Статья на тему: «Особенности родителей детей с аутизмом, специфика их семейного воспитания»

Статья на тему: «Особенности родителей детей с аутизмом, специфика их семейного воспитания»

Автор: Педагог-психолог Лебедева А.А.

ГБДОУ «104 Невского района Санкт-Петербург

Семья - это первый источник социализации ребенка, наиболее сильный психический фактор, воздействующий на ребенка и фактически определяющий его дальнейшую жизнь [17]. Как справедливо отмечают многие клиницисты и психологи, рождение больного ребенка является своеобразным испытанием для семьи, а процесс воспитания и уход за ребенком-инвалидом погружает родителей в пролонгированный стресс. Не только тяжесть дефекта у ребенка, но и определенные стереотипы, имеющие место в нашем обществе относительно лиц с ограниченными психическими и физическими возможностями, выступают в качестве причин стрессовых состояний родителей [18].

В течение многих десятилетий проблема детской инвалидности решалась в нашей стране упрощенно. К сожалению, и сегодня дети с нарушениями в развитии нередко воспринимаются как социально опасные для здоровых детей: окружающие зачастую воспринимают такого ребенка как источник катастрофы, наказания для семьи. Кроме отгороженности от ребенка-инвалида, у отдельных лиц может проявляться неприязнь, презрение ко всей семье в целом. Так, в исследованиях Мамайчук были опрошены 100 родителей детей начальной школы, задав им вопрос: «Как бы вы отнеслись к тому, что в классе, где учится ваш ребенок, занимался бы ребенок с нарушениями в психическом развитии?» 62% родителей учеников массовой школы оказались категорически против пребывания в классе ребенка с нарушениями в психическом развитии, 24% ответили, что им все равно, и только 14% положительно реагировали бы в подобном случае. Подавляющее большинство родителей мотивировало свой протест тем, что «психически больной ребенок будет мешать детям заниматься», «может нанести физический вред ребенку», «ребенок может подражать ему и сам станет таким» и пр. Такие установки окружающих крайне негативно отражаются на эмоциональном состоянии семьи ребенка с нарушениями в развитии. В другом исследовании было установлено, что 64% родителей детей с нарушениями в развитии первые два года активно скрывали от друзей и знакомых болезнь ребенка, из них 28% - от своих родственников [8].

Как правило, ранний детский аутизм диагностируется у ребенка далеко не сразу после рождения, а в возрасте полутора-четырех лет. В первые два-три года жизни ребенка не только родители, особенно если они впервые воспитывают ребенка, но и врачи, наблюдающие малыша, не всегда замечают его проблемы. Родители детей с аутизмом часто обращаются к специалистам, когда ребенку уже более трех лет, выдвигая на первый план жалобы на задержку в речевом развитии. И когда специалисты спешат сообщить им о необучаемости ребенка, его неперспективности, делают прогнозы о его дальнейшей инвалидизации, родители переживают глубочайший стресс. Состояние стресса усугубляется еще и тем, что в нашей стране, к сожалению, практически отсутствуют специализированные учреждения для детей с аутизмом. Таких детей, как правило, не принимают и в группы «Особый ребенок». Единственное, что может порекомендовать психиатр, - это обследование и лечение ребенка в психиатрической больнице. Категоричные оценочные суждения специалистов о ребенке усугубляют негативный эмоциональный фон в семье и нередко оказывают деструктивное влияние на семейные отношения [2].

Некорректные оценочные суждения специалистов могут крайне негативно отразиться и на супружеских взаимоотношениях, взаимоотношениях с прародителями ребенка. Многие исследователи отмечают большой процент разводов в семьях с ребенком с нарушениями в развитии. Постоянное беспокойство со стороны матери за здоровье и судьбу особого ребенка, полное переключение матери только на проблемы ребенка, сниженный фон настроения негативно отражаются на эмоциональном состоянии отца, которое проявляется в высокой тревожности и фрустрированности [9].

