Сказки для лагеря или продлённого дня

СКАЗКИ ДЛЯ ЛАГЕРЯ И ПРОДЛЁННОГО ДНЯ

Никифорова Ирина Валерьевна

МБОУ «Лицей №4» г. Пскова,

Учитель биологии и географии

ДЕД МАЗАЙ И ЗАЙЦЫ

В одной деревне жил-да-был старый лесник Дед Мазай. Относились к нему, по большей части, уважительно – работяга, зла не делал никогда никому. Но сторонились. И побаивались.

Был он странный: никогда, как другие лесники, на охоту не ходил, и даже ружья не имел. И приносил из лесу не дичь, а какие-то рисунки и записки.

Как начиналась грибная и ягодная пора – возвращался всегда с полными корзинками. Сказывали люди, что часто в таких корзинах видели поганки, но никто никогда не слыхивал, чтобы Дед Мазай грибами отравился.

Вечно сушились у него на веранде дикие травы, готовились на подоконниках настои и настойки. Многие к нему со своими хворями приходили, и он лечил.

Однажды две деревенские девушки шли по лесу и встретили Мазая, и рядом с ним, словно собака, крупная рысь бежала...

А ещё витали по округе слухи о Мазае, совсем невероятные, что он – колдун. Что как-то раз, ещё молодой, взялся всех змей из своей деревни на полвека изгнать. Не поверили деревенские. А он отломил веточку орешника, что-то пошептал, обошёл вокруг деревни – и с тех пор никто там не видал ни одной змеи. Чуть за деревню выйдешь – там змеи есть, а в самой деревне – ни одной…

Был Мазай одинокий – жена ещё смолоду умерла, дети по белу свету разлетелись. Жил один в своём доме, на отшибе, нелюдим, ни с кем особо не водился, и никто в его доме дальше порога никогда не бывал.

Но вот стали замечать деревенские, что появился у Мазая друг. Подрос в деревне мальчик Гриша, тоже любитель в лесу пропадать. Стали они на пару в лес ходить.

Нравилось Грише общаться с Мазаем – тот был хорошим рассказчиком, много знаний ему про зверей и птиц передал.

И вот, как -то спозаранку, постучался Мазай к нему в избу: «Просыпайся. Собирайся. Река вышла из берегов, сильное наводнение, всю пойму залило, поедем с тобой, на лодочке прокатимся». Удивился Гриша – никогда ещё Мазай за ним в такую рань не приходил. Рассердился! Родителей разбудил! Ему самый сон ему оборвал! Но не посмел перечить лучшему другу, собрался и пошёл.

Пришли к реке, сели в лодку. Поплыли. Молчали. Наконец Гриша, чтобы прервать напряжённую тишину, спросил: «Дедушка Мазай, а правда, что ты когда-то из нашей деревни всех змей изгнал?

«Не изгнал, а договорился с ними,» - ответил Мазай.

Да ну? Ты по-змеиному понимаешь?

- И не только по-змеиному. Я каждого зверя, и каждую травинку в лесу понимаю.

- А как ты так научился?

Вздохнул Мазай. Устроился поудобнее, налёг на вёсла, и стал рассказывать.

Рассказ Деда Мазая

Ещё молодой я был. И как-то весной вот так же река разлилась. Взял лодку и поехал за дровами – много их в такую пору плавает. Только отчалил, смотрю – посередь воды – островок, а на нём несколько зайчишек. Жаль мне стало их, горемык, подплыл. Разу поняли косые, что спасение их пришло! Смотрят на меня, ушами шевелят, лапками перебирают. Посадил я одного в лодку. Тут, как по команде – и остальные прыгнули. Я и забыл, что за дровами собрался – так мне стало хорошо и радостно, что спас зверьков от верной погибели.

Повернул к берегу. Да вижу – на пеньке ещё зайчишка стоит. Вытянулся, лапки скрестил – вот-вот его вода накроет. Забрал и его. Плыву – уже и не хочу назад поворачивать. Дай, думаю, прокачусь вниз-вверх по реке, сколько мочи хватит – вдруг ещё кому помогу.

Немного совсем вниз продвинулся. Гляжу – зайчиха у куста копошится. И её взял.

А тут вдруг мимо бревно суковатое плывёт. И на нём – зайчиков, бедолаг, с десяток. И сидя, и лёжа, и стоя – кто как сумел пристроиться. Посмотрел я в лодку – полна. Некуда брать пассажиров - обернёмся. И тут вспомнил про трос. Привязал его – одним концом к лодке, а вторым – к бревну. Получился прицеп. И поплыл я, теперь уж точно к берегу.

Только лодка уткнулась носом в твердь – мои зайцы и дали стрекача. Осталось трое – так ослабли, что и убежать не могли. Принёс я их домой, положил им сенца душистого. Через пару дней отогрелись, сил набрались. Тогда вынес их на опушку – они и разбежались.

