Театрализованное представление «Если Россия могучее древо»

Автор: Чанкова Татьяна Петровна,

учитель русского языка и литературы МБОУ «Большесейская СОШ»

Республики Хакасия

«Если Россия – могучее древо…»

Театрализованное представление.

Звучит скрипка.

Чтец: Ей вспоминаются не даты,

Не музыкантов имена,

А как в лесу была когда-то

Высоким деревом она…

Ведущий: Сколько помнит себя русская земля, шумят над нею леса, и доносит их шум отзвук вечности. Велик и загадочен наш лес. Каждая тропа, уводящая в его глубь, таит радость познания и свежесть новых открытий. Постигая их шаг за шагом, будто попадаешь в полный удивительной жизни зеленый храм, который омыт благодатными дождями, прогрет жарким солнцем, напоен запахом хвои, цветов и трав. Давайте же войдем в лес, как входят к другу, с чистыми помыслами и открытой душой.

Чтец: Посмотри, друг мой, на эту старую, но всегда прекрасную сосну. Как люблю я ее темно-зеленую хвою, широко раскинутые золотисто-коричневые ветви!

Лучше всех деревьев сосна на закате. Вот она пламенеет в ласке вечернего солнца, и ствол и ветви ее словно наливаются алой кровью и кажутся светящимися, как пальцы человеческих рук, когда сквозь них смотришь на яркий свет. Сколько в сосне огромной жизненной силы, величия, бодрости!

Думается, что если бы деревья жили по человеческим законам, то сосна заняла бы почетное место учителя, советника, друга-утешителя для тех, кто временно ослаб духом и ищет поддержки в силе другой души, чтобы выпрямиться и воспрянуть. Ты, я вижу, улыбаешься, мой друг, но для меня совершенно ясно, что сосна – воплощение мудрой силы жизни, ясного спокойствия, глубоких, цельных мыслей и чувств. В ней, как в мудреце, редкое сочетание величавой простоты с мягкой теплотой сердца.

Тихо шепчутся сосны, точно рассказывая друг другу о прелести ночи, о чудесной лунной дороге, трепещущей в черном глянце озера.

Ах, как могут сосны слушать и понимать всю торжественность ночи всем своим большим мудрым сердцем! Умеешь ли ты так, друг мой?

Чтец:

Деревья до листка знакомы мне,

Протягивают ветви, словно руки,

Пластинки кленов крутятся во тьме,

Записывая голоса и звуки.

Исполняется песня «Малиновый звон».

Чтец: Верба… Как только прозвучит ее имя, так и брызнет солнцем, запахнет весною, повеет теплым ветром. И вот она, верба, вестница возрожденной природы, милая шалунья, стоит и колышет, как невеста, своей кремовой фатой и, кажется мгновение – растает и улетит в синеву.

- Верба, верба, ну, подожди минутку, побудь и с нами! – просят ее старые кусты черной ольхи. Но куда там! Верба мчится к своим юным подругам, поиграть с ветром и солнцем, попить свежей воды, позабавиться с весенним дождем, а на закате, когда поплывут розовые облака, спеть песню о радостях жизни.

- Вот какая я резвая, веселая, - словно говорит она,- природа одарила меня гибкостью, шаловливой листвою, а потому любо мне танцевать, резвиться и петь. Кто не любит солнца, светлой речки, отойдите, не смотрите, не слушайте меня, нам с вами не по пути.

И заливается смехом пушистая верба, и пляшет, и пляшет.

Девочки исполняют танец «Вербочки» К. Орбакайте.

Чтец: Вот старый знакомый дуб – патриарх здешнего леса. Его могучий ствол, словно шрамами, испещрен извилинами коры. А резная глянцевая, как будто омытая дождем листва поражает своей зеленью. Так бывает и у людей. Вроде старый человек – голова седая, лицо в морщинах, и вдруг живой блеск несостарившихся глаз – значит, молод еще душой, сопротивляется неумолимому течению времени.

Чтец: Под сенью дуба скромно приютилась стройная рябина. Ее кудрявая крона украшена зонтиками белых цветов. Это дерево особенно любимо народом, оно олицетворяет образ одинокой, тоскующей женщины. У моей рябины счастливая судьба – ей удалось то, о чем мечтали вековухи и вдовы – перебраться под защиту могучего дуба.

