Методическое сообщение на тему: «Волшебство за роялем: как концертмейстер помогает хору ожить»

Муниципальное бюджетное учреждение дополнительного образования

«Детская школа искусств № 37 имени М.М. Маслова, заслуженного работника культуры Российской Федерации»

Методическое сообщение

Волшебство за роялем: как концертмейстер помогает хору ожить

Автор: Раевская Анна Александровна. Преподаватель, концертмейстер

г. Калтан (Кемеровская область - Кузбасс)

2025

Оглавление

1. Введение …………………………………………………………………..… 3

2. Основная часть

• Я — не один, а целых три! …………………………………………………….. 3

• Разный возраст — разная магия ………………………………………... 4

• «А если хормейстера нет?» или Мой выход — соло! ………………… 4

• Мои главные инструменты (кроме фортепиано) ……………………… 5

• «Из жизни концертмейстера»: Смешные истории и детский лепет .... 5

• Наша «кухня»: маленькие хитрости большого успеха

(работа в команде) ………………………………………………………. 6

3. Заключение ………………………………………………………………….. 7

4. Список использованных источников ……………………………………… 8

Введение

Когда я говорю, что работаю концертмейстером в детском хоре, многие представляют себе человека, который тихо сидит за фортепиано и играет по нотам. На самом деле, мое место — самое что ни на есть активное! Я не фон, я — соучастник. Я — тот, кто рисует музыкальный фон для детских голосов, кто помогает им раскрыться, кто чувствует их настроение и порой даже без слов может исправить ошибку. Я — архитектор, который строит из звуков прочное и красивое здание, где хор чувствует себя уверенно и свободно. А еще я — аварийный диспетчер, психолог, массовик-затейник и иногда «живой щит» между детьми и их шалостями. Хотите заглянуть за кулисы этой работы?

Основная часть

Я — не один, а целых три!

В моей профессии невозможно быть просто хорошим пианистом. Нужно постоянно перевоплощаться.

• Я — Музыкант-Художник. Моя цель — не отстучать ноты, а создать атмосферу. Помню, мы разучивали песню про осень. Текст был о дожде и грусти. Я не просто играла аккорды — я старалась извлечь из рояля «звук-капельку»: прозрачный, легкий, с мягкой педалью. И дети, слушая аккомпанемент, сами начинали петь тише, нежнее, проникновеннее. Они не просто пели ноты — они проживали музыку. А в бойком марше я становлюсь «барабаном»: ритм — чёткий, звук — упругий, и хор сразу подхватывает этот энергичный настрой!

• Я — Педагог-Невидимка. Я учу, почти не открывая рта. Если у хора «плывёт» ритм в сложном месте, я не кричу «Считайте!». Я начинаю играть свою партию так, что сильные доли становятся ощутимыми, как ступеньки. Дети интуитивно начинают на них опираться — и ритм выравнивается сам собой! Мой инструмент для них — и метроном, и камертон, и пульт управления. Однажды мальчик-первоклассник после удачного вступления серьезно заявил: «Анна Александровна, а ваше пианино мне подмигнуло, когда вступать!». Вот так, оказывается, мы и общаемся.

• Я — Психолог и Друг. Дети приходят на репетицию с разным настроением. Кто-то расшумелся, кто-то, наоборот, зажат. Однажды перед ответственным концертом наши старшеклассники так нервничали, что голоса дрожали. И вместо того, чтобы снова проходить трудные моменты, я начала играть тихую, убаюкивающую мелодию из их репертуара. Я видела, как они закрыли глаза, стали ровнее дышать... В этот момент мой инструмент стал для них островком спокойствия и уверенности. Мы вышли на сцену собранные и выступили блестяще.

Разный возраст — разная магия

Секрет в том, что нет единого подхода ко всем. С каждым возрастом — своя история.

