Блокада Ленинграда

Гимназия № 157 им. принцессы Е.М.Ольденбургской

Персианов Игорь Александрович,

к.п.н., заместитель директора

по воспитательной работе гимназии, учитель истории

БЛОКАДЫ НЕТ

ЭКСКУРСИОННАЯ КОМПОЗИЦИЯ

Впервые была показана в музее гимназии 25 января 2008 г. для ветеранов,

учеников школы блокадных лет

Санкт-Петербург

2008

Оборудование: компьютер, акустическая система, экран, мультимедийный проектор, презентация (прилагается).

Фонограмма «Слушай Ленинград…»

Обращение Левитана к советскому народу…

Фонограмма «Священная война»

1-й рассказчик:

8 сентября 1941 года немецкие войска группы армий «Север» захватили город Шлиссельбург на берегу Ладожского озера. Кольцо блокады замкнулось. Город был окружен.

АНАТОЛИЙ МОЛЧАНОВ

«8 СЕНТЯБРЯ 1941 ГОДА»

Сорок первый, сентябрь, восьмое число.

В этот день нас блокады огнем обожгло.

Мы не знали еще, что замкнулось кольцо

И что смерть нам уже заглянула в лицо.

Что в огне на Бадаевских не рафинад,

Не мука, а блокадников жизни горят.

Мы в тот день не могли

даже предположить,

Как нам долго терпеть

и как мало нам жить.

Фонограмма: Д.Шостакович «Ленинградская симфония»

2-й рассказчик:

24 июня 1941 г. мы вернулись в Ленинград. Погода стояла солнечная, жаркая. Площадь у Балтийского вокзала выглядела, как растревоженный муравейник… Людей было заметно больше, чем в обычный рабочий день. И двигались они как-то нервно, быстро, будто очень спешили сделать побольше. Бросились в глаза совершенно незнакомое – множество жильцов наклеивали на оконные стекла крест-накрест бумажные полосы. Оказалось, что такая мера уменьшает вероятность поражения осколками выбитых стекол.

Фонограмма: «Прощание славянки»

3-й рассказчик:

30 июня началась организация Ленинградской армии народного ополчения. За короткий срок численность ополчения достигла 160 тысяч человек. Сформировано 10 стрелковых дивизий, 16 отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов, 7 партизанских полков.

В 270-м батальоне под Гатчиной сражались более 100 воспитанников 8-й специальной артиллерийской школы. Провожая много раз ополченцев, видел, что вооружали их только трехлинейками образца 1891 года. Автоматического оружия, скорее всего, в арсенале не было.

Фонограмма: «До свидания, мальчики»

4-й рассказчик:

Загорелись Бадаевские склады  огромные, невосполнимые запасы продовольствия. Говорили, будто их подожгли вредители, или навели вражеские самолеты шпионы при помощи ракет во время налета. Появились плакаты о бдительности.

Склады полыхали долго, зарево над московским районом было видно издалека. Расплавленный сахар, говорили, тёк рекой, его черпали, как патоку.

Продукты постепенно меняли свой вкус, цвет, запах, мало походили на то, что мы привыкли называть хлебом, сыром, маслом. Хлеб стал каким-то сырым, глинистым, с примесью не то опилок, не то отрубей или стружек. Что тудадобавляли, из чего делали этот хлеб  одному Богу известно. В очередной юбилей, писали газеты, решили испечь тот блокадный хлеб, вспомнить былое. Но сделать это не удалось: не стало необходимых составляющих.

Сыр стал резиновый и зелёный. Конечно, не тот зеленый «Рокфор», который появится потом в «мирное время», а просто зелёный, как лягушка. Его и укусить-то было непросто. Впрочем, кусать приходилось всё реже и реже. Нормы на продукты постепенно свелись к минимуму. О знаменитых 125 граммах на человека знает, наверное, весь мир. Но не вспоминать об этом невозможно.

5-й рассказчик:

Город погружался в ледяное безмолвие. Суеты не было. Суетиться было незачем. Редкие прохожие передвигались медленно, как во сне, экономя силы. Все завёрнутые, замотанные во всё, что только могло согреть, сохранить драгоценное тепло,  поверх пальто - платки, шали, одеяла, завязанные узлом на спине. Тряпьём были замотаны и головы: сквозь щели, оставленные для глаз, виднелись отёки, лица опухали от неимоверного количества поглощаемого кипятка, чтобы залить пустой желудок, обмануть самого себя.