В исследованиях психологов и психотерапевтов было показано, что отношение родителей к ребенку является фундаментальной основой его психического развития. Еще давно было замечено, что существуют различия между материнским и отцовским отношением к ребенку [Эриксон, 1996; Фромм, 1998; Адлер, 1998; и др.].В то время как матери в своих высказываниях о ребенке с аутизмом чаще отражают его эмоциональные характеристики: «безобидный», «красивый», «добрый», «родной», «милый», — в описаниях отцов доминируют поведенческие характеристики ребенка: «неопрятен», «громко кричит», «часто бегает из стороны в сторону», «ничего не делает» и пр. [13]. В высказываниях матерей четко прослеживается безусловное эмоциональное принятие ребенка (термин А. Адлера). А. Адлер подчеркивал, что, помимо безусловного эмоционального принятия ребенка, мать своим образцом нежности и заботы о детях, муже, людях поощряет его к формированию товарищеских, дружеских интересов за пределами семьи. При этом важно, чтобы она не замыкалась только на ребенке, а реализовывала доброжелательные отношения к другим членам семьи и к более широкому социальному окружению [4].

У большинства матерей наблюдается выраженное эмоциональное замыкание на проблемах аутичного ребенка, следствием которого нередко становится уход в себя. У таких мам наблюдается внешнее равнодушие к ребенку, они не прислушиваются к специалистам, а иногда и проявляют к ним недоверчивость, ограждают ребенка от любых контактов со специалистами и с другими детьми, сами перестают общаться с родственниками и друзьями. Эти мамы преданы своему ребенку, пытаются удовлетворить все его потребности, не делают ему замечаний, спокойно созерцают разрушительные действия, аффективные вспышки ребенка, не формируют у него даже навыков опрятности. Например, разрешают ребенку ходить в туалет в любом месте квартиры или комнаты. Подобное состояние матери может быть обусловлено не только ее переживаниями в связи с психическим состоянием дочери или сына, но и потерей любимой работы, конфликтами с супругом и его родственниками, недостатком общения с друзьями. Как показывает опыт работы, такие матери нуждаются в длительной психологической помощи.

Переживание семейного стресса, вызванного проблемами в воспитании аутичного ребенка, меняет свой характер с течением времени. Условно можно выделить несколько этапов: острый, или аффективный, гностический и поведенческий, предполагающий разработку и реализацию собственных стратегий отношения и воспитания ребенка. Длительность каждого этапа зависит от тяжести аффективной патологии у ребенка, от особенностей защитных механизмов личности родителей и специфики межличностных отношений в семье [3].

Аффективный период, как правило, начинается после консультации у врача-психиатра, рекомендующего оформить ребенку инвалидность. На этом этапе родители и Другие родственники часто испытывают чувства безысходности, катастрофы, отчаяния. В их оценке ситуации преобладает аффективный компонент.

Смягчение эмоционального напряжения у родителей вполне возможно. В значительной степени оно определяется действиями всех специалистов, принимающих участие в обследовании ребенка. Если диагноз установлен, врачу необходимо подробно и доходчиво объяснить родителям клиническую картину болезни у ребенка. При этом не следует скрывать, что речь идет о тяжелом расстройстве. Родители должны уяснить для себя, что необходимо целенаправленное воздействие на ребенка различного рода профессионалов: медиков, педагогов, психологов и других. Они должны уяснить для себя, что диагноз - это не приговор ребенку, более того, оформление инвалидности зависит от желания самих родителей. В процессе беседы с родителями специалисты (психиатр, психолог, педагог) должны не столько акцентировать внимание родителей на перспективах дальнейшего развития ребенка, сколько совместно с родителями обсуждать планы помощи ребенку в настоящий момент и в ближайшем будущем. Здесь речь может идти о включении ребенка в коррекционную группу, посещении ребенком группы «Особый ребенок» в детском саду, индивидуальных занятиях с логопедом, психологом, посещении дневного стационара и пр. При прохождении этого периода прежде всего необходима согласованность в действиях родителей и других членов семьи, их адекватность актуальному развитию ребенка.

