Интерпретация стихотворения «22 июня 1941» С. Щипачева

Прошла война, прошла страда,

Нобольвзывает к людям:

Давайте, люди, никогда

Об этом не забудем!

Пустьпамятьверную о ней

Хранят, об этой муке,

И дети нынешних детей

И наших внуков внуки.

А. Твардовский.

Стихотворение Степана Петровича Щипачева

«22 июня 1941 года».

Казалось, было холодно цветам,

и от росы они слегка поблекли.

Зарю, что шла по травам и кустам,

обшарили немецкие бинокли.

Цветок, в росинках весь, к цветку приник,

и пограничник протянул к ним руки.

А немцы, кончив кофе пить, в тот миг

влезали в танки, закрывали люки.

Такою всё дышало тишиной,

что вся земля ещё спала, казалось.

Кто знал, что между миром и войной

всего каких-то пять минут осталось.

Я о другом не пел бы ни о чём,

а славил бы всю жизнь свою дорогу,

когда б армейским скромным трубачом

я эти пять минут трубил тревогу.

Степан Щипачёв – поэт-фронтовик. И его стихотворение, написанное в 1943 году, в самый напряженный момент войны, возвращает нас к её началу. Причём Щипачёв, спустя три года, не может забыть вероломного вторжения немцев на нашу землю. На нашу землю, святую землю, родную землю!

Стихотворение небольшое, состоит из четырех строф.

1 строфа. Читая первые, начальные две строки стихотворения, мы понимаем, что не случайно художник слова использует олицетворение – важнейшее средство образной речи. У поэта цветы наделяются способностью чувствовать, ощущать неприятное состояние:

Казалось, было холодно цветам,

и от росы они слегка поблёкли.

Следующие две строки о заре, которая «шла», заря обретает человеческий облик. Если мы опустим слово «зарю» и союзное слово «что», то получится так: «Шла по травам и цветам». Ситуация взволновывает не только поэта, но и читателя. Читая последнюю, четвертую строку, мы понимаем, что нашу землю «обшарили», т.е. обыскали «бинокли». Поэт использует метонимию, и лишь определение «немецкие» указывает на национальность.

2 строфа. В первом предложении второй строфы вновь речь идёт о природе, даже цветы почувствовали опасность, прижались друг к другу:

Цветок, в росинках весь, к цветку приник,

и пограничник протянул к ним руки.

История сохранила память, о том, что первыми встретили агрессора именно пограничники, мужественные, стойкие, самоотверженные люди. И поэт Степан Щипачев не понаслышке знал о войне, а сам был участником и очевидцем военных лет, понимал, что это были годы, напоённые горем и страданиями людей.

А далее бытовая жизнь «захватчиков», о которых поэт пишет обыденно и приниженно. Да, они допивают свой кофе, влезают в свои танки, закрывают свои люки, они совершают действия, и нам кажется, что они – неумолимы, что они – люди-роботы, не способные чувствовать и понимать. Вот почему так приземленно пишет о них поэт:

А немцы, кончив кофе пить, в тот миг

влезали в танки, закрывали люки.

3 строфа звучит так:

Такою всё дышало тишиной,

что вся земля ещё спала, казалось.

Кто знал, что между миром и войной

всего каких-то пять минут осталось!

Мы-то помним, что фашистские войска, нарушив договор о ненападении, ранним утром без объявления войны перешли нашу границу, вторглись на нашу землю. А ведь была ночь, все люди мирно спали, тем более 22 июня – выходной, воскресный день. Но прошло всего каких-то пять минут, и началась кровавая война. И вновь, используя и олицетворение, и метонимию поэт пишет, что «всё дышало тишиной», «вся земля ещё спала». Мы – люди, конечно, ни о чём не подозревали, поэтому спали мирно, хотели встать с миром и жить в вечном мире! В третьей строфе во втором предложении у поэта одно-единственное риторическое восклицание, которое заключает в себе особую экспрессию, усиливает напряженность ситуации.

В этом стихотворении по два предложения в каждой строфе по два предложения, кроме четвертой. Четвёртая, последняя строфа представляет собой одно предложение. И это предложение – вывод, в котором поэт передал глубокую мысль. Голос автора сливается с голосом лирического героя. «Я» - это поэт, переживший войну, «трубил бы тревогу», т.е. предупреждал бы всех нас о чем-то страшном, чудовищном, но всё равно бы предупреждал. И, может быть, всё было бы по-другому, не было бы столько потерь. Поэт сожалеет, что война застала нас, русских людей, врасплох, неожиданно. История напоминает нам: «Героизм воинов и неразбериха первых дней войны сплелись в одно неразрывное целое». Нам пришлось отступать, но люди, русские люди, выносливые и терпеливые, боролись, не щадя своих жизней, и стояли крепко до конца. Стихотворение заканчивается так:

Я о другом не пел бы ни о чем,

а славил бы всю жизнь свою дорогу,

когда б армейским скромным трубачом

я эти пять минут трубил тревогу.

Светлана Бродер

Ученица МКОУ СОШ п. Пластун

(учитель Е.Г.Расулова).