, они

Знали слово «расстрел».

Не спали среди тишины

Седые дети войны.

( А. Балин «Я видел седых детей»)

(звучит звон колоколов)

Вед. 1 Вечная память всем погибшим. Мы предлагаем почтить память детей – жертв Великой Отечественной войны минутой молчания.

(минута молчания)

Вед. 1

Пусть чисто будет небо над землей,
Пусть жизни мирной радуются люди!
А Вас, кто рядом был с войной,
Мы помним, бережем и любим!

Вед2

Будем помнить!

Вед. 1

Не допустим войны!

Вед. 2

Родину защитим!

Во время Великой Отечественной войны погибло около 13 миллионов детей.

Самое лучшее, что есть на земле – это дети.

11