Сестры Хатыни

Г лавное управление по образованию

Минского областного исполнительного комитета

Учреждение образования

«Копыльский государственный колледж»

Сёстры Хатыни

Трагедия сожженных деревень Копыльщины

Ученическая исследовательская работа

Авторы: Лоренц Кирилл, учащийся учебной группы № 3об,

Руководитель:

Радкевич Елена Францевна, преподаватель истории высшей квалификационной категории

КОПЫЛЬ

2023

Содержание

Введение…………………………………………………………………………4

1. План «Ост»……………………………………………………………….6

2. Реализация плана «Ост» на территории Копыльского района

   1. Сёстры Хатыни………………………………………………………7

   2. Возрожденные деревни……………………………………………...9

   3. Их нет на карте Беларуси…………………………………………..14

3. Заключение……………………………………………………………...17

4. Список используемых источников………………………………..…..18

ВВЕДЕНИЕ

… Хатыни звон – не прощальный звон,

не смиренный звон, а набатный звон.

Микола Нагнибеда

Все дальше в прошлое уходят годы Великой Отечественной войны. Вот уже более 70 лет минуло со дня Великой победы. Но время не властно над памятью. Сколько бы лет не прошло 80, 83, 86, человечество никогда не забудет подвиг советского народа, вынесшего трудности военного лихолетья. Как много горя принесла эта война советскому народу. План «Барбаросса», план «Ост», «Новый порядок», геноцид, Холокост – это неполный список испытаний, горя и ужаса, который пережил наш народ в годы войны.

В марте этого года исполнилось 80 лет трагедии Хатыни. Ее трагическую судьбу разделили 627 деревень Беларуси, 186 из которых так и не были восстановлены.

Почему мы выбрали темой своего исследования «Трагедия сожженных деревень Копыльщины»? В текущем учебном году преподаватель допризывной подготовки Кравченко Анатолий Афанасьевич в рамках месячника гражданско-патриотических дел организовал поездку по местам сожженных в годы Великой Отечественной войны деревень Копыльщины, разделивших судьбу Хатыни (Приложение 9 – Приложение 11). После этой экскурсии, которая произвела на нас большое впечатление, мы решили больше узнать о трагической судьбе этих деревень, распространить сведения, полученные в результате исследования среди учащихся колледжа.

Для достижения данной цели, нам необходимо было решить следующие задачи:

1. Собрать и обработать материал о трагедии Копыльских деревень и их жителей.

2. Посетить районную библиотеку, краеведческий музей, музей на месте сожженных деревень.

3. Научиться работать с полученными материалами, систематизировать их в соответствии с целью работы.

В начале исследования нас интересовал вопрос, почему именно эти деревни Большие Пруссы, Масевичи, Рулево, Прогресс, Жаволки, Колодезное, Цеховка, Славинка были сожжены вместе с жителями. Мы предположили, что, наверное, в первую очередь фашисты уничтожали те деревни, жители которых активно помогали партизанам.

Мы считаем, что тема, которую мы выбрали, актуальна, так как она расширяет знания об истории родного края, о судьбах людей, оказавшимися свидетелями тех трагических событий.

ПЛАН «ОСТ»

Захватив территорию Беларуси, гитлеровцы установили здесь оккупационный режим, так называемый «новый порядок». По плану «Ост» предполагалось оставить в Беларуси только 25% населения для использования в качестве рабочей силы. Остальные 75% подлежали уничтожению или высылке. Было установлено новое административное деление Беларуси. Восточная часть была отнесена к «области армейского тыла». Власть здесь осуществлялась военными и полицейскими органами, подчиненными штабу группы армий «Центр». Южная часть Беларуси по линии 20 км севернее железной дороги Брест-Гомель была отнесена к рейхскомиссариату Украины. Северо-восточную часть немцы включили в состав Пруссии и генерального округа «Литва». Оставшаяся 1/3 территории Беларуси - Барановичская, Вилейская, Минская, северные районы Брестской, Пинской и Полесской областей - вошла в состав генерального округа Беларусь, который был включен в рейсхкомиссариат «Остланд» с резиденцией в г.Риге и разделен на 10 округов. Во главе этих округов стояли немецкие чиновники (гебитскомиссары). Вспомогательную роль играли местные учреждения - управы, во главе которых стояли назначенные гитлеровцами бургомистры, старосты, войты.

