Классификация традиционно-поэтической лексики на примере творчества А. А. Ахматовой

В статье речь пойдёт о составе традиционно – поэтической лексики в лирических произведениях А. Ахматовой. Н.Н. Иванова в своей работе «Высокая поэтическая лексика», на основании материала, извлеченного из произведений некоторых современных авторов, даёт классификацию исследуемой лексики и приводит списки слов относящихся к тому или иному её разряду.

Представим классификацию традиционно – поэтической лексики, она, безусловно, не претендует на исчерпывающий характер, но составляет в целом «высокую» струю в лирической поэзии.

1. Прежде всего стоит выделить архаическую лексику: алкать, брег, ведать, взор, внимать, вкушать, влачить, возглашать, воздыхать, восседать, восходить, глава, глаз гордыня, град, десница, длань, доселе, зело, зеница, зреть, изречь, исторгнуть, ложа, нисходить, огнь, оный, отрешить, отринуть, отрок, отселе, паче, перст, пинт, плоть, прах, прозреть, сей, снедать, кликать, твердь, течь, дотечь, уста, хладный, чадо, чело. Архаическая лексика довольно широко употребляется Ахматовой. Наиболее часто встречаются «уста»:

«Пусть в жуткой тишине сливаются уста

И сердце рвётся от любви на части»;

«А я уже в предпесенной тревоге,

И холоднее льда устамои»;

«И давно мои уста

Не целуют, а пророчат»;

«Из памяти слово в узорной укладке:

Седая улыбка всезнающихуст»;

«Я пью, - за ложь меня предавших уст,

И за тебя я пью»;

«Пусть не ты над моимиустами,

Наклонялся моля о любви»;

«Сладок был устам

Чёрный душный мёд»;

«Оркестр весёлые играет,

И улыбаются уста…»;

«Меня предавших в лоб целую,

А непредавшего – вуста»;

(здесь и далее примеры приводятся из сборника сочинений А. Ахматовой. М.,1990)

В лирических произведения А. Ахматовой также часто встречаются архаизмы

- «взор», «чело»:

«Пусты теперь Дионисовы чаши,

Заплаканы взорылюбви…»;

«Одни глядятся в ласковые взоры

Другие пьют до солнечных лучей»;

«…Чтоб спрашивал твой взор

Беспомощно-туманный:

Где видел я персидскую сирень…»;

«Как лунные глаза светлы и напряжённы

Далёко видящий остановился взор»;

«Путник мой, скорей направо

Обрати свой светлыйвзор...»;

«Взоры огненней огня

И усмешка Леля»;

«Бросил в гостиницу тусклый взор…»;

«Щёки бледны, руки слабы

Истомлённый взор глубок»;

«Прилипла прядь волос

К бескровному челу…»;

«Что ни ревность, ни гнев, ни досада

Молодое не тронутчело…»;

«Золотое клеймо неудачи

На еще безмятежномчеле…»;

«Лайм-лайта позорное пламя

Его заклеймило чело…»;

«Осенила славой снежной

Безмятежное чело»;

Приведем еще несколько примеров употребления Ахматовой архаичной лексики:

- ведать (знать)

«Я ведаю, что боги превращали

Людей в предметы»;

- кликать (звать)

«У пруда русалкукликаю,

А русалка умерла»;

«И песней я не скличу вас

Слезами не верну…»;

« Я гибель накликала, милый…»;

«И громко победную кличет зарю…»;

-внимать (слушать)

«Словно дальнему голосу внемлю,

А вокруг ничего, никого…»;

-вкушать (отведать)

«…Моё поколение

Мало мёду вкусило…»;

-град (город)

«И пришёл в наш град угрюмый

В предвечерний тихий час…»;

-врата (ворота)

«И башни, и врата, и храмы – чудо света…».

К выделенной группе лексических архаизмов примыкают архаизмы грамматические – архаические грамматические варианты слов, активно функционирующие в современном литературном языке: аз, братия, дерева, дерев, древес, дитяти, други, звездами (звёздами), камения (камни), крыл (крыльев, крылами, крыльями), в небеси, око, очес (очей), словес, сыны, сынов (сыновей), и др примеры из работы Н.Н. Ивановой.

Приведём несколько примеров употребления Ахматовой грамматических архаизмов:

«Мой дом ещё следил за мной

Прищуренным, неблагосклонным оком»;

«И слышу плеск широкихкрыл

Над гладью голубой»;

«И не под защитой чуждых крыл

Я была тогда с моим народом…»;

«За окном крыламивеет

Белый, белый Духов день».