На этом этапе у родителей могут проявляться различные способы выхода из стрессовой ситуации. Они в значительной степени зависят не только от остроты и аффективной значимости ситуации, но и от особенностей личности родителей. Бессознательное стремление избавиться от неприятных эмоциональных состояний, связанных с инвалидностью ребенка, активизирует действие защитных механизмов[10] .

Психологическая защита представляет собой форму психологической активности, которая реализуется в виде отдельных приемов переработки информации с целью сохранения психологического здоровья и целостности личности. Для разрешения внешнего или внутреннего конфликта, ослабления тревоги человек, как правило, применяет не одну защитную стратегию, а сразу несколько. В психологии известно более 20 видов защитных механизмов, таких как регрессия, отрицание, рационализация, проекция, идентификация, изоляция, сублимация, подавление и др. Несмотря на различия между ними, их функции сходны: все они направлены на обеспечение устойчивости и неизменности представлений личности о себе. Традиционно в психологии выделяются три группы защитных психологических механизмов:

• компенсаторные: гиперкомпенсация, замещение и др.;

• деструктивные, оказывающие деструктивное влияние на личность и способствующие ее дезадаптации: вытеснение (подавление аффективных переживаний может привести к тяжелому психосоматическому расстройству), реактивные образования и др.;

• пассивные: рационализация, изоляция, проекция и др.

В экспериментально-психологических исследованиях особенностей защитных механизмов было выявлено, что у родителей здоровых детей наблюдались как компенсаторные, так и пассивные защитные механизмы, а у родителей детей-инвалидов преобладали деструктивные виды защитных механизмов (реактивные образования, проекция и пр.) [12]. У родителей, имеющих детей с аутизмом, также доминируют такие пассивные защитные механизмы.

У многих родителей детей с аутизмом, особенно у отцов, наблюдается такой защитный механизм, как отрицание.Они нередко отрицают наличие существенных проблем у ребенка или стараются снизить серьезность возникающей для ребенка угрозы. Одна из наиболее распространенных форм поведения родителей — неприятие, отрицание диагноза. Между тем такой способ психологической защиты может играть определенную позитивную роль: родители продолжают бороться за ребенка, ищут альтернативные способы его лечения, обучения, воспитания, радуются любому, даже незначительному, улучшению в психическом развитии ребенка[9] .

Проекция — еще один пассивный защитный механизм, при котором человек приписывает другим людям свои собственные неприемлемые для сознания инстинкты и желания. Проекция состоит в переносе личностью собственных, чаще негативных, характеристик на других людей. При таком способе психологической защиты родители ищут виновных в болезни ребенка, упрекают врачей, других специалистов. Нередко родители проецируют свои негативные установки на членов семьи, например на мужа, свекровь и др. Такое поведение родителей помогает им самоутвердиться, однако этот способ психологической защиты является неконструктивным: нередко он приводит к конфликтам с окружающими и эмоциональному отчуждению от больного ребенка.

Реактивные образования, или «формирование реакций», как защитный механизм проявляется в том, что иногда человек может скрывать от самого себя мотив собственного поведения за счет его подавления и сознательно поддерживать мотив противоположного типа. Например, бессознательная неприязнь к больному ребенку может выражаться в особом внимании к нему и его потребностям. Такие родители могут активно заниматься общественной работой, добиваться гуманитарной помощи, выступать на собраниях о защите прав ребенка, но они крайне мало времени уделяют своему больному сыну или дочери, бросают его на воспитание бабушек, нянь или определяют в специализированное учреждение [13].

Нередко, особенно у отцов детей с аутизмом, четко прослеживается такой защитный механизм, как рационализация.Это способ разумного оправдания любого поступка. Например, оправдание неспособности что-либо сделать для больного ребенка, объяснение самому себе и близким нежелательных для семьи действий («мне тяжело дома», «надо работать», «буду жить у своей мамы, так будет лучше и для меня, и для больного ребенка»).

Таким образом, с помощью механизмов психологической защиты поведение родителей в стрессовых ситуациях в связи с болезнью ребенка регулируется по-разному[9] .