• Малыши (6-9 лет) — верим в чудеса. Для них я — добрый волшебник. Играя песню «Про лягушонка», я не просто аккомпанирую. Мои прыгающие стаккато — это сам лягушонок! Дети это видят и слышат. Они смеются и стараются петь так же весело и «прыгуче». Как-то раз, играя нежную колыбельную, я услышала с первого ряда громкий шепот: «Смотри, она усыпляет клавиши!». В этом возрасте мой инструмент — главный проводник в мир музыки.

• Подростки (10-13 лет) — становимся детективами. Здесь мы вместе разгадываем загадки музыки. Почему здесь минорно и грустно? А вот здесь гармония меняется, и звучит как неожиданный поворот в сказке! Я могу сыграть отдельно партию мальчиков, чтобы они почувствовали себя героями, опорой хора. Мы не просто поем — мы исследуем. Один парень как-то спросил: «А это что, как в фильме ужасов, когда музыка предупреждает, что сейчас что-то случится?». «Именно!» — ответила я. И мы вместе нашли в музыке этот «зловещий» поворот.

• Старшие (14-17 лет) — мы команда. С ними я — полноправный партнер. Мы вместе с дирижером обсуждаем, каким быть произведению. На репетиции песни о войне я использую мощные, густые аккорды, чтобы создать ощущение тревоги и скорби. Мой инструмент звучит как целый оркестр. Они доверяют мне, а я — им. Мы создаем искусство вместе.

«А если хормейстера нет?» или Мой выход — соло!

Бывают ситуации, когда дирижера нет на репетиции (болезнь, командировка), и вся ответственность ложится на меня. Это самый сложный, но и самый творческий режим работы. В такие дни я превращаюсь в «гибрид»: левая рука и голос — дирижерские, правая рука — играет.

Нужно не просто играть, а управлять процессом. «Ребята, остановимся на такте 16. Сопрано, у вас сложный скачок, давайте его пропоем на слог «лю-ли»... Алты, вы тянете меня назад, давайте послушаем сопрано, у них мелодия...». В такие моменты я должна видеть всех и сразу, слышать каждую партию и быть на три шага впереди, предугадывая, где может возникнуть проблема.

Это невероятно сложно, но именно в такие моменты рождается особое доверие между мной и хором. Мы становимся одной командой, которая справляется с трудностями без капитана. И когда после такой репетиции дети говорят: «Анна Александровна, а у вас сегодня глаза сзади головы были!», я понимаю, что мы справились.

Мои главные инструменты (кроме фортепиано)

• Чуткие уши. Я должна слышать ВСЁ: и общее звучание, и одного ребенка на последнем ряду, который чуть сфальшивил, и шорох переворачиваемой страницы, и жест дирижера краем глаза. Это как жонглировать тремя мячиками одновременно!

• Предвидение. Хор — живой организм, он может чуть замедлиться или ускориться. Я не следую за ним слепо, а чувствую это заранее и мягко подстраиваюсь, чтобы мы оставались единым цельным. Это как вести за руку большого, непослушного, но очень любимого друга.

• Эмоциональная отдача. Я не могу играть «вполсилы». Если я сама не горю, не переживаю музыку, то и хор будет петь формально. Моя энергия — это искра, которая зажигает их. После вдохновенной репетиции я иногда чувствую себя выжатой как лимон, но это приятная усталость, потому что я вижу горящие глаза детей.

«Из жизни концертмейстера»: Смешные истории и детский лепет

Работа с детьми — это нескончаемый источник юмора. Это то, что помогает не выгорать.

• На вопрос, что такое «фортепиано», малыш однажды ответил: «Это такой большой черный шкаф с зубами-клавишами!».

• Разбирая произведение, где есть фраза про тишину, я спросила: «Ребята, как вы думаете, что такое тишина?». После паузы одна девочка серьезно сказала: «Это когда мама еще не вернулась с работы». Вот вам и философия.

