Проблемы теории и практики в выявлении налоговых преступлений

«Проблемы теории и практики в выявлении налоговых преступлений»

Одной из особенностей налоговой преступности в Российской Федерации является ее высокая латентность. Только по официальным данным Министерства налогов и сборов (МНС) РФ, более 50 % зарегистрированных юридических лиц не сдают налоговую отчетность и не платят налоги. По отчетам руководителей МНС и Федеральной службы налоговой полиции (ФСНП) Российской Федерации, в 2000 г. в результате контрольной работы, проведенной налоговыми органами самостоятельно и во взаимодействии с другими контролирующими или правоохранительными органами, в государственную казну дополнительно начислено налогов и предъявлено налоговых санкций на сумму 283 млрд руб.; проведено 65,8 тыс. документальных проверок налогоплательщиков, в результате которых выявлено 44,2 тыс. нарушений налогового законодательства, в том числе 28,5 тыс. нарушений в крупном и особо крупном размере. По инициативе МНС в результате этих мероприятий возбуждено 1 922 уголовных дела. Кроме того, за этот же год органами ФСНП дополнительно самостоятельно проведено 38,9 тыс. документальных проверок налогоплательщиков, в результате которых выявлено 31,5 тыс. нарушений налогового законодательства, в том числе 21,3 тыс. нарушений в крупном и в особо крупном размере. Возбуждено 3,2 тыс. уголовных дел.

Значительный уровень налоговых правонарушений, высокий уровень латентности налоговых преступлений обусловливают необходимость поиска оптимальных методов их выявления. Выявить налоговое преступление намного труднее, чем обычное общеуголовное или даже экономическое преступление. Например, когда речь идет о грабеже, чаще всего известно, кто является потерпевшим, когда произошло преступление и где, какая сумма похищена, имеются некоторые сведения о лицах, совершивших это ограбление. По налоговым преступлениям такой информации обычно нет. Потенциально каждый налогоплательщик объективно стремится к минимизации своих налоговых платежей и через призму этого может рассматриваться в качестве потенциального налогового правонарушителя. Если сумма допущенного им нарушения достигнет предела, установленного законодателем в ст. 198 и 199 УК РФ, то он может превратиться в налогового преступника. Невозможно определить, сколько случаев совершения налоговых правонарушений и преступлений остаются невыявленными.

Поэтому чрезвычайно важно найти, разработать и применять эффективные методы и способы выявления налоговых преступлений.

One of the features of tax crime in the Russian Federation is its high latency. According to official data of the Ministry of taxes and levies (MNF) of the Russian Federation, more than 50% of registered legal entities not take the tax returns and pay taxes. According to the reports of the heads of the MNF and the Federal service of tax police (FTPS) of the Russian Federation, in 2000 as a result of the audit work carried out by the tax authorities independently and in interaction with other regulatory or law enforcement agencies, the state Treasury of additional taxes and filed tax penalties the $ 283 billion rubles; conducted 65.8 thousand documentary checks of taxpayers, which revealed 44,2 thousand violations of the tax legislation, including 28.5 thousand violations in large and extra large size. On the initiative of the MNF as a result of these events initiated 1 922 criminal cases. In addition, during the same year the Federal tax police bodies optionally independently conducted 38.9 th documentary checks of taxpayers, which revealed 31.5 thousand violations of the tax legislation, including 21.3 thousand violations in large and on a large scale. Instituted 3.2 thousand criminal cases.1

A significant level of tax offences, the high level of latency of tax crimes necessitate the search for optimal methods of detecting them. To identify tax crime is much more difficult than the usual ordinary or even economic crime. For example, when talking about the robbery, often know who is the victim when the crime happened and where, what amount stolen, there is some information about the perpetrators of the robbery. For tax crimes such information is usually not. Potentially every taxpayer objectively seeks to minimize their tax payments through the prism of this can be considered as a potential tax offender. If the amount admitted the violations it reaches the limit set by the legislator in articles 198 and 199 of the criminal code, he can turn into a tax offender. It is impossible to determine how many cases of committing tax offenses and crimes remain undetected.

It is therefore extremely important to find, develop and apply effective methods and ways of identifying tax crimes.

На мой взгляд, можно выделить несколько, основных криминалистически значимых проблем, связанных с выявлением налоговых преступлений.

