Брошюра «Василий Николаевич Ледков»

Василий Николаевич Ледков

Свои стихи певец тундры предлагает читателю как дар своей дружбы, утоляя надежды 
людей, показывая им прекрасное. Поэт огромное количество времени тратит на 
выстраивание по крупицам здания уверенности в себе. Подвергает себя крайнему 
сомнению в правильности подобранных слов, строчек, интонации, акцентов. Под 
Москвой, в Переделкино, беседуя со знаменитым поэтом Самуилом Маршаком, Василий 
Николаевич испытывал дрожь в коленках, но внимательно слушал советы мастера: 
гениальность - в простоте, переводы - отличная школа для писателя. Ненецкий 
писатель почувствовал силу и способности на создание произведений крупных форм. 
Выходят его романы "Месяц Малой Темноты", "Люди Большой Медведицы", повести 
"Синева в аркане", "Метели ложатся у ног", "Розовое утро" и другие. Автор в 
своих трудах объясняет, что корень человеческого зла находится в сфере Духа, 
нужно очищение и покаяние человека. Он компенсировал свою жажду деятельности 
книгами. Литературные труды В.Н. Ледкова получают мировое признание и 
переводятся на арабский, монгольский, японский, итальянский, чешский, немецкий, 
румынский.

Поэзия Ледкова и сегодня продолжает делать тяжелую и далеко не престижную ныне 
работу - отстаивает место поэзии в современном прагматическом мире, нищем по 
части положительных эмоций и морали.

Я обращаюсь к вам, кто к нам приехал:
Вы к нам сюда явились без опаски, 
преобразить жизнь обещая в рай,
о будущем рассказывали сказки и... 
беспощадно искажали край
Забыть ли ненцам то, как это было?
Вы - нашей жизни корни корчевали, 
традиционный разрушая быт, 
чтобы по тундре мы не кочевали, 
чтоб труд оленевода был забыт.
Забыть ли ненцам то, как это было?
Вы - в нефтяные радужные пятна 
раскрашивали синь озерных вод... 
И было нам все это непонятно. 
И было это уж который год.

Забыть ли ненцам то, как это было?
Вы - может вправду нам добра хотели. 
Но мы бессильны были все сберечь: 
и наши чумы без детей пустели, 
и забывалась ненецкая речь...
Всему - предел есть!
Где ж такая сила,
чтоб мы забыли то, как это было?!

Василий Николаевич любил и умел молчать, это всегда было уместно и мудро. 
Застенчивый и гордый человек, он всегда по-детски был откровенен в своих 
поступках.

Нить раскаленная заката,

перегорев, оборвалась,

Под покрывалом снегопада

земля уснула.

В добрый час!

Заснуло темных сопок стадо,

озера дремою полны.

Спи, тундра.

Я тебе, усталой,

наворожу цветные сны ...

Я, словно клюквинка-кровинка,

взращен тобою на корню.

Не бойся туч!

Я их лавину рукой сыновней разгоню.

Ты спи.

Звезда твоя лучиста,

прозрачен воздух.

А вдали твои кокетливые лисы

на плечи женские легли.

Я, точно сказку, до рассвета

тебе нашептывать готов:

«Европа зябкая согрета

мехами тундровых песцов... »

Твои моря - они бездонны.

А сколько прячет твой простор

мест и бесследных

и бездомных,

не прирученных до сих пор!

«Рождение».

По скулам хлещет ясавэя

Мохнатой лапою пурга.

Похожий на большого змея,

Аргиш ползет через снега.

Полозьев медленное пенье,

Поземка стелется у ног.

Бредут понурые олени,

В снегу вынюхивая мох…

Пурга подхватывает звуки,

Уносит вдаль, бросает ввысь.

Но вот из снежной заварухи

До слуха донеслось – Вернись!

На нартах, на оленьей шкуре,

Лежала женщина без сил.

Седая бабка, брови хмуря,

Сказала ясавэю: -Сын