На улицах не убирался снег. Трамваи, троллейбусы, не добравшиеся
осенью до своих парков, зимой превращались в огромные сугробы.

ЮРИЙ ВОРОНОВ

Какая длинная зима,

Как время медленно крадется!..

В ночи

Ни люди, ни дома

Не знают,

Кто из них проснется.

И поутру,

Когда ветра

Метелью застилают небо,

Опять короче,

Чем вчера,

Людская очередь за хлебом.

В нас голод убивает страх.

Но он же

Убивает силы...

На Пискаревских пустырях

Все шире

Братские могилы.

И зря порою говорят:

"Не все снаряды убивают..."

Когда мишенью - Ленинград,

Я знаю -

Мимо не бывает.

Ведь, даже падая в Неву,

Снаряды - в нас,

Чтоб нас ломало.

Вчера там

Каменному льву

Осколком лапу оторвало.

Но лев молчит,

Молчат дома,

А нам -

По-прежнему бороться,

Чтоб жить и не сойти с ума...

Какая длинная зима,

Как время медленно крадется.

6-й рассказчик:

В первые же месяцы войны наиболее яркие ориентиры для самолётов: здания, соборы, церкви, с их блестевшими позолотой куполами  были за­маскированы, закрашены, закрыты зелёными сетками и полотнищами. Витрины, памятники закрывались мешками с песком, прятались в укромное место. Только памятник Суворову на Марсовом поле оставили открытым. И он уцелел. А в то место, куда его должны были спрятать, угодила бомба или снаряд.

Пятиэтажный дом на Невском, 119, был до земли «вынут» полутонной бомбой. Я видел его наутро после налёта. На обломках перекрытий  остатки мебели, шкаф, чудом не рухнувший вниз, державшийся на узкой полоске пола, стенные часы_, колыбелька... Вместо бывшего дома – яма, огромная неправдоподобная, жуткая...

Фонограмма: Д.Шостакович «Ленинградская симфония»

7-й рассказчик:

В первых числах января наш интернат посетил генерал. Интернат занимал левое крыло здания 157 школы, если входить со двора. Генерал ходил без сопровождения из комнаты в комнату нашего общежития, и по всему было видно, что он потрясен увиденным и только повторял: «Ребята, крепитесь, мы вас спасем, ребята крепитесь, мы вас вывезем». В полумраке комнат «спецы» сидели на койках, дожидаясь обеда. Стульев не было, их сожгли в печке «буржуйке». Все были одеты в шинели, с поднятыми воротниками, в буденовках с опущенными отворотами. Другие лежали на кроватях, с головой накрытые одеялом и ватным матрацем сверху. Они думали, что больше сберегут сил. Но это была ошибка. Мы уже знали, что если кто лег под матрац, то он скоро «загнется», (такое появилось блокадное слово) уже не встанет, а значит - умрет.

1-й рассказчик:

От неминуемой голодной смертигород спасла «Дорога жизни», проложенная по льду Ладоги. Недаром одной из самых любимых песен ленинградцев, переживших блокаду, стала «Песня о Ладоге», написанная в 1942 году бойцами Ленинградского фронта.

Исполнение «Песни о Ладоге»

1-й рассказчик:

Ладоге посвящали не только песни, о ней слагали стихи. Одно из таких стихотворений прозвучит на нашей сегодняшней встрече.

О Ладоге

Ты помнишь седые бураны,

Заносы на Ладожском льду,

«Полуторок» шли караваны

У немцев на самом виду!

И круглые сутки над нами

На «бреющем» мессеры шли.

Как часто над белыми льдами

Фонтаны до неба росли!

Бывало, машины срывались

В разверстую пасть полыньи,

И долго сквозь воду сияли,

Как будто привет посылали,

Горящие фары – огни…

И трасса тогда ледяная,

Минуя торосов хребты,

От голода город спасая,

Тянулась на две – три версты.

Продутым шальными ветрами,

Прозябшим в морозы насквозь,

Девченкам-подросткам с флажками

Дорогу хранить довелось.