Во-первых, проблема неразработанности понятия «налоговое преступление». Редакция уголовных статей, устанавливающих ответственность за умышленную неуплату налогов, за период с 1992 П0 1998 г. менялась четырежды. В 1999-2001 гг. предпринимались новые попытки их изменения. Уже сам этот факт говорит о попытках законодателя совершенствовать закон, исходя из следственной и судебной практики. Согласно действующему уголовному законодательству, ответственность за уклонение от уплаты налогов наступает по факту умышленной неуплаты налогов в определенном размере независимо от того, каким способом произошло это уклонение. Закон лишь частично определяет, какие именно деяния входят в понятие «уклонение от уплаты налогов». Этот вопрос является основным и в деятельности по выявлению налоговых преступлений, поскольку не до конца ясно, что выявлять: неуплату налога в определенной сумме или действия, связанные с этой неуплатой, и какими должны быть эти действия, чтобы являться преступными. Отсутствие точного уголовно-правового значения термина «уклонение» приводит к различному его толкованию в теории и практике. В одних случаях составы налоговых статей относят к формальным в других — к материальным. Одни и те же действия при различном толковании могут рассматриваться как преступные или нет. Например, могут заключаться мнимые или ничтожные сделки, расчеты производиться не на прямую, а через посредников, несуществующими векселями и т. п. При этом бухгалтерский учет будет проводиться на основании этих «поддельных документов». Иными словами, обман будет проходить не только на уровне бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности, но и на уровне осуществления самой предпринимательской деятельности еще до возникновения обязанности по уплате налогов. Такие деяния, не являющиеся сами по себе нарушением налогового законодательства, в зависимости от трактовки понятия «уклонение от уплаты налогов» могут либо не являться налоговым преступлением, либо являться приготовлением к его совершению, либо быть составной частью события налогового преступления, или же являться сокрытием его следов.

Во-вторых, проблема несовершенства налогового законодательства России, аналогов которому по противоречивости, запутанности и некорректности в мире найти практически невозможно. Ряд положений российского налогового законодательства прямо способствует совершению как налоговых, так и связанных с ними других экономических преступлений.

В-третьих, проблема учета налогоплательщиков как основы налогового контроля. На сегодняшний день, по данным руководства МНС РФ, из 3,1 млн юридических лиц не подают сведений о своей деятельности 1,3 млн, 200 тыс. представляют «нулевые» отчеты. До 60% организаций не сообщают в налоговую инспекцию о своей деятельности, т. е. фактически не регистрируются 140.

Уместно напомнить, что одним из основных способов уклонения от уплаты налогов является создание так называемых «фирм-однодневок» и «спящих фирм». В этой связи необходимо произвести закрытие всех бездействующих фирм, равно как и разработать и утвердить порядок закрытия вновь созданных и не ведущих деятельность.

Распространение ответственности за результаты деятельности «фирм-однодневок» на их хозяев (финансово-заинтересованных лиц) способно снизить уклонение от уплаты налогов.

Значительное число физических лиц также не зарегистрировано в налоговых органах и уклоняется от постановки на учет. Особенно остро эта проблема стоит среди иностранцев. По данным правоохранительных органов, в Москве проживают около 600 тыс. граждан Азейрбаждана, из них официально зарегистрировались только 60 тыс. человек, а на налоговый учет встали всего 13 человек. Граждан КНР в Москве — более 100 тыс., а на налоговом учете — 16 человек. Ежегодный товарооборот 170 столичных рынков оценивается в 300 млрд руб., из которых в бюджет страны идет всего 0,6 млрд руб. налоговых поступлений, т. е. менее 0,2% от товарооборота. Нелегальных мигрантов, трудоустроившихся в России, насчитывается до 3,8 млн человек, а на налоговом учете состоят только 35 тыс., т. е. менее 1% работающих.

В настоящее время создается единый Государственный реестр налогоплательщиков. Однако учет граждан и юридических лиц, их доходов и расходов ведут более десятка различных ведомств и учреждений. Зачастую они не взаимодействуют между собой, их данные нередко противоречат друг другу. Думается, вполне назрела необходимость передачи права регистрации юридических лиц в один государственный орган, которым должно быть Министерство по налогам и сборам. Необходимо также обязать все другие организации сообщать обо всех имущественных сделках, совершенных физическими и юридическими лицами в территориальные налоговые инспекции.