• Как-то раз во время пения у одной девочки с заколки упал яркий блестящий шарик. Он покатился по полу с громким стуком. Репетиция встала. Все глаза следят за шариком. Что делать? Я, не прерывая игры, сказала: «Ничего, это наша нотка сбежала, ловите её!». Хохот, все напряжение снято, шарик пойман, репетиция продолжена.

• А еще дети всегда честны. После того как я сыграла сложное вступление, подросток из старшего хора восхищенно выдохнул: «Вау, у вас пальцы как паучки-мутанты!». Лучшего комплимента я в жизни не слышала.

Наша «кухня»: маленькие хитрости большого успеха (работа в команде)

Все, что я делаю на репетиции, — это часть общего плана, который создается вместе с руководителем хора. Моя задача — быть его главным помощником и усилителем, воплощать художественный замысел через звучание рояля.

• Секрет чистого строя — командная настройка. Перед началом пения я не просто играю ноты по своему усмотрению. Я делаю это по просьбе коллеги. Например, наш хормейстер может сказать: «Давайте настроимся на минорную тональность, почувствуем ее глубину». И тогда я играю не просто тонику, а цепочку аккордов, которую мы заранее обсудили, чтобы хор «впелся» в нужную ладовую среду. Это наш совместный способ настроить слух ребят.

• Секрет ритма — следование за жестом. Ритмическую пульсацию задает наш руководитель своим жестом. Моя задача — быть безупречным проводником этого ритма. Если он видит, что хор сбивается, то может попросить меня: «Анна Александровна, ярче акцентируйте сильные доли». Или мы проводим упражнение «ритмическое эхо»: наш мастер прохлопывает рисунок, хор повторяет, а я тут же подхватываю и обыгрываю этот ритм в аккомпанементе, подчеркивая и усиливая его задание.

• Секрет артистизма — общий художественный образ. Мы с хормейстером заранее обсуждаем характер произведения. Он рассказывает, какой образ хочет создать, что должны почувствовать зрители. Моя роль — воплотить это в звуке. Если он просит: «Здесь нам нужен эффект таинственности, шепота», — я использую мягкую педаль и легкое туше. Если мы идем к мощной кульминации, я насыщаю звук, используя «оркестровые» краски рояля. Я — его «вторые руки» на клавиатуре, помогающие раскрасить музыкальное полотно.

Таким образом, все мои «хитрости» — это не самостоятельная работа, а точное и творческое выполнение художественных задач, которые ставит руководитель. Идеальный результат рождается, когда концертмейстер и хор дышат в унисон. Я — правая рука нашего дирижера и надежный мост между его замыслом и звучанием детских голосов.

Заключение

Так кто же он, концертмейстер детского хора? Это не профессия, это призвание и состояние души. Это умение отдать свой талант, чтобы засверкали таланты других. Это радость от того, что твой аккорд помог двадцати детям взять высокую ноту, а твое вдохновенное исполнение заставило зрителей в зале замереть. Это готовность в любой момент стать дирижером, психологом, шутником и «пауком-мутантом» одновременно. Я не просто играю. Я строю. Я дышу вместе с хором. И я счастлива, что моя музыка помогает юным сердцам полюбить искусство, в котором мы все вместе творим самое настоящее, неповторимое волшебство.

Список использованных источников

1. Бражник, М.В. Концертмейстерский класс: учебно-методическое пособие. — СПб.: Лань: Планета музыки, 2022.

2. Кубанова, Г.Р. Концертмейстер — музыкант и педагог // Вопросы образования и науки. — 2015. — № 3.

3. Осеннева, М.С., Самарин, В.А. Работа с детским хором: учебное пособие. — М.: Юрайт, 2021.

4. Стулова, Г.П. Хоровое пение. Методика работы с детским хором: учебное пособие. — М.: Юрайт, 2021.

5. Главный источник: Личный профессиональный опыт, накопленный за годы работы в детской школе искусств.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/621771-metodicheskoe-soobschenie-na-temu-volshebstvo