Классный час о блокадном хлебе: память и уроки мужества для начальной школы

Материал для проведения классного часа «Блокадный хлеб»

В наши дни мы чтим память защитников города, рабочих и мирных жителей которые единым фронтом сплотились против захватчиков и не пропустили их в родной город. В тяжелейших условиях людям приходилось работать, сражаться и вести повседневную жизнь, не теряя человеческого лица от голода. И самым важным для защитников города ресурсом стал знаменитый блокадный хлеб, на котором во многом и держалась оборона города. И именно кусочек хлеба во многом стал символом блокады.

Перед началом блокады произошло ужасное: немецкая авиация совершила налет на ленинградские Бадаевские склады. 23 немецких бомбардировщика положили бомбы так точно, что в одночасье выгорело свыше 3 тысяч тонн муки. Скорее всего, их на склады навели. Город был окружен, продовольствие брать было неоткуда. Еще с 18 июля в Ленинграде введены карточки. А с 8 сентября – фактического начала блокады – хлебная порция стала систематически снижаться.

Всего снижений было пять, и с 800 июльских граммов порция упала до 200 граммов хлеба для рабочих и 125 граммов для всех остальных. Сейчас нам сложно это понять, но вы можете вспомнить одну из разрезанных краюшек черного хлеба, которые вам давали в школе к обеду, это даже чуть больше, чем 125 граммов. Но похож ли он был на наш современный хлеб?

Сам хлеб изначально делался, как и сейчас, но со временем, когда муки становилось все меньше, хлеб приобретал блокадные черты: особый вкус и консистенцию, которая так запала в память всем ленинградцам, пережившим те суровые годы.

«Стандартный», если можно так выразиться, состав блокадного хлеба был следующим: ржаная мука (обойная или вообще любая из тех, что были под рукой) – до 75%, целлюлоза пищевая – до 10%, жмых – до 10%, остальное – это обойная пыль, выбойки из мешков или хвоя. Но это лишь один из вариантов. По старой русской традиции в ход могла пойти и лебеда, и древесная кора, и сосновый луб. Добавляли также лузгу, рисовую мучку, соевый шрот или отруби. Мука тоже часто менялась, использовалась любая – от ячменной до кукурузной. В целом рецепт хлеба мог меняться ежедневно. Специалисты Центральной лаборатории Ленинградского треста хлебопечения придумывали самые немыслимые варианты, лишь бы накормить хоть чем-то горожан.

Хлеб даже доставали со дна Ладожского озера – из кузовов утонувших машин и подвод. Мука в центре такого мешка была еще сухая, а мокрую сушили и эту корку перемалывали для производства хлеба. Первые рейсы по Дороге жизни везли муку – такую нужную для блокадного хлеба. Везли из-за тонкого льда сначала на подводах и только позже – на грузовиках. Несмотря на круглосуточную работу Дороги жизни, первая зима в Ленинграде стала самой суровой, в ее ходе блокадный хлеб сохранил жизнь сотням тысяч наших соотечественников, а ведь это были крохи по современным меркам.

С хлебом связаны и подвиги, и потери. Например, известна история Даниила Ивановича Кютинена, ленинградского пекаря. 3 февраля 1942 года, в первую и самую суровую, голодную и холодную зиму, он умер прямо на рабочем месте от истощения. Умер, но не взял ни крохи блокадного хлеба себе. Посмертно Д. Кютинен внесен в книгу памяти блокады Ленинграда.

Говорят, что у блокадного хлеба не было ни вкуса, ни запаха. Вокруг пекарен не распространялся такой хорошо знакомый нам аромат от теплой свежеиспеченной буханки хлеба. Но у блокадников другое мнение: «До сих пор помню этот маленький, толщиной не более 3 см, черный, липкий кусочек. С удивительным запахом, от которого не оторваться и очень вкусный! Хотя знаю, муки в нем было мало, в основном разные примеси. Мне и сегодня не забыть тот волнующий запах». Зинаида Павловна Овчаренко, жительница Ленинграда, пережившая блокаду.

13 мая 1942 года Таня Савичева в блокадном Ленинграде сделала свои последние дневниковые записи: «Мама 13 мая в 7.30 час. утра 1942 г.», «Савичевы умерли», «Умерли все», «Осталась одна Таня». До войны Таня родилась 23 января 1930 года в дружной многодетной семье. В 1930-е, когда в СССР началось отчуждение частной собственности, Савичевы были вынуждены переехать из Ленинграда за 101-й километр, поскольку отец Тани был предпринимателем. В 1936 году глава семейства скоропостижно умер от рака. Оставшаяся без кормильца семья скоро вернулась в Ленинград, вместе с бабушкой Савичевы поселились на 2-й линии Васильевского острова, в доме 13/6, в квартире под номером 1, под квартирой братьев покойного отца, Василия и Алексея. В мае 1941 года Таня окончила 3-й класс школы. Летом Савичевы планировали, по обыкновению, навестить родственников в Ленинградской области. Первым уехал брат Тани Михаил. А Таня с мамой задержались на две недели, чтобы отпраздновать 22 июня день рождения бабушки. Девять строк смерти После объявления о начале войны Таня и мама решили остаться в Ленинграде, где с остальными членами семьи были привлечены к работам в тылу для нужд армии. 8 сентября 1941 года началась блокада Ленинграда, по плану Гитлера город должен был медленно умереть голодной смертью. Голодная осень сменилась еще более суровой зимой. Как-то во время уборки Таня обнаружила забытую старшей сестрой записную книжку, часть которой, предназначенная для записей телефонных номеров, была не заполнена. Первую запись Таня сделала 28 декабря 1941 года под буквой «Ж», посвятив ее своей умершей сестре Жене. Через месяц – вторая запись – под буквой «Б»: «Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г.». Голод убивал Савичевых одного за другим. Всего Таня сделала девять записей. Таня одна После смерти всех ближайших родственников Тани в Ленинграде последовали два долгих и очень тяжелых последних года в жизни девочки. В течение нескольких недель она жила у племянницы своей бабушки, которая оформила опеку над Таней, но, в силу трагических событий собственного детства, была не слишком приветлива. Работая по полторы смены на заводе, женщина на время своего отсутствия дома оставляла Таню на улице. Летом 1942 года тетя приняла решение отправить ослабленную голодом, дистрофией и вдобавок больную туберкулезом девочку в детский дом, в порядке массовой эвакуации детей из блокадного Ленинграда, в поселок Шатки. 1 июля 1944 года Таня Савичева умерла в доме инвалидов в Понетаевке, куда ее поместили в марте того же года. В медицинской карточке значилось: «Цинга, дистрофия, нервное истощение, слепота…». С момента начала блокады Ленинграда и в течение 1942 года из города было эвакуировано 430 тысяч детей. Из своей партии Таня умерла единственная. По одной из версий, дневник Тани обнаружила ее сестра Нина, вернувшись в Ленинград после снятия блокады. Сейчас дневник выставлен в музее истории Ленинграда. Нина всю оставшуюся жизнь жила в Петербурге, умерла в возрасте 94 лет в 2013 году. Брат Михаил в начале войны попал в партизанский отряд, после войны жил в Ленинградской области, в городе Сланцы, умер в 1988 году.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/490086-klassnyj-chas-blokadnyj-hleb