С увеличением тяжести заболевания ребенка интенсивность потребности в улучшении психического здоровья ребенка у родителей возрастает, а условия ее удовлетворения или отсутствуют, или не могут быть приняты ими. В связи с этим одни родители отрицают свои внутренние проблемы, связанные с болезнью ребенка, другие стараются исказить существующую реальность, используя проекцию, реактивные образования, фантазирование.

Особенности защитных механизмов проявляются в спонтанных высказываниях родителей. Например, в беседе с психологом мать утверждает, что нужно «максимально помочь ребенку, заниматься с ним», в то время как отец фокусируется на другом: «Мой ребенок - инвалид, какой ужас, позор... Что с ним будет дальше, после того как нас не станет? Что я скажу своим родителям?» Если у матери прослеживается четкая конструктивная позиция, то у отца - деструктивная, характеризующаяся излишней эмоциональной фиксацией на проблеме.

Безусловно, анализ особенностей психологических защит каждого из родственников, выделение конструктивного лидера семьи и привлечение его к работе с ребенком является одной из главных задач психолога.

На втором этапе семейного стресса - гностическом- происходит вторичная оценка родителями проблемы ребенка и выработка альтернативных возможностей ее решения. Параллельно с этим осуществляется оценка собственных возможностей и возможностей поддержки окружающих (родственников, друзей, специалистов и пр.) [10].

Именно в этот период у родителей, как правило, формируется чувство вины. Шведский психолог Г. Фюр справедливо отмечает, что новая роль родителей «особого» ребенка поколебала их чувство собственного достоинства и они ощущают себя людьми, которых наказали за какую-то совершенную или воображаемую ими ошибку. Родители считают, что навсегда потеряли чувство уверенности в будущем, на этом этапе они боятся будущего, полного тревоги и испытаний. По мнению В. Б. Пархомович, чувство вины выражается в поиске причин, смягчающих интенсивность переживаемой вины, и очень часто этот поиск ограничивается нахождением виновных. Родители склонны обвинять себя и других членов семьи в развитии болезни у ребенка. Нередко чувство вины может сочетаться со скрытыми агрессивными реакциями по отношению друг к другу или к самому ребенку. Автор подчеркивает, что - когда агрессия выражается по отношению к своему супругу, происходит своего рода переадресация собственного чувства вины партнеру по браку. Родители ищут причину болезни ребенка, анализируют родословную, читают не только популярную, но и научную литературу по данной проблеме, некоторые из них обращаются к специалистам-генетикам. На данном этапе психолог должен очень внимательно отнестись к вопросам родителей, в доступной форме рассказать им об особенностях развития ребенка [11].

Глубина и специфика эмоционального стресса у матери должна быть в зоне особо пристального внимания психолога. На этом этапе он все еще ярко выражен и проявляется в раздражительности не только по отношению к супругу, но и в адрес других родственников или специалистов.

Поведенческий этап начинается тогда, когда у родителей уже сформирована четкая позиция по отношению к болезни ребенка и эта позиция проявляется на поведенческом уровне. Родители определяют для себя стратегические и тактические задачи помощи ребенку. Например, стратегической задачей многих родителей является подготовка ребенка к обучению в школе. Для реализации этой задачи некоторые родители начинают интенсивно обучать ребенка, занимаются с логопедом, педагогами. Но, к сожалению, данная стратегия часто является неправильной для детей с аутизмом. Ребенок, как правило, занимается индивидуально, и, даже если эти занятия помогают ему, обогащают его знания и речь, все равно в процессе такой подготовки дети лишены главного - взаимодействия со сверстниками[8] .

В соответствии с этим становится очевидно, что процесс реализации психолого-педагогической поддержки родителей длителен и требует обязательного комплексного подхода, что предусматривает участие не только специалиста-психолога, но и всех других специалистов, сопровождающих ребенка: педагога-дефектолога, врача, социального работника и др.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/513545-statja-na-temu-osobennosti-roditelej-detej-s-