Так называемый «новый порядок» поддерживался вооруженными формированиями СС (охранные отряды), СА (штурмовые отряды), полицией безопасности и службой безопасности СД, гестапо, тайной полевой полицией, контрразведывательными органами «Абвера». Были созданы специальные оперативные группы (айнзацгруппы) для борьбы с партизанами и подпольщиками.

На территории Беларуси действовало 260 лагерей смерти, их филиалов и отделений. Во всех городах были организованы гетто для евреев. Одним из наиболее крупных было Минское гетто, в котором было уничтожено около 100 тыс. евреев. За период оккупации оккупанты провели в Беларуси более 140 крупных карательных операций против партизан и мирных жителей. Во время 28 таких операций только в 1942-1943 гг. карателями было убито 70 тыс. человек. Карателями было уничтожено свыше 5295 населенных пунктов, в том числе 628 сожгли вместе с жителями. В период войны в Беларуси погибло 2 млн. 200 тыс. человек, 380 тыс. жителей было вывезено в Германию.

РЕАЛИЗАЦИЯ ПЛАНА «ОСТ» НА ТЕРРИТОРИИ КОПЫЛЬСКОГО РАЙОНА

Сёстры Хатыни

Смерть, слезы, страдания – вот что принес с собой на советскую землю фашизм. Сполна познала, что такое немецкий “новый порядок”, и Копыльщина. Варвары двадцатого века уничтожили на территории района все школы, больницы, клубы, библиотеки, разграбили имущество 106 колхозов, 4 машинно-тракторные станции. В Германию фашисты вывели более 117 тыс. голов крупного рогатого скота, более 13 тыс. овец, почти 23 тыс. голов свиней. И все же самое страшное – смерть ни в чем не виновных людей. Только в Копыле за годы оккупации были уничтожены 2915 человек. Многие расстреляны семьями. Для М. Чернушевич враги подготовили жестокое истязание: за связь с партизанами женщину живой закопали в землю, а всю ее семью расстреляли. 990 человек погибли в Тимковичах, 612 – в Грозово.

Трагедия деревни Большой Пруссы состоялась 26 и 27 сентября 1942 года. 258 мирных жителей уничтожили фашисты. Еще более ужасная трагедия настигла Жаволки. В феврале 1943 г. фашистские захватчики уничтожили здесь 512 человек – в основном стариков, женщин и детей.

Трагична судьба деревень Рулёво, Масевичи, Прогресс, Цеховка и Славинка, которые так и не восстановились и их больше нет на карте Беларуси.

Таблица2.1.1. Сожжённые деревни Копыльщины

Как видно из приведённой таблицы, пять деревень Копыльского района были сожжены в феврале 1943года во время карательной операции фашистов. «Праздник урожая» (нем. «Erntefest») - так звучало кодовое название карательной операции немецких оккупационных властей против партизан и населения на территории Греск, Копыльского, Пуховичского, Слуцкого, Узденского районов Минской области. Она проводилась в январе - февраль 1943 года 13-м полицейском полком СС, батальоном СС Дирлевангера, 11-м полицейском и защитными батальонами, тремя командами СД.

ВОЗРОЖДЕННЫЕ ДЕРЕВНИ

Большие Пруссы

В Больших Пруссах уже в начале войны формировалась подпольная патриотическая группа из числа комсомольцев и коммунистов. И в том, что весной 1942 года в границах лесу возник первый партизанский отряд, была главная заслуга здешних жителей. Уже в мае 1942 года местные народные мстители получили первые отличные победы над оккупантами... Жители Больших Прусов и окрестных деревень снабжали партизан одеждой и едой, были их глазами и ушами, добывали им все необходимое. Обо всем этом не могли не догадываться и не знать сами немцы, и они незаметно готовились поквитаться с деревней и ее жителями. А для этого на ней преждевременно поставлен крест - ей было предназначена гибель в огне. На рассвете 26 сентября 1942 года вооруженные до зубов каратели обложили, как зверя на охоте, Большие Пруссы. Заметив это, люди в отчаянии бросались кто куда в надежде спастись, провалиться сквозь землю, раствориться в туманах. Но сквозь натыкались на засады, на пулеметные и автоматные очереди фашистов. Те густые туманы все же помогли кое-кому из сельчан незамеченными улизнуть от смерти, но для большинства они были предательскими – вели прямо в лапы карателей.

