Творчество Чарли Паркера

Муниципальное бюджетное учреждение дополнительного образования «Детская школа искусств им. А.М.Кузьмина»

Реферат

«Чарли Паркер»

Выполнил: преподаватель по классу духовых инструментов

Валерий Николаевич Цой

г. Мегион

Джаз-(англ. Jazz) род профессионального музыкального искусства возник в США в конце 19-го начале 20-го века в результате взаимодействия африканской и европейской культуры. Истоки джаза в полуимпровизационных формах народного творчества в трудовых, религиозных, светских песнях негритянского населения, а также в танцевально-бытовой музыки белых поселенцев США. Термин Джаз употребляется с середины 1910-х годов. Джазу свойственны неакадемичные способы звукоизвлечения и интонирования, импровизационный характер изложения мелодии и ее разработки, регулярная ритмическая пульсация, повышенная эмоциональность.

Джаз- искусство ритма. Развитие его происходило в следующей последовательности.

1.Спиричуэлс возникли в результате приобщения негров к религии белых. Впервые негры познакомились с многоголосными хоровыми гимнами. Спиричуэлс – одно из ответвлений афроамериканского фольклорного стиля, которое определило дальнейшие пути развития джаза. Синтез европейской и африканской музыки.

2.Рабочие песни.

Песни негров - часть негритянского фольклора. Исполнялись сольно и

в группах без аккомпанимента.

3.Менестрели.

Ведут начало от старинных народных музыкальных спектаклей. Возникли в Америке в 18 веке. С середины 19 века развиваются под влиянием афроамериканского фольклора. Появляется банджо, которое придает менестрельной музыке специфический колорит.

4.Рэгтайм (рваный ритм).

Возник в конце 19 века. Известен, как стиль игры на фортепиано. Характерен своеобразной синкопированной мелодикой, четким ритмом

и «качающимся» басом в левой руке.

5.Буги-вуги.

Тоже фортепианный стиль, непрерывно повторяющиеся басовые фигурации с акцентом на каждую восьмую и шестнадцатую- «качающийся бас»

6.Традиционный джаз.

«Нью- Орлеанский стиль» был фокусирующей точной музыки юга США.

Негритянские и белые оркестры развивались параллельно. Белый традиционный джаз стали называть «диксилендом». Они играли в основном рэгтаймы, марши, блюзы.

7.Чикагский стиль.

Зародился в Чикаго в начале 20-х годов. В нем постепенно выявляется групповая игра ( группы меди, саксофонов). Совместная импровизация начинает уступать место сольной. Происходит замена инструментов – корнетисты играют на трубе, туба заменяется контрабасом, банджо – гитарой, прочно обосновываются саксофон и рояль. Известные исполнители: Джо Клиг Оливер, Луи Армстронг, Сидней Беше, Бенни

Гудмен.

8.Коммерческий джаз.

Почти полностью исключалась импровизация. Симфоджазовые оркестры со струнной группой. В этих оркестрах могли работать только образованные музыканты. Многие музыканты стали овладевать искусством аранжировки ( композиторы- Д.Гершвин, Д.Грин, Р.Роджерс).

9.Свинг - (качающийся).

Внешним толчком появления свинга явился экономический кризис 1929 года. Многие негритянские ансамбли прекратили свое существо-

вание. На смену пришли белые оркестры «биг – бенды». Музыкально свинг отличается от предыдущих стилей джаза. На первый план выступает аранжировка и сольная импровизация на фортепиано

«риффов» - 4-х тактовая повторяющаяся фраза. Усиливается роль европейских элементов в гармонии и форме.

10.Современный джаз «Би-боп».

Звукоподражательный термин. Проговаривается во время игры. Би-боп – результат развития свинга, горячая эмоциональная манера.

11.Кул – джаз – прохладный джаз.

12.Хард – боп – твердый боп.

Основоположниками одного из стилей джаза «би-боп» являлись Ч.Паркер, Д.Гиллеспи, Т.Монком.