2. Другая, наиболее отчётливо выделяющаяся, группа рассматриваемого лексического пласта представлена высокой лексикой современного общекнижного фонда. Она включает в себя стилистически высокие слова современного литературного языка, определяющие торжественно – приподнятый тон текста. Употребление их не замыкается рамками собственно поэтической речи, оно характерно для книжной разновидности литературного языка в целом: « благо (добро), вершить, вещий, витать, владыка, властвовать, властелин, вовек, воздвигнуть, взлететь, возликовать, воспарить, воссиять, восславить, восторжествовать, дар, даровать, дерзновенно, доблестный, доныне, извечный, кара, карать, лик, навеки, недруг, незабвенный, нетленный, обрести, осенить, почтить, прах, превыше, предтеча, свергать, свершить, святой, творенье, творить, ликовать, торжествовать, шествовать, чаянье и др.» Названный пласт лексики широко используется А. Ахматовой:

«Там снова обретуя слёзный дар…»;

«Я сегодня тебя одарю небывалыми в

мире дарами.»;

«Молить напрасно сладостного дара

И клятв таких, каких ты не слыхала»;

«И там прощаюсь с тобою навек

Мудрец и безумец – дурной человек»;

«И звуки города – как с того света

Услышанные, чуждыенавеки»;

« Грех карают первородный уничтожение и тлен»;

«И отступилась я от всего

От земного всякогоблага»;

«Ты опять со мной, бессонница!

Не подвижный ликтвой узнаю»;

«Слово звёзды глаза голубели

Освещая измученныйлик…»;

«И стыдной болью был преображён

Над нами ликжестокий и бескровный»;

«И солнца бледный тусклый лик

Лишь круглое окно…»;

« И помертвелого месяца лик

Совсем ни к чему возник»;

«Молчит, а ликует, как царь Давид…»;

«И сердце то уже не отзовётся

На голос мой ликуя и скорбя.»

3. Достаточно широко, особенно у отдельных современных поэтов, включается в ткань лирического произведения лексика, связанная с устаревшими бытовыми явлениями, верованиями, представляющая собой наименование устарелых реалий.

Эта лексика, не имея стилистической окраски в языке, в поэтических текстах как бы окрашена принадлежностью в прошлом литературного языка к известному «высокому» предметному ряду, в основном, к сфере религиозного культа, обрядности и т.п.

Эта «окрашенность» выступает ярче или, напротив, нивелируется в зависимости от темы, лексического окружения, способа организации речевого материала в отдельном стихе и в тексте в целом: ад, аминь, ангел, апостол, архангел, благодать, благой, бог, вериги, верста, Вечеря, всенощный, гений, господь, грех, Евангелие, завет, заповедь, знамение, исповедь, Христос, колокол, лампадный, монах, праведник, литургия, обряд, пророчить, обет, протопоп, райский, риза, Таинство, усопший, упокой, херувим, царствие и др. (Н.Н. Иванова, там же).

В ряде случаев можно отмечать особую активность отдельных авторов в использовании лексического материала той или иной из выделенных групп. Например, наименование устарелых реалий и признаков на лексике так называемого «культового» тематического поля (обрядность, религиозный культ и т.п.), широко привлекается А. Ахматовой, что составляет одну из характерных черт индивидуального стиля поэта. Широкое использование лексической и семантического архаики при решении современных тем стало её своеобразным поэтическим открытием. Таким образом, она вводит в поэтическую речь мощную эмоциональную струю, которая значительно пополняет «высокий» лексический ряд своей поэзии. Это служит усилением выразительных возможностей поэтической речи, что наиболее ярко проявляется при различных внутритекстовых соединениях и противопоставлениях стилистически и эмоционально окрашенных средств.

Приведём несколько примеров использования А. Ахматовой лексики связанной с религией и церковной обрядностью:

«Я спросила: «Чего же ты хочешь?»

Он сказал: «Быть с тобою в аду»;

«Ангел три года хранивший меня

Вознесся в лугах и огне»;

«Читаю посланьяапостолов я,

Слова псалмопевца читаю…»;

«Сестру проклинает и Бога хулит

И ангелу Смерти явиться велит…»;

«И одно меня тревожит:

Если он теперь умрёт,

Ведь ко мне Архангел Божий

За душой его придёт»;

«В каждом древе распятый Господь,

В каждом колосе телоХристово,

И молитвы пречистое слово

Исцелит болящую плоть»;

«Ты – как грешник, видящий райский

Перед смертью сладчайший сон»;

«Все обещала мне его:

Край неба, тусклый и червонный,

И милый сон под Рождество,

И Пасхи ветер многозвонный»;

«Так молюсь за Твоейлитургией

После стольких томительных дней…»;

«И никаким не внемля словословьям,

Перезабыв все прежниегрехи,

К бессонейшим припавши изголовьям,

Бормочет окаянные стихи»;

«Снова мне в прохладной горнице

Богородицу молить…»;

«И праведник шёл за посланником Бога,

Огромный и светлый, по чёрное море»;

«Как будто копил приметы

Моей нелюбви. Прости!

Зачем ты принял обеты

Страдальческого пути?»;

« Когда возвращалась, маяк с востока

Уже сиял переменным светом,

И мне монах у ворот Херсонеса

Говорил: « Что ты бродишь ночью?».