Как разворачивалась кровавая вакханалия, вспоминают те немногие из жителей деревни, кто чудом спасся, уцелел. Мария Александровна Жук вспоминала: “Утром мать разбудила всех на тревожный стук в окно соседей: “Фашисты оцепили деревню, спасайтесь”. Мы сразу бросились за огороды, на луга, но стрельба и грозные окрики “век” погнали нас обратно в деревню. До поры до времени забились в свой двор, ждали, что будет дальше. А везде стрельба, откуда-то потянуло жженым...”

27 сентября события в самых общих чертах разворачивались так. Утром на небольшое время в село вступили партизаны, все, кто узнал про большую беду, чтобы оказать кое-какую помощь тем, кто остался в живых... А днем на Большие Пруссы снова навалились каратели, чтобы завершить свое кровавое дело – добить все живое, что вчера было большой и красивой деревней.

До Великой Отечественной войны в Больших Пруссах было 120 дворов.

Большие Пруссы выжили, оправились, поднялись с пепелища.

На окраине села сегодня воздвигнут величественный памятник-обелиск в память о сожженной деревне и ее невинных жертвах. Построен в Великих Пруссах и Музей народной славы и памяти. Рядом с музеем – стена Памяти: бело-серые под мрамор плиты, на которых выбиты имена всех местных жителей, что погибли во время той карательной экспедиции.

Жаволки

В Жаволках до войны, как свидетельствует книга «Память», проживало 600 человек. И из них - только вдумайтесь в кровавые цифры - во время карательной операции было уничтожено 512 человек, в том числе 272 ребенка, 120 старых мужчин и 150 женщин.

В архивах УКГБ Республики Беларусь сохраняется интересный документ. Это протокол допроса полицая, который принимал участие в уничтожении деревни Жаволки. Вот что сообщил злодей: «Я хочу рассказать об обстоятельствах уничтожения нашим 57-м полицейском батальоном деревни Жаволки. В то время мы двигались на операцию в Пинские болота ... С Копыля мы направились прямо в Жаволки. Но в одном из небольших населенных пунктов (скорее всего, это поселок Прогресс) состоялся бой с партизанами, которые нас обстреляли и отошли. Тот населенный пункт сожгли, и жителей расстреляли ...

В Жаволках мы расположились с двух сторон деревни. Одна рота с одной стороны, вторая - с другой. Там переночевали. Были выставлены посты вокруг деревни, а утром, на рассвете, начали расстреливать людей прямо в домах. В каждую заходили по два-три полицейские и расстреливали всех, кто находился, в том числе старых и малых. После этого за нашими полицейскими шагали полицейские из Копыля, которые забирали скот, продукты питания, хлеб и вывозили их. Мы, полицейские 57-го батальона, затем поджигали все дома и другие постройки. Убитые оставались в домах и горели вместе с ними ...

В уничтожении деревни принимал участие весь батальон, обе роты. Лично я поджигал дома после того, как были расстреляны жители. Я заходил в отдельные дома, но живых там никого не было, видел только трупы и лужи крови. С нами тогда был командир батальона немецкий капитан Зиглинг. У нас был свой командир роты М., и что он говорил, то мы и выполняли. Лично я поджигал дома не по своей воле, а выполнял приказы. Командир взвода Алексей Ф. отобрал себе группу полицейских, с которыми пошел расстреливать жителей в домах, а с остальных полицейских нашего взвода и других взводов была создана группа, которой приказали сжечь дома. Наша рота расстреливала людей и поджигаладома с конца деревни, который примыкал к лесу. Вторая рота - с противоположной стороны. Вместе с Алексеем Ф. расстреливали людей Ж., В., П., других я не помню. Когда я поджигал дома, видел, как оттуда выходили Михаил А., Иван Р., Петр П., В., и в этих домах оказывались трупы расстрелянных жителей. В отдельных домах было по три человека, в других - по четыре и больше трупов ... Тогда некогда было смотреть, кто что делает. Все бегали, суетились, стреляли, поджигали. Кто-то забегал в дома, чтобы ограбить. Я тоже забегал, видел трупы, поджигал дома и другие постройки. Сколько поджег лично я, не знаю ... ».

О погибших в Жаволках свидетельствуют имена на памятнике (Приложение 6). И словно вечное проклятие карателям звучат показания жителя деревни Жаволки, Климчени П.И. (он чудом остался в живых), которые хранятся в том же архиве.