Чарли Паркер родился в Канзас Сити, 29 августа 1920 г. в семье Адди (Бойли) и Чарльза Паркера, старшего. По происхождению негр. Имел прозвище – TheFabulousBird(«Невиданная птица»)- Пташка.

Чарли родился пухленьким и был толстым ребенком. В школе учился хорошо . Спорт его не интересовал. Он любил только музыку, много читал. У него всегда громоздились на столе горы книг. В1933 году он

начинает заниматься музыкой. Первым учителем был Алонзо Льюис.

Чарли играет на духовом баритоне и кларнете в школьном оркестре.

Прибавив себе четыре года, вступает в профсоюз музыкантов. В шестнадцать лет женится на Ребекке Раффин, которая старше его на пять лет. Из воспоминаний Адди- матери Пташки- «В семнадцать лет он первый раз попробовал наркотики и эта зависимость сопровождала всю его недолгую жизнь».

В 1939 году Паркер знакомится с Диззи Гиллеспи одним из пионеров современного джаза, тесно сотрудничают. Они были прекрасными друзьями. В клубе, где они работали в перерывах садились рядышком, клали книгу с музыкальными экзерсисами и гоняли их беспрерывно.

Один день они приносили книгу для трубы, другой – для альта. И менялись ими…По – видимому именно так Чарли выработал свой стиль,

из всяких этих инверсий и фраз, из экзерсисов, которые они грызли. Они все время вставляли эти пассажи в свои импровизации, а когда им попадался странный аккорд, то при их поразительной памяти ничего не стоило тут же вспомнить соответствующий пассаж и применить его. Здесь и кроются корни того стиля, который они создали.

Память Пташки была феноменальной и, сочетая способности постигать и помнить, он выражал впечатления и опыт через саксофон. Он уловил пульс, давление, хаос и сложность того времени и, более того,- печаль , сладость и любовь. Пташка слушал Шостаковича, Стравинского и Бартока, рассматривал произведения искусства от египетской культуры до Пикассо с одинаковым интересом – и запоминал все.

Однажды, прислушиваясь к какофоническому хору птиц и насекомых, он заметил: « Если бы мы могли воспринимать все существующие звуки, мы могли бы быстро сойти с ума».Его мог заставить задуматься просто непосредственный, свободный жест ребенка. Пташка был устремлен, главным образом, к познанию « внутреннего смысла жизни»,- он не сомневался, что ключ к этой теме хранит Природа. Он был чрезвычайно восприимчивым существом, вводил в свою музыку все звуки окружающей его жизни – шорох шин автомобиля, гудения ветра в ветвях деревьев…Для него все имело музыкальный смысл. Когда лаяла собака, он говорил, что она рассказывает. В свободное время Пташка ездил по сельским дорогам смотреть как падают листья, - он уверял, что может звуком выразить все явления природы.

Музыка Пташки настолько совершенна, что выглядит математически просчитанной. Если бы он был композитором симфонической традиции, он мог бы написать сотни композиций, просто записывая свои идеи, подобно тому как композитор « серьезной музыки» использует идеи народных песен, фольклора и другого музыкального материала. Разница, однако в том, что у Пташки этот материал создавался тут же на месте, во время его соло, которые можно превратить в прелюды, фуги, симфонии и концерты. Музыка Пташки тональна. Структура его музыки настолько совершенна, что нельзя убрать, ни добавить, ни од-

ной ноты – все равно не улучшить!

Пташка был мастером шоу, однажды он опоздал на концерт в середине второго номера он входит через зал и специально для эффекта начина-

ет играть от самой двери. Все лица с восторгом оборачиваются к нему глаза и уши с лихорадочным возбуждением следят за его продвижением к эстраде. Его несомненная одаренность как шоумена проистекала из враждебной способности мгновенной оценки ситуации, умения выдать именно те эмоциональные и раскованные действия, которые аудитория и прочувствовала бы, и оценила.