Чтец: Живет пихта в глухих таежных местах и не любит пышности и блеска. Обращал ли ты внимание на гладкий серебристый ствол дерева, точно покрытый лаком, на его хвою, мягкую, как кошачьи лапки? Любят таежники нежную пихту. Внимательным деревом называют её.

А мне представляется стройная пихта застенчивым, скромным человеком, который от скромности прячет красоту души своей, не раскрывая ее при первом знакомстве. Когда же она откроется тебе во всей полноте, то настолько очарует, что нет уже сил расстаться с нею.

Чтец: А вокруг холщовые сарафаны и зеленые шали берез, которых в народе ласково называли невестами. Они и впрямь, как невесты – нежные, стройные. И водят они хороводы по всей стране.

Исполняется хоровод «Во поле береза стояла».

Чтец:

Ты воду пил свою, родную,

До слез родную, до нутра, -

Колодезную, ключевую

Из деревянного ведра,

Как из бездонного оконца?

В студеность окунув глаза,

Ты видел, что она под солнцем

Светла, как Божия слеза?

Древесной дедовскою ложкой

Снимал пчелу с узора сот?

Из липовой долбленой плошки

Ты ел с брусникой майский мед?

Ты трогал вербою теленка, ведя на первую траву?

Ты, словно сонного ребенка,

Качал купавку на плаву?

Ты бегал вдаль по первотропу

Туда, где сели журавли?

И запах мяты и укропа

Перед закатом помнишь ли?

О, если нет, ты – не от корня,

Ты от верхушек, от ветвей,

Тебя не Русь – не почва кормит,

И не одной ты крови с ней!

Ведущий: Мы привыкли к зеленому окружению и не представляем, как можно жить без удивительного этого цвета, свойственного траве, кустарникам, деревьям. Грудной ребенок с удивительно серьезным видом, а потом и с яркой радостью будет долго рассматривать первый цветок или зеленый лист, зажатый в кулачке. Старый человек в самом конце жизни попросит приподнять его, чтобы в последний раз увидеть за окном пригнутую ветром крону дерева.

Ведущий: Как была Россия в роскошной зелени встарь, так и прошла через века в наше время – сияющей и юно зеленой. Окинем ее взглядом. Огромные пространства, наполненные зеленью – цветом надежды, - это главное зрительное ощущение остается в памяти на всю жизнь. Мощь живой нашей Родины вызывает чувство гордости, особенно если ты родился здесь. Или живешь. И твое дерево, когда-то посаженное у порога родительского дома, тоже частичка этой могучей зелени.

Ведущий: Велика, обильна красой и богатством Россия. Она-то и выковала за минувшие века и век нынешний людские характеры под стать своей широте и размаху, привила редкостную доброту, трудолюбие и хлебосольность. Прелесть полей и лугов дала женщинам и девушкам задумчивый взгляд васильковых глаз, напевность речи и грустно-прекрасные песни, которые вплетаются в нашу жизнь, как полевые цветы в праздничный венок. Так было. Так осталось.

Исполняется песня «Весна».

Ведущий: Мы привыкаем и к чуду ежегодного обновления земли, принимаем его как должное, и, может быть, поэтому люди иной раз смотрят на весеннее поле глазами спокойно-равнодушными, как на нечто обыденное, не удивляясь и не радуясь свежим полотнам художницы – весны. А жаль. Не так уж много весен отмерено человеку. Чем глубже способен он радоваться и открывать удивительное в природе, в людях, тем интересней и богаче его собственная жизнь.

Чтец:

Новорожденная листва:

Пучки, оборки, кружева,

Воротнички, манжетки.

То в трубку свернутый листок,

То словно сложенный платок,

То на манер салфетки.

На всех деревьях и кустах

Ее сжимают в кулаках,

В горстях, несут в щепотке,

И тут же – душные цветки,

Метелки, зонтики, щитки,

И кисточки, и щетки.

Кто шелковист, кто глянцевит,

Кто белым войлоком подбит,

Но тополь всех чуднее:

Он так неряшливо цветет,

И красных гусениц приплод

Под ним шуршит в аллее.

Взрослеем мы, а мир цветет!