«До 5 февраля 1943 я вместе с родителями, тремя братьями и двумя сестрами проживал в деревне Жаволки, - читаем на страницах документа. - Хорошо помню, как 3 февраля со стороны Прогресса прибыли каратели. До этого они сожгли и расстреляли жителей поселка. Часть карателей направилась в сторону деревниРаевка, а часть осталась в Жаволках. Утром 5 февраля я услышал глухие выстрелы и попросил маму, чтобы она узнала, что происходит в деревне. Моя мать Климченя Ольга Иосифовна взяла пустое ведро и пошла на улицу. Скоро она вернулась и сказала, что каратели расстреливают односельчан. Мать предложила мне укрыться на печи. Когда я сказал своим сестричкам и братикам, что придут каратели и будут нас расстреливать, они заплакали и слезли с печки. Мать не знала, что ей делать, и попросила меня, как старшего, спасти детей. Я слез с печи и залез под нее, но там мы не могли все поместиться. Вылез и увидел, что к нашему дому идут трое карателей с винтовками. Я выбежал в сени, и за мной выскочили две младшие сестры Лена и Вера. Их я забросил на чердак, а мать с Иваном, Владимиром и Николаем остались дома. Помню, как Иван просил меня спрятать его, но я не успел. Только помню, что когда я залез на чердак, то в это время к двери сеней подошли каратели, открыли их и один сказал: «Хозяин, выйди!» Поскольку отца дома не было, то вышла мать. Сразу прозвучали три выстрела, и я подсчитал, что каратели убили мать и братиков. После этого в комнате раздался еще один выстрел. Затем я услышал, как каратели вышли из дома. Вместе с Леной и Верой я оставался на чердаке. Там я услышал, что в доме один из братиков ранен. Это был Володя. Он стонал и просил: «Мамочка! Дай мне водички! Я хочу пить!». Володе в то время было шесть ... Я и сестры Лена и Вера с чердака не слезли. Потом услышал, как в сени нашего дома вошли другие каратели. Один из них громко сказал: «Гришка, я нашел водку». Второй каратель крикнул: «Иван, принеси стакан, пить будем!» Видимо, выпив водки, они и пошли (Приложение 7).

Во второй половине дня в дом зашел еще один каратель и выстрелом добил моего раненого братика Володю. После этого выстрела Володя перестал стонать ... Вскоре я почувствовал, что горят сарай и соломенная крыша дома. Я с сестрами выскочил в сени и выбежал с ними во двор, а затем по огороду мы убежали в лес ... Потом я узнал, что животных каратели погнали в Копыль. Останки сгоревшей матери и братиков похоронил на кладбище в деревне Жаволки». 

Колодезное

Не обошли немцы и деревню Колодезное. Каратели появились там 9 февраля 1943 года. Собрав всех жителей, они взяли себе в помощники красивых девушек, которые должны были готовить им завтрак и ужин. Враги скрывали свои намерения, но в душе людей закралась тревога. Чуть позже началась дикая расправа с местными жителями. Фашисты врывались в дома, расстреливали всех, кто там находился: женщин, детей, стариков. 

В Вяликораёвскай сельской библиотеке хранятся воспоминания Змитровича Михаила Ивановича: «Сначала мы думали, все обойдется, но когда враги поставили вооруженные посты, стало понятно, что будут убивать. Наша мать Мария Ивановна пошла в деревню Рудное, а мы, дети, с соседями в 3 часа ночи, почувствовав опасность, стали потихоньку пробираться к кладбищу. И уже оттуда, из-за памятников, мы с сестрой Соней видели, как свирепствовали каратели. В этот день в доме погиб отец Иван Иванович. Он был инвалид и не мог пойти вместе со всеми. Погибли и все деревенские красавицы, которые не хотели идти с немцами. Фашисты сожгли почти всю деревню (57 дворов, 231 жителя). Немногие, кто уцелел, стали лесными солдатами. Весной жители, оставшиеся в живых, выкопали землянки и начали постепенно отстраиваться. Односельчане не пали духом - жизнь продолжалась». 

Когда мы готовили материал, в книге «Я из огненной деревни ...» прочитали слова: «Суд народов не истек в Нюрнберге. Он продолжается - в памяти народной.  Он живым нужен ради жизни. Ведь не зря говорится, что тот, кто не помнит своего прошлого, обречен снова его пережить». Эти слова полностью соответствуют тем целям, которые мы реализуем, создавая данную работу.