На сцене Пташка был причиной постоянного веселья, потому-что он был просто кудесником в смысле умения с помощью сакса передавать целые музыкальные послания, от которых можно было лопнуть от смеха. Например: «Привет, красотка».

Чарли Паркер был великолепным мастером импровизации, он настолько ушел вперед, у него был свой метод – начинал всегда с аккордов – «Си» или «Си-бемоль»; затем импровизировал целый цикл на этой гармонии и только за два-три такта до средней части возвращался к первоначальной гармонии.

Одной из главных вещей в жизни Пташки было то, чтобы его признали как художника на более высоком уровне, чем ночной клуб. Он хотел, чтобы признали его композиторы. Он хотел, чтобы все поняли , какой он мастер. Чарли Паркер не только создал ту жизненную силу, которая есть сущность бопа, не только адекватно выражал ее в музыке, - он был одновременно и творцом, и исполнителем. Между бопом и предшествовавшими ему стилями джаза существует значительный разрыв. Самым сложным аспектом бопа является та огромная изобретательность, которая необходима для создания мелодической линии.

Это – истинное творчество. Общий контекст импровизируемой музыкальной линии слагается из большого количества точно продуманных фраз, причем каждая из них сама по себе является самостоятельной идеей, могущей быть использованной в сочетании с любой другой фразой и в любой другой мелодии, чья гармония хроматична или диатонична. Это можно сравнить с деревянной головоломкой , которую можно собирать из отдельных элементов в сотнях вариантов, получая каждый раз законченную структуру, общий характер которой отличается от всех предыдущих.

Чарли был слишком суров к себе. Его невероятные мелодические линии, сложный ритм, светлый звук с минимальной вибрацией замечательны. Чувство ритма у Пташки было невероятным. Изумительно богатая ритмика его импровизаций имеет своим источником чередование акцентов, их непрерывное противопоставление. Пташка редко говорил о своей музыке. Он просто создавал новые, усложненные гармонии, прогрессии, либо ярко выраженные, либо скрытые по форме. Его высказывание «Музыка – это ваш жизненный опыт, ваши мысли, ваша мудрость. Если вы не живете ею, она не родится из вашего инструмента. Говорят, что в музыке есть предел. Но искусству ведь нет границы»

«Пташка» было подходящим прозвищем для него. Он был свободен, и он пел. Его музыка парила, стремительно пикировала и планировала на недосягаемой высоте. Пальцы Пташки летали как маленькие птички по клапанам саксофона. Первое, что поражало слушателей в его музыке, это скорость его игры. Поставив пластинку Паркера на скорость 16 оборотов в минуту, и услышишь как то, что на нормальной скорости казалось коротенькой завитушкой, становится совершенной по структуре фразой. Его уверенность, прямая атака и сдержанная лиричность непревзойденны. Возможно, самой большой трагедией его жизни было то, что на дисках он звучит не так хорошо, как обычно звучал «живьем». Как то в интервью журналу «Даунбит» в июне 1951 года на слова репортера, какую из своих записей он считает лучшей. Пташка грустно ответил: «Сожалею, но моя лучшая запись еще в будущем… Но если хотите знать о моей худшей, я бы назвал LoverMan.

Паркер обладал фотографической памятью, зайдя в музыкальный магазин и просмотрев ноты покупать их уже не надо. Ему достаточно было посмотреть один раз пьесу и он ее запоминал. Он был гением.

Пташке было 15 или 16 лет, когда его приучили к наркотикам музыканты постарше. Они ему говорили, что если он хочет играть лучше, то нужно принимать их. Бедный мальчишка, он не знал, какие будут последствия. Острый ум Пташки все превращал в творчество – он и к наркотикам отнесся новаторски, изобретая все новые и новые способы применения.