На следующий год я уже ждал, когда река разольётся, и уже точно знал, что сразу отправлюсь зайчишек спасать. И второй год набрал их полную лодку! Так и повелось – семь лет к ряду я зайчиков спасал.

А потом, в конце лета уже, отправился в лес за орехами. Нашёл хороший куст, собираю. Чувствую – кто-то позади меня стоит, прямо в спину дышит. Думал, что кто-то из местных – все они там меня знают. Обернулся, да чуть не упал от неожиданности: прямо передо мной огромный заяц, ростом с меня. Моё первое побуждение – драпать поскорее. Но от страха остолбенел, ни рукой, ни ногой двинуть не могу. Хотел закричать – голос пропал. А заяц вдруг мне и говорит по-человечески: «Утро доброе, Мазай! Я – Заячий Царь. Много о тебе наслышан. Семь лет, из года в год, спасаешь ты моих братишек, других зайчиков, от наводнений. Иным по нескольку раз помог. И нет тебе в этом никакой корысти, а ты всё равно каждую весну им на подмогу спешишь. Да и другие обитатели леса тебя хорошо знают. Никогда ты ни одного зверя в лесу не пристрелил, ни одного дерева понапрасну не срубил. Все просят тебя наградить».

Услышал я это и приятно стало. Размечтался. Никто никогда меня не награждал. И что, думаю, зайцы мне подарят? Корзину ягод? Или две корзины грибов? Или мешок орехов? Хорошо было бы!

А Заячий царь показал мне на берег реки и говорит: «Полезай в воду, искупайся, окунись разок с головой». Возмутился было я, август месяц, вода уже холодная, но промолчал. Скинул одежду, залез в реку, нырнул. Выныриваю – что такое? Весь лес голосами наполнился. «Отведайте малинки, дорогие мои медвежата!», «Милые малыши, не уходите от норки далеко!», «Кажется дождик начинается, надо закрывать свои лепесточки!» Понял я, какую дорогую награду мне зайцы приготовили. Оглянулся – хотел поблагодарить Заячьего Царя, а его и след простыл. Стал я с тех пор каждую травинку, каждую птичку в лесу понимать. Это подороже мешка орехов будет. А по весне – обязательно в половодье зайчиков спасаю. Вот теперь – стал стар. Нужен мне сменщик. Ты им и будешь.

***

Закончил Мазай свой рассказ. Смотрит Гриша – сухое деревце, а на нём зайчишка сидит. Подплыли они и посадили его в лодку. И дальше отправились, искать – кому ещё нужна помощь.

СКАЗКА ПРО КРАСНУЮ МАШИНКУ

Жила-была на свете Красная машинка. Была она маленькая, но зато красивая и удобная, быстро и осторожно ездила по городу и все ее за это очень любили. Но Машинка не любила ездить по городу. Она мечтала летать, как птицы летают.

И вот однажды дядя водитель привез ее в какое-то незнакомое место, где было много огромных белых машин. Подъехала Машинка к одной такой и спрашивает: «Ты кто?» «Я? Самолет. Летаю по воздуху, вожу разные грузы». «Надо же, какой ты везучий! – позавидовала Красная Машинка, а я всю жизнь мечтаю полетать, но у меня нет крыльев». «Это не беда, – сказал добрый Самолет, – я такой большой и у меня такое просторное грузовое отделение, что мы сможем полетать вместе. «Правда?!» – обрадовалась Машинка.

Тут подали трап, и Машинка въехала в грузовое отделение. А Самолетик вырулил на взлетную полосу и взмыл в верх.

...Долго-долго летали они над землей. Машинка видела через окошко, как совсем близко проплывают облака и пролетают птицы. А город, по которому она так часто ездила, и который так хорошо знала, оказался теперь далеко внизу и выглядел крохотным.

А потом Самолетик снова приземлился. «Ну что, – спросил он –, понравилось тебе?» «Еще бы! – сказала Красная Машинка –, я теперь самая счастливая на свете! Ведь сбылась моя мечта!»

БРОШЕННЫЙ ДОМ

Сказка написана на основе семейного предания

Жил на свете человек. Звали его Григорий. И не было у него своего дома. День и ночь работал он на своих господ-хозяев, а они ему за это нищенское жалованье платили, да в плохонькую комнатку пускали.

Хотел было на свой дом накопить, да только – трудом праведным не наживёшь хлеба насущного. Заработанных денег лишь на скудную еду и хватало.

Вот однажды человек и подумал: «А ведь много на свете брошенных домов. Пойду-ка я бродить по белу свету, найду такой, и буду в нём жить».

Долог ли, короток ли был его путь, нашёл он дом совсем неплохой: крепкий, тёплый. Но – обошёл его и решил: «Похожу-ка ещё. Вдруг лучше найду».

Прошёл ещё немного увидел лучше: просторный, уютный, с резными ставенками. И его человек осмотрел, и опять подумал: «Примечу-ка и этот. Похожу ещё немного. Вдруг – ещё лучше найду?»