ИХ НЕТ НА КАРТЕ БЕЛАРУСИ

Масевичи

Из воспоминаний Цвирко Станиславы Адольфовны

Была когда-то в Бобовнянском сельсовете деревушка Масевичы. Если верить историческим данным, она образоваласьв начале ХХ века. По переписи 1917 года деревня находилась в Тялядовичскай волости Слуцкого уезда. В ней размещался 31 двор, проживал 161 человек. В 1929 году она входила в колхоз «Красный Штандарт», там была своя кузница. К началу Великой Отечественной войны - уже 32 двора, 138 жителей. Деревня уничтожена немецко-фашистскими захватчиками вместе с жителями, увековечена в мемориальном комплексе Хатынь (Приложение 1).

К сожалению, свидетелей тех ужасных событий почти не осталось, но их дети и внуки бережно хранят память. В соседней деревне Рудники живет Станислав Цвирко, мать которого Цвирко Станислава Адольфовна, 1925 года рождения, видела, как каратели жгли Масевичы. Женщины уже нет в живых, но ее потомки помнят ужасный рассказ.

2 февраля 1943 неожиданно в Масевичы ворвались фашисты и сожгли деревню дотла вместе с людьми, - пересказывает Станислав воспоминания матери. - Накануне она договорилась с родственниками из Масевич, что утром, именно 2 февраля, придет к ним. Пришла - а там дома в огне, крики людей в пламени ... Если бы она появилась там немножко раньше, то горела бы вместе со всеми. Но ангел-хранитель уберег мамочку. После трагедии в Масевичах вместе с родственниками и соседями мама собрала останки людей и похоронила в братской могиле на кладбище в Рудниках. Ей было только 17. ... Каждый раз, когда мать рассказывала что-то о войне, она всегда говорила: «Пусть Бог оберегает! Чтобы больше никто этого ужаса не пережил!» (Приложение 2).

Рулево

Вдали, от шумных дорог недалеко от деревни Синечова
(сейчас - Калиновка-2) спокойно текла жизнь в Рулево. Перед началом ВеликойОтечественной, как свидетельствует книга «Память», там было 11 дворов и 26 человек. Жили они мирно, дружили, растили детей. Но настал ужасный день февраля 43-го ... (Приложение 3).

Вспоминая о нем, жители соседних деревень не могли сдерживать слез: боль от пережитого не проходила всю жизнь. ВиолентийМихалине Ивановне в то время было 16 (Приложение 4). Она, жительница соседней деревни Шамы, как и другие, своими глазами видела пламя, в котором закончилась жизнь 22 сельчан - старых и малых. Спастись удалось только одной семьи Кубрак Елизавете Иосифовне, ее мужу Петру Иосифовичу и сыну Роде. Каждый раз, когда Михалина Ивановна рассказывала о трагедии своей дочери Людмиле Вячеславовна Петровой, которая сейчас работает воспитателем в Копыльской вспомогательной школе-интернате, голос ее дрожал, а слезы застилали глаза. В том аду погибла ее подруга Мария. Дома находились в одном километре от Рулево. И все прекрасно видели, как поднялось над деревней пламя. Сельчане испугались: неизвестно, куда дальше пойдут каратели? Поэтому половина жителей побежала прятаться в лес. Но обошлось. Когда огонь погас, люди взяли различные покрывала и пошли к Рулево. Вместо хорошо известных домов - черные пепелища. Людей, а точнее то, что от них осталось, собирали по косточкам и клали на покрывала. От своей подруги Михалина Ивановна нашла только руку, на которой было почерневшее проволочное кольцо. Останки, которые жителям удалось собрать, похоронили неподалеку. Позже поставили памятник. После войны Михалина Ивановна, искренняя католичка, часто приходила сюда сама и приводила своих детей. «Становитесь на колени и молитесь», - говорила женщина, становилась так же сама и молилась, молилась ...

Теперь сюда приходят учащиеся ГУО «Копыльская вспомогательная школа-интернат», чтобы отдать дань памяти жертвам войны. Они тихонько стоят и читают имена, что указаны на обелиске: Кубрак, Ванагель, Никонович, снова Кубрак ... За каждым именем - судьба, который так внезапно оборвала война. Рулево больше нет на карте Беларуси, но это название нашла свое место в нашей памяти, в наших сердцах. 