Канзас Сити – это Новый Орлеан. Канзас Сити – дом джаза в той же степени, в какой Новый Орлеан – дом дикселенда. Когда Чарли было 14, он уже хаживал в злачные места. Там он не играл, а пока только слушал. Там уже, на улице, он старался играть вместе с оркестром- то есть оркестр « дул» внутри, а Пташка, которого по возрасту не пускали в ночной клуб, стоял, прислонившись ухом к стене, и подбирая аппликатуру на инструменте, подыгрывал бэнду. Так он учился. И так получил свое прозвище: на него всегда натыкались во дворе, ну и прозвали «Ярдбёрд» ( yard- двор, bird- птица). Иногда его видели спящим тут же на панели, так он уставал. Когда ему исполнилось 16 или17 лет, его взял в свой оркестр Джей Мак Шенн.

В возрасте 16 лет Пташка выглядел на все 38. У него было самое старое лицо в этом возрасте. Как он жил: никогда не знал, день сейчас или ночь; ел всегда урывками. Пташка не боялся смерти – он обнимайся с ней, он был с ней в интимных отношениях. Чарли Мингус рассказывает, как Пташка однажды подошел к нему и вдруг сказал: « Умри!»

Мингус отпрянул и, ошеломленный, спросил: « Зачем это ты так со мной, Чарли?». « Потому что ты этого хочешь», - улыбнулся Пташка. Мингус вспоминает, что в это время он действительно был в депрессии, и Паркер почувствовал это. « Ты умер бы за меня? Я бы за тебя умер», - говорил он Мингусу.

В 1949 году весь Париж был у ног Пташки. На концерте исполнялась NightOfTunisia, а там, есть часть, где внезапно – брек, и Пташка должен заполнить; он это делает, и зал прямо обрушивается аплодисментами. Пташка за всю жизнь не сталкивался с таким энтузиазмом. Он стоял посреди сцены, и его лицо выражало ликование.

Пташка весь был в музыке. Он должен был иметь все. Когда он играл, казалось, ему никогда не наиграться вдоволь, и ничто не могло его остановить. Одним из проявлений его гения было то, что он черпал вдохновение отовсюду. Он мог преображать самые сухие идеи, даже упражнения для саксофона. Повсюду он собирал всякие обрывки, а потом использовал их. Послушав Шопена, он вставлял в свои импровизации целые цитаты, включая в свой репертуар темы, которые никто и не подумал бы играть, и они становились стандартами.

Пташка был как солнце – он излучал энергию, которая питала всех музыкантов. Он был как переполненный сосуд. В любой музыкальной ситуации идеи били из него фонтаном, и это вдохновляло тех, кто был рядом. Его игра воздействовала на каждого музыканта оркестра, независимо от инструмента.

Одним из его желаний было сочинить джаз- балет. Он мечтал заниматься у Пауля Хиндемита в Йельском университете. Ему хотелось сделать так много. Трудно сказать, как далеко ушел бы Чарли в своих музыкальных поисках, будь он жив.

12 марта 1955 года в 8 часов 45 минут Пташка умер в апартаментах отеля, где жила его приятельница- баронесса. «Ника» бала другом и меценатом многих новаторов джаза. Паркер был в числе ее друзей в течение многих лет.

Смерть Паркера повлекла за собой самые дикие догадки, самую « желтую» прессу и самые невероятные слухи. Для бульварных журналов вся эта история была лакомым куском, который они смачно пережевывали на страницах своих изданий.

Из воспоминаний Баронессы. «Врач был у нас через пять минут после смерти Пташки и за полчаса до нее. Он абсолютно правильно записал имя и на глаз определил возраст – 53 года. Я не могла поправить его, так как сама не знала. Вскрытие установило, что он умер от пневмониии от сердечного приступа, а также у него была еще язва и застарелый цирроз печени.

Он заехал ко мне в отель в тот вечер перед отъездом в Бостон, где у него была халтура в «Сторивилле». Саксофон и чемоданы оставались внизу в машине. Первое, показавшееся мне необычным, было то, что он отказался выпить. Он выглядел совсем больным. Чуть позже его стало рвать кровью. Я вызвала врача