Особенности организации антонимической системы в прозе М. И. Цветаевой

Особенности организации антонимической системы в прозе

М.И. Цветаевой

Исследование антонимии на современном этапе характеризуется постоянным поиском приемов, позволяющих сделать анализ антонимов более эффективным. Наблюдается определенное смещение акцентов в изучении антонимии - от общеязыкового плана к конкретно-речевому воплощению антонимии, в связи с чем расширяется предметная область исследований: анализируются конкретные антонимические ряды, их функциональные свойства.

Антонимия по сравнению с синонимией, омонимией и полисемией является в настоящее время менее изученной областью языка. При этом антонимия составляет лексическую основу целого ряда стилистических приемов, главным из которых является антитеза.

Наблюдаемый в современном языкознании интерес к изучению антонимии объясняется, с одной стороны, возросшим вниманием к семантическому аспекту языка, с другой - развитием исследований, подтверждающих тезис о системности языка. Выявление лексических, грамматических связей в пределах языковой структуры русского языка было и до сих пор остаётся важной задачей лингвистических исследований.

Предметом наших размышлений являются антонимы, представленные в художественной прозе М. Цветаевой. Наряду с антонимами языковыми [23. С.147-148], регулярно использующимися Мариной Цветаевой, в её прозе гораздо чаще можно встретить незакрепленные в словарных статьях антонимические пары, то есть слова, которые вступают в антонимические отношения только в определенном контексте. Чаще всего такие лексемы употребляются в переносном, образном смысле и вне контекста не имеют значения противоположности, то есть в рамках языковой системы не являются антонимами, а потому не закреплены в словарях. Как справедливо отмечает М.Р. Львов [14. С.75], «такие противопоставления используются в языке для создания яркого художественного образа, поэтому их называют индивидуально стилистическими антонимами».

Языковые антонимы характеризуются: 1) общественно осознанными системными отношениями; 2) устойчивой принадлежностью к определенной лексико-грамматической парадигме; 3) регулярностью воспроизведения в одних и тех же синтагматических условиях; 4) закрепленностью в словарном составе; 5) относительно устойчивой стилевой принадлежностью и стилистической сущностью (например, эмоционально-экспрессивными оттенками) и др.

Творчество М. И. Цветаевой, признанное одним из ярких явлений в истории литературы XX в., вызывает растущий интерес со стороны исследователей. Однако его изучение протекает неравномерно. Внимание филологов в основном сосредоточено на поэзии Цветаевой. В трудах О.Г. Ревзиной прослеживается тенденция анализа творчества М.Цветаевой с опорой не только на мифологические и литературные реминисценции, но и на архетипы в юнгианском смысле [22]; в работах Л.П. Черкасовой [29. С. 52-55], Е. Эткинда [31] и других представлен интересный анализ отдельных стихотворений поэтессы. Целый ряд исследователей подробно рассматривает отдельные темы и мотивы в поэтическом творчестве М. Цветаевой: Е.О. Айзенштейн [2. С.10-17], С.В. Бабушкина [3. С.45-250], М.Л. Гаспаров [6]). Подробно исследуется и морфологический аспект стихотворений Марины Ивановны такими лингвистами, как Л.П. Черкасова [30], Л.В. Зубова [10]; М.Ю. Сидорова [21]. Работы Л.В.Зубовой [7-10], посвященные изучению особенностей словоупотребления у М.Цветаевой, дают наиболее полное представление о языке поэтессы. Исследовательница отмечает: «Максимализм М.Цветаевой на поверхностном уровне обнаруживается в страстной эмоциональности ее речи, на более глубоком уровне - в том, что эту личность поэта, охваченную страстью, она считает воплощением духа, противостоящего земной обыденности и полно реализующегося за пределами земного бытия - в бессмертии, абсолюте. Поэтому поэтика Цветаевой в большей степени поэтика предельности и преодоления предела» [9. С. 5]. Очевидно, поэтому антонимия, внутренняя семантическая противоречивость слова так важны для М.Цветаевой как «поэта безмерности». Многие лингвисты, изучавшие творчество поэтессы, отмечали, что столкновение пар антонимов в её произведениях создает особую эмоциональную напряженность. Однако при этом антонимическая система М.Цветаевой пока не становилась объектом самостоятельного лингвистического анализа. Художественная, критическая и дневниковая проза Марины Ивановны в этом аспекте, как представляется, вообще ещё никем не исследовалась. Между тем, как справедливо отмечает К. Паустовский, «проза Цветаевой - точная, тонкая, свободная и порой тяжелая от богатства», бесспорно составляет «золотой фонд нашей литературы» [20. С. 35]. Своеобразие прозы Цветаевой отмечали уже её современники, не случайно многие исследователи называют цветаевскую прозу поэтической (см.: [12]).

На основании вышеизложенного можно сделать выводы о том, что:

- изучение антонимии на материале прозы М.Цветаевой целесообразно, так как ее произведения дают богатый материал для исследования;

- антонимия у М.И. Цветаевой чаще всего не общеязыковая, привычная, а индивидуально-авторская, в основу которой положены неожиданные сопоставления, что делает антонимические отношения свежими и оригинальными;

- антонимия у Марины Цветаевой зачастую осложнена одновременным использованием нескольких антонимов разных типов, создающих за счёт мастерской эксплуатации разноуровневых ресурсов языка и речи сложную «многослойную» антитезу;

- в антонимическую оппозицию могут вступать разные части речи, при этом достаточно частотны в прозе Цветаевой антонимически соотнесённые местоимения.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/425402-osobennosti-organizacii-antonimicheskoj-siste