Сквозь шторм и кордоны осады,

В тревожную пору снегов,

Спасение шло к Ленинграду

Под носом заклятых врагов.

Не даром «Дорогою жизни»

Озерная гладь названа!

И помнит тот подвиг Отчизна,

И славит героев страна!

1-й рассказчик:

Автор этого стихотворения - Елизавета Алексеевна Доброва, блокадница, награжденная медалью «За оборону Ленинграда», бывшая ученица нашей школы, автор текста гимна школы.

8-й рассказчик:

Осенью 1942 года в нашей школе возобновились занятия. Все лето мы готовили школу к началу учебного года – складывали печи в классах, пилили дрова, чинили окна, приколачивали фанеру вместо выбитых стекол. Уроки часто прерывали сигналы воздушной тревоги и тогда мы спускались в подвал. В классах часто было холодно, и мы сидели за партами в пальто. В морозные дни в чернильницах плавали кусочки льда. И все же самые страшные дни были позади! 18 января 1943 года вся страна с волнением слушала по радио голос Юрия Левитана.

Фонограмма: Левитан «Сообщение о прорыве блокады Ленинграда»

1-й рассказчик:

Через год в январе 1944 года Ленинград был полностью освобожден от вражеской блокады.

Вера Инбер. Залпы победы.

Ленинград. 1944 год.
 

Улицы, ограды, парапеты,
Толпы... Толпы... Шпиль над головой,
Северным сиянием победы
Озарилось небо над Невой.
 

Гром орудий, но не грохот боя.
Лица... Лица... Выраженье глаз.
Счастье... Радость... Пережить такое
Сердце в состоянье только раз.
 

Слава вам, которые в сраженьях
Отстояли берега Невы.
Ленинград, не знавший пораженья,
Новым светом озарили вы.
 

Слава и тебе, великий город,
Сливший во едино фронт и тыл.
В небывалых трудностях который
Выстоял. Сражался. Победил.

Фонограмма: «Блокады нет»

Фонограмма: Левитан «О безоговорочной капитуляции Германии»

9-й рассказчик:

Май 1945 г. – кончилась проклятая война! Война для меня завершилась в Германии, в 75 км от немецкой столицы. И вот командование предложило нам поехать в Берлин!

Город был разбит и разрушен, как и сотни городов за минувшие годы войны. На некоторых улицах еще догорали дома, и водитель гнал машину на пределе скорости, чтобы проскочить через пекло огня, где казалось, еще немного и вспыхнут гимнастерки. В Берлине поражала непривычная тишина, опустошенность. Берлин был тих и молча смотрел глазницами пустых выбитых окон. Из окон в знак признания поражения вывешены белые флаги и полотнища, а вернее простыни.

Центр города уже убран от завалов, траншей, обломков зданий и разбитой военной техники. Необходимо было спасти берлинское население от голодной смерти. Организовать продовольственное снабжение. В качестве первой помощи со стороны нашего правительства в Берлин поступили тонны зерна, картофеля, мяса, сахар, жиры и др. продукты.

Вспоминаю родной Ленинград, страдания наших людей, трупы на улицах, зарева пожаров, искалеченные дома…

10-й рассказчик:

Подъехав к центру города, слезли с машины. Фотографируем и фотографируемся, щелкая затворами трофейных фотоаппаратов. Вот оно – здание рейхстага с массивными стенами, пробить которые могла только артиллерия крупного калибра. Парадная лестница, колонны, стены – все в выбоинах от снарядов, мин и пуль. Купол без стекла и оставшийся от него каркас зияет одними ребрами. Это на них было водружено Знамя Победы.

При самом входе в рейхстаг его закопченные стены, колонны – все пестрело надписями, все было в автографах, кратких изречениях. Чем только надписи не были сделаны: и штыком, и карандашом, и ножом, и мелом, и даже углем. И солдаты и офицеры в этих коротких словах изливали всю радость за свою Победу, за свою армию, за все пережитое за годы войны.

Надписей было настолько много, что однополчане с трудом нашли свободное место для своей подписи.

9-й рассказчик:

Расписался и я, красным химическим карандашом «Вадим. Ленинград. 8 САШ».

Исполнение «Застольной Волховского фронта»

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/200657-blokada-leningrada