4. Состав поэтической лексики неоднороден. Помимо собственно архаизмов, сюда входит ряд слов, известных современному читателю главным образом благодаря знакомству с поэзией прошлого, которые характеризуются ограниченностью связей с другими словами, что определяет их устойчивое семантическое, нередко метафорическое, наполнение. Вот перечень этих слов, к которым достаточно часто прибегают поэты современности: « блаженный (счастливый), бездна (о небе), бремя, век, венец, венок, влага, вкусить – вкушать, внимать, гений (дух), гроб (о могиле, смерти), жар (о душевном состоянии), дар (поэтический) , дева, дивный, дитя, жребий, забвенный, келья, лампада, лоно, мгла (о смерти), межа (черта, граница), небеса, небосвод, небосклон, нега (блаженство), неувядание, нива, ниспадать, обитель, объять, осенить, отрада, отчий, очи, певец (о поэте), провидец, пророк (о поэте), сень (покров), светило (о солнце, звёздах), стан, стяг, тризна, ужель, упиваться, услада, чары и др. (Н.Н. Иванова: там же).

Примеры данной лексики мы встречаем в поэзии А. Ахматовой:

«Сюда принесла яблаженную память

Последней невстречи с тобой…»;

«Я о тебе как о своём, тужу

И каждому завидую, кто плачет…

Но выкипела, не дойдя до глаз

Глаза мои не освежилавлага»;

«Но не забуду я никогда,

До часа смерти,

Как был отраденмне звук воды

В тени древесной»;

«Я знаю, ты моя награда

За горы боли и труда,

За то, что я земнымотрадам

Не представлялась никогда…»;

«Земной отрадой сердце не томи…»;

«Так от чего же такаяотрада

Эти вишнёвые видетьуста?»;

«Мне очи застит туман,

Сливаются вещи и лица,

И только красный тюльпан,

Тюльпан у тебя в петлице»;

«Где она, где свет весёлый

Серых звёзд ее очей»;

«Мне его ещё смеютсяочи

И теперь, шестнадцатой весной»;

«Всё тебе: и молитва дневная,

И стихов моих белая стая,

И очей моих синий пожар»;

«И загадочных древних ликов

На меня погляделиочи»;

«И писали в почтенных газетах,

Что мой дарнесравненный угас,

Что была я поэтом в поэтах,

Но мой пробил тринадцатый час»;

«Тем же воздухом, так же над бездной

Я дышала когда-то в ночи…»;

«И небо как пылающаябездна…»;

«Пустых небеспрозрачное стекло…»;

«Благослови же небеса-

Ты первый раз одна с любимым»;

«Но не пытайся для себя хранить

Тебе дарованноенебесами…»;

«В небесах зажглися свечи

Провожающих зарю»;

«Так, земле и небесам чужая,

Я живу и больше не пою

Словно ты у ада и у рая

Отнял душу вольную мою»;

«Позабудь о родительском доме,

Уподобься небесномукрину

Будешь, хворая, спасать, на соломе

И блаженную примешь картину»;

«Ты мои разрушилчары,

Годы плыли, как вода».

Этот перечень значительно пополнится, если принять во внимание устойчивые традиционно поэтические метафоры и символику, закреплённые литературной традицией за определёнными темами :

а) О жизни, её периодах и жизненном процессе: путь, дорога, идти, рассвет, осень, закат, вечерний. Эту традицию продолжает А. Ахматова:

«Вот она, плодоноснаяосень!

Поздновато её привели.

А пятнадцать блаженных вёсен

Я подняться не смела с земли»;

«Дал ты мне молодость трудную

Столько печали в пути…».

б) О смерти: могила, ночь, тьма, мгла, уйти, уходить, исчезнуть, гаснуть, уснуть и др.:

«Умирая, томлюсь о бессмертии.

Низко облако пыльноймглы.

«Тешил – ужас. Грела – вьюга,

Вёл вдоль смерти –мрак»

«Она была со мной в моей могиле…»

в) О поэтическом творчестве: муза, Парнас, пегас, лира, струны, флейта, гитара, балалайка, дудучка, рожок, петь, воспеть, воспевать, запеть, спеть.

Вот примеры использования А . Ахматовой этих слов:

«Весёлой Музы нрав не узнаю:

Она глядит и слова не проронит»;

«И печальная Музамоя,

Как слепую водила меня»;

«Да будет живым,невоспетым

Моей не узнавший любви»;

«Так земле и небесам чужая

Я живу и больше не пою…»

г) О чувствах, душевных переживаниях: огонь, жар, пыл, яд, гореть, пылать, остывать.

«Всё тебе: и молитва дневная,

И бессонницы млеющийжар»;

«Чтоб остудился мой постылый жар?..»;

д) О бедах, невзгодах:буря, гроза, метель и др.

«Ещё на всём печать лежала

Великих бед, недавнихгроз…»;

«Ни сына страшные глаза

Окаменелое страданье,

Ни день когда пришлагроза,

Ни час тюремного свиданья».

Таким образом, можно сделать вывод, что специально поэтический язык существует давно. Язык, для которого решающее значение имели формулы, корнями уходящие в культовое мышление, в народное творчество, исторически развивающиеся и передающиеся от поэтической системы к поэтической системе.

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/22987-klassifikacija-tradicionno-pojeticheskoj-leks