Четвертой проблемой выявления налоговых преступлений является проблема отбора плательщиков для проведения проверок. Ее решение предполагает выбор таких объектов, проверка которых могла бы принести максимальный эффект в выявлении налоговых преступлений при минимальных затратах. К сожалению, эта проблема пока не решена, и отбор налогоплательщиков для проведения проверок в деятельности налоговых подразделений носит случайный характер. Иногда проверяются крупные налогоплательщики-предприятия, где заведомо можно найти какие-то нарушения в налоговом учете, взыскать доначисления в бюджет и штрафы. В некоторых случаях проводятся плановые проверки финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщиков по какому-то направлению их деятельности. Результативность таких проверок также низка. Так, по состоянию на 1 июля 1999 г. в налоговых органах было зарегистрировано свыше 1,6 млн контрольно-кассовых аппаратов (ККМ), принадлежащих 835 тыс. организаций и физических лиц, осуществлявших предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. Проведено свыше 316 тыс. проверок соблюдения законодательства по применению ККМ, в 73 тыс. выявлены нарушения. С точки зрения качества проверок, их результативность составила 23%, а с точки зрения количества зарегистрированных ККМ — 4,6%. Как представляется, это достаточно низкий процент, и причина кроется в отсутствии научной методики поведения отбора налогоплательщиков для поверки.

Конечной целью учета налогоплательщиков - физических лиц должно являться создание возможностей для того, чтобы подоходный налог взимался не только с заработной платы, составляющей сегодня не более 45% доходов населения, а с совокупного чистого дохода, складывающегося из доходов от земельной собственности, капитала, работы по найму, предпринимательской деятельности и т. п.

Уже на первом этапе представляется возможным формирование учетной базы данных на лиц, заведомо имеющих высокие текущие личные доходы (учредители и руководители крупных и средних фирм).

Пятой проблемой в выявлении налоговых преступлений является проблема создания обоснованной системы признаков, указывающих на наличие у проверяемого налогоплательщика налогового преступления. В имеющейся литературе, научных и практических рекомендациях в основном приводятся признаки, характерные для выявления хозяйственных преступлений и связанные с нарушением порядка ведения бухгалтерского учета. Эти признаки, безусловно, важны, но для выявления налоговых преступлений оказываются непригодными. Поскольку в настоящее время ведется два относительно самостоятельных вида учета — налоговый и бухгалтерский, необходимо разработать систему признаков, указывающих на наличие налогового преступления у конкретного налогоплательщика. Эти признаки должны основываться на документах налоговой отчетности.

Наконец, шестой проблемой является проблема определения эффективной системы оперативно-розыскных мероприятий по выявлению налоговых преступлений. Предлагаемые в различной литературе по расследованию налоговых преступлений системы таких мероприятий также рассчитаны в основном на выявление преступлений чисто экономической направленности, в основном хозяйственной, но не налоговых. В практической деятельности они оказываются непригодными. Поэтому необходимо создание системы оперативно-розыскных мероприятий налогового профиля.

Для выявления налоговых преступлений работники налоговых органов в соответствии с гл. 14 НК РФ могут осуществлять действия, по своей тактике и содержанию не отличающиеся от действий следователей и иных сотрудников правоохранительных органов, ведущих проверки на стадии до возбуждения уголовного дела, а также осуществляющих дознание, предварительное следствие или оперативно-розыскную деятельность.

Выявление налоговых преступлений оперативным путем предполагает предварительный сбор, накопление и систематизацию сведений о лицах, представляющих оперативный интерес (отличающихся состоянием криминальной опасности), и фактических данных (сведений), указывающих на различные признаки скрытой противоправной деятельности. Оперативно-розыскная практика идет по пути концентрации выявленной оперативным и иным путем информации на специальных носителях, что гарантирует обоснованность заведения дел оперативного учета и последующей реализации материалов. В этой деятельности существенную помощь могут оказать исследования, касающиеся типологии личности налогового преступника.

Успешное выявление налоговых преступлений возможно лишь при решении всех названных проблем.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/367750-problemy-teorii-i-praktiki-v-vyjavlenii-nalog