Спасибо, что не наоборот!

Звучит светлый колокольный звон.

Чтец:

И снова я в храме, где желтые клены

И красные сосны стоят, как колонны,

Где золотом вышиты рясы осин

И жарко пылают кораллы рябин.

Где тихо и строго обряды творят

Деревья, одевшись в осенний наряд.

Чтец:

Я древо вековой породы – Русь –

Праматерь и праотчина России,

Мой корень вепрем сглодан, но держусь,

Держусь за землю из последней силы.

Свирепость орд и загнанность племен,

Ползучий страх и дикое веселье

Нашли желанный плен иль ласковый полон

Под русскою доверчивою сенью.

Я креп, мужал и осыпал плоды –

Суть семя, чтоб взрастить свое потомство…

Но отческие вечные труды

Бесстыдно пожирало вероломство.

И в хладный час, когда листву с ветвей

Я стлал теплом на стынущую землю,

Те, кто под сенью были под моей,

В меня бросали смехом, злом, презреньем.

И отрекались. Отползали прочь,

Мое величье за свое считая.

И я один в морозы, в грозы, в ночь

И смертно мерз, и до разрыва таял,

И воскресал! И крепкою листвой

Прельщал их вновь и забывал обиды.

Им сострадал – отрекшимся и битым,

И вглубь, и ввысь вновь вел их за собой.

Какая б ни точила меня гнусь,

Какая б ни ломала меня сила,

Я – древо вековой породы – Русь –

И цвет, и плод, и корень всей России.

Чтецы:

Родина – мы произносим тихо,

И в глазах задумчивых у нас

Медленно качается гречиха

И дымится луч в рассветный час.

Речка вспоминается, наверно,

Чистая, прозрачная до дна.

И сережки светятся на вербе,

И в траве тропиночка видна.

Родина, - мы говорим, волнуясь,

Даль без края видим пред собой,

Это – наше детство, наша юность,

Это все, что мы зовем судьбой.

Родина! Отечество святое!

Перелески. Рощи. Берега.

Поле от пшеницы золотое,

Голубые от луны стога.

Сладкий запах скошенного сена,

Разговор в деревне нараспев,

Где звезда на ставеньку присела,

До земли чуть-чуть не долетев.

Родина! Земля отцов и дедов!

Мы влюбились в эти клевера,

Родниковой свежести отведав

С краешка звенящего ведра.

Разве может стать для нас привычен

Этот свет волшебный, огневой,

В ярких каплях спелой землянички,

В пене облаков над головой?

Это позабудется едва ли –

И навек останется святым…

Ведущий: Родина – огромная страна. И наше село, наша школа – частица малая её. Эти простые слова «Большая Сея» на столбике у въезда в село столько дают радости, когда возвращаешься домой после долгой разлуки.

Как же не любить нашу Сею. Голубую излучину реки, особенно красивую во время ледохода, запахи трав и солнечные блики на воде, тишину и звуки леса, движение вечерних облаков и полет птицы.

Каждый год в жизнь нашего села входит что-то новое. И хочется в будущем прийти сюда не гостем.

Звучит хакасский народный инструмент – хомыс.

Чтец: Если Россия – могучее древо,

Край мой хакасский - одна из ветвей.

Той ветки улыбку, той ветки напевы

Хотел бы я выразить песней своей.

Россия – среди векового раздолья

Могучее древо под яркой звездой.

Я радуюсь, что удостоился чести

Зеленым листом древа этого стать.

Звучит скрипка.

Чтец: Ей вспоминаются не даты,

Не музыкантов имена,

А как в лесу была когда-то

Высоким деревом она…

Как млечный путь небесной манной

Струился вдаль. А по утрам

У ног ее паслись туманы,

Отяжелев от сочных трав.

И птаха крохотная пела,

Даруя миру небеса,

И даже в старом пне замшелом

Звенели скрипок голоса.

Визжали пилы, как живые,

И надо было умереть,

Чтоб после кольца годовые

Расправив струнами, запеть.

Запеть, лаская нас и жаля,

Роняя звуки, как росу,

Запеть, чтоб тихо стало в зале,

Как в предрассветный час в лесу.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/239019-teatralizovannoe-predstavlenie-esli-rossijam