Картина мира поэтического двуязычия бахытжана канапьянова

Амренова Л.С.

КГУ «Средняя школа №8 города Аксу »Отдела образоваия города Аксу,управления образования Павлодарской области

телефон 87058339490rashatova@mail.ru

КАРТИНА МИРА ПОЭТИЧЕСКОГО ДВУЯЗЫЧИЯ БАХЫТЖАНА КАНАПЬЯНОВА

Лирика Б. Канапьянова - это городская поэзия, испытавшая влияние кочевого мышления. Если ритмическая структура слогов была воспринята из казахской версии поэзии Канапьянова, русский футуризм унаследовал ясность и потомство акцентного стиха.Для нас важно понятие языковой личности Б. Канапьянова. "Языковая личность – вот та сквозная идея", - так пишет Ю. Караулов, подчеркивая национально-культурную специфику самого общения, в данном случае мы имеем в виду общение автора через свое творчество [1: 25].

Категории памяти и совести приобрели у Б. Канапьянова характер этических оценок времени. Устойчивость повторяющихся образов ребенка, сна, дорожек, душ, птиц, лошадей, стад, кобыл, домбры объясняется национальными стереотипами, которые создают ощущение причастности автора к родной культуре.Решающая роль фольклорно-мифологического символизма, обусловившего господство слоговых решений, характерных для казахской стихосложения, становится для поэта способом выражения национальной картины мира, доминант мировоззрения, определяющих диалог лирического героя с миром. В то же время открытость русской литературной традиции и культурного опыта мира в лирике Б. Канапьянова определила жанровый синтез, симбиоз различных художественных стратегий.

Органическая природа пространства жизни и бесконечность вечности могут сочетать только поэтическое мышление. Для Б. Канапьянова реинкарнация столь же обычна, как и утреннее пробуждение:

«А там, где-то там на закате

Начало второго пути.

Мой мир ошибается в дате,

Всё день тот пытаясь найти» [2].

(стихотворение «А может быть, плач поднебесья»).

Однако поэт родился на земле, он сын своих родителей, а его люди, земля и небо, с молоком матери впитали в себя сущность бытия. Его родной дом, его родина для БахытжанаКанапьянова - начало всех начал, отправная точка пути в далекую вечность:

«Начало – здесь. И нет ему конца».

(стихотворение «Родной очаг») [2].

И всем своим творчеством подтверждает историческую и духовную близость тюркского народа с соседним – славянским. Отдельные его стихи созвучны идеям, изложенным Олжасом Сулейменовым в известном произведении «Азия»:

«Здесь русский дух

С моей смешался кровью» [2].

Веками складывавшийся образ мыслей обретает формулу генокода, передаваемую с кровью из поколения в поколение. «Я кочевник с авиабилетом», – заявляет Канапьянов:

Я кочевник с авиабилетом,

Визами мой паспорт испещрен.

Покидает лайнер в час рассвета

Этот изумительный район.

Хорошо проснуться в Амстердаме,

А назавтра прилететь в Париж.

Мимолетом все проходит в драме,

В сердце бьется непутевый стриж.

Знаете, какого цвета остров,

Неизвестный остров с высоты?

Цвета неба, с облаком он просто

Вновь перемешал свои черты [2].

Таким образом, индивидуально-авторская картина мира поэтического двуязычия, которой является Б. Канапьянов, во многом определяет познавательно-познавательную часть художественного дискурса автора и во многом состоит из фрагментов разных национальных картин мира. Эти фрагменты, однако, образуют органически целостное, единое «полотно», на котором идиоэтнические черты разных языков и культур проявляются не как чужеродные элементы, а как атрибуты особого, поэтического видения реальности, особой картины мира. Совершенно очевидно, что подобная картина мира может быть объяснена как проявление взаимодействия многих факторов исторического, культурного, социально-политического и языкового характера. Особое место среди всех таких факторов занимают социолого-гистические процессы, которые влияют на функционирование языка и языков в определенных обществах, прежде всего разнородных (неоднородных) в этнических и языковых отношениях. Именно в таких обществах, в которых исторически сложились условия взаимодействия культур, объективно формируются особые культуры, в том числе языковые и субкультуры.

Литература

1. Караулов Ю. II. Русский язык и языковая личность. М.: Наука, 1987. С. 25.

2. Канапьянов Б. Векзаметра. Алматы, 2003. - 193 с.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/559241-kartina-mira-pojeticheskogo-dvujazychija-bahy