И сам не понял Григорий, как забрёл в дремучий лес. Вдруг смотрит – прямо перед ним дом: старый-престарый, уже покосился, крыша обрушилась, да так сильно зарос, что не сразу и разглядишь за высоченной травой и буйным кустарником. Махнул человек рукой, да назад повернул.

Целый день шёл, а вечером смотрит – опять он перед этим же домом стоит. «И как так получилось, что по кругу ходил? – удивился человек, – Придётся здесь переночевать, а завтра – в другую сторону пойду». С утра встал, снова в путь отправился, а к ночи опять к этому дому вышел…

Что за чудеса? Как будто кто водит. Да, видно, судьба моя такая – здесь остаться».

Вырубил он бурьян у порога, отворил дверь. Кругом – разруха и запустение. Нигде ни одной вещи от прежних хозяев не сохранилось. Только печь уцелела, а в ней – даже дровишки лежат. Разжёг огонь. Засмотрелся, как пламя разгорается. Вдруг видит, а в пламени – лик. И глядит на него – прямо дрожь пробирает. Испугался человек, а лик вдруг подмигнул, и губы зашевелились. «Здравствуй, здравствуй, Григорий! – сказал он, – Ты не пугайся. Я жил давным-давно, триста лет назад. Прихожусь тебе предком, а каким именно – и сказать сложно – десять поколений прошло. Зови меня дедом Гавриилом.

Я давным-давно умер. И нам, мёртвым, нельзя к вам с того света являться. Разве что вот так – в пламени печи, да и то – ненадолго, чтобы что-то очень важное напомнить. Через 7 минут погаснет пламя – и не увидимся никогда больше. Поэтому слушай меня внимательно.

Был тут когда-то не лес, а большое село. И я, и все мои односельчане неустанно трудились. По осени собирали хорошие урожаи. Жили – не бедствовали. Но появился над нами барин-господин. Непонятно, по какому праву, ничего он не делал, только ел и спал целыми днями, да с нас, крестьян, оброк требовал, за добром приходил. Должны мы ему, дескать, и часть урожая отдавать, и продукты, и батрачить.

И чем больше ему давали и угодить хотели, тем больше жадность его прихватывала. Начал он от нас столько требовать, что год от года всё беднее становились, иные семьи и вообще разорились. А кто работать и добро отдавать отказывался – тех нещадно плетьми секли, и ещё больше других обирали. Долго терпел я это. Все хотели, да никто не знал, как избавиться от дармоеда ненасытного.

Но вот, дошла до нас благая весть, что есть на свете прекрасная земля, солнечная и благодатная, никем ещё не занятая. И зовётся она Новороссией. Нелегко туда добраться. Но каждый, кто сумеет – станет свободным, никаких хозяев над ним не будет.

И начал я подумывать, как туда от барина сбежать. Попытался и соседей подговаривать. Но большинство и думать не хотели! Сбежать – значило навсегда бросить дом, что годами строился, надел, что годами обрабатывался, корову и птицу, которых всю жизнь наживали, с роднёй навсегда распрощаться. Сбежать – мало кому такая мысль пришлась по душе. Но несколько семей решились, и мы стали ждать удобного часа.

И вот, весной, притворились как-то, что едем на дальние поля, на барина работать. А сами – нагрузили на телеги сколько могли: ножи, топоры, косы, какое было – золотишко, и помчались быстрее, пока нас не хватились. Два дня ехали, почти не останавливаясь, лошадей замучили, сами измучились, но никто нас не настиг. Видно, забеспокоились, когда мы уже далеко были.

Долго добирались. Но приехали наконец-то на земли заветной Новороссии. Нашли подходящее, никем не занятое место, и основали там село Батурино. Сначала нелегко приходилось. Всё лето работали до седьмого пота – обустраивали огороды, пахали, сеяли, запасали сено, строили хаты. Помогали друг другу – без этого не выжили бы. В конце зимы голодать пришлось – много на новом месте не запасёшь. Но никто и никогда больше с нас оброка не требовал – стали мы людьми вольными.

Тут вздохнул дед Гавриил: «Мне пора. Горд я за тебя, дорогой праправнук, что и ты от господ своих ушёл. Не забывай никогда, что свобода дорого стоит. Хотел бы я тебе подарить всё, что сам имел. Но всё временем разрушено. Разве что этот надел земли, на котором я жил свободным, да фамилию, которую ты носишь - Гаврилов». Сказал так лик – и погасло пламя. И сколько не разжигал его человек – уже не являлся ему прапрадед Гавриил.

На утро вышел человек за порог и смотрит, что не в лесу его дом, а посреди бескрайней, солнцем залитой степи.

И с тех пор жил он в родном доме. Трудился на родной земле неустанно, и она его исправно кормила. Чуть погодя создал он семью. А наказы предка своего записал в книгу и подарил детям. Чтобы и они никогда своих предков не забывали и всегда по их заветам жили.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/491977-skazki-dlja-lagerja-ili-prodljonnogo-dnja