Прогресс

В Потейковском сельсовете до Великой Отечественной находился поселок Прогресс, основанный после 1917 года. В 1924 году там насчитывалось 60 жителей, дети учились вПотейковской школе. По данным всеобщей переписи 1926 года, всего было 12 дворов, 54 жителей. Перед Великой Отечественной войной - 14 дворов, 46 жителей. В феврале 1943 года немецко-фашистскими захватчики почти полностью сожгли поселок и погубили 16 человек (Приложение 5). 

Не возродилась деревня Цеховка – небольшой поселок, 19 июня 1992 года фашисты сожгли и саму Цеховку и соседнюю Славинку.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В процессе поисков достоверных сведений нам удалось пообщаться с интересными людьми - нашими земляками, увидеть и прочитать подлинные документы времён Великой Отечественной войны, предвоенного и довоенного времени, увидеть старинные фотографии, ощутить атмосферу того далёкого времени.

Проанализировав те данные, которые мы получили в ходе исследования, можно сделать вывод, что наша гипотеза подтвердилась. В первую очередь фашистские оккупанты сжигали те деревни, жители которых активно помогали партизанам противостоять фашистам. Они в первую очередь пострадали и во время карательной операции «Праздник урожая».

Исследовательская работа позволила узнать много новых сведений об истории родного края во время оккупационного режима, в годы Великой Отечественной войны, которая длилась 1418 дней и ночей - ожесточенная схватка советского народа со злейшим врагом человечества - фашизмом. Узнать и запомнить навсегда, чтобы не допускать больше такого ужаса и страха.

После освобождения Копыльщиныне пришли ни плотники, ни каменщики, чтобы построить уничтоженное: кто не вернулся с войны, кто навечно остался охранять покой родной деревни в братской могиле. Не встала деревня из пепла. Но память о Копыльских деревнях, разделившем судьбу Хатыни, всегда будет жить в наших сердцах.Мы не имеем права забыть ужасы этой войны, чтобы они не повторились вновь. Мы не имеем права забыть наших земляков, которые погибли ради того, чтобы мы сейчас жили. Мы обязаны всё помнить.

Список используемых источников

1. Гуринович, В. Трагедия деревни / Всеволод Гуринович // Слава труду.-1969.-26 чэрв.- С. 2.

2. Память: Копыльский район: Ист.-дак. Хроники городов и р-нов Беларуси / Сост. А. А. Мартинович; Ред. : Ф. К. Абрамчик и др.; Худ. Э. Э. Жакевіч.-Соч.: Бел.наука, 2001.- 638 с.; ил.

3. Шеина, Н. Масявічы – боль, скорбь и вечная память / Мария Шеина // Слава труду.- 1998.-27 мая.- С. 1.

4. Захаров, Г. Смерть и воскрешение Больших Тараканов: Юбилеи бывают разные / Г. Захаров, А. Мелешко // Слава труду.-1992.-22-26 вереск.- С. 2.

5. Малек, Я. Они не хотели умирать / Я. Малек // Слава труду.- 1985. -16 июля. – С. 2-4.

6. Игнатчик, И. Колодезное: Векапомнае / Иван Игнатчик // Слава труду.-1993.- 24 сак. – С. 2.

7. Игнатчик, И. Жавалкі: Векапомнае / Иван Игнатчик // Слава труду.- 1993.- 17 марта.- С. 2.

Приложение 1

Фото 1. Памятник в Масевичах

Приложение 2

 Фото 2. Станислав Цвирко вместе с мамой СтаниславойАдольфовной

(из семейного архива)

Приложение 3

Фото 3. Памятник уничтоженной деревне Рулево

Приложение 4

Фото 4. Михалина Ивановна Виолентий

Приложение 5

Фото 5. Фрагмент мемориального комплекса «Хатынь»

Приложение 6

Фото 6. Памятник с погибшими в Жаволках

Приложение 7

Фото7. Одно из писем допроса полицая

Приложение 8

Фото 8. Памятник в д. Колодезное

Приложение 9

к 1" /

Фото9. Посещение деревни Колодезное

Приложение 10

к 3" /

Фото10.Посещение деревни Прусы

Приложение 11

к 4" /к 6" /

Фото11. Посещение деревни Масевичи

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/560019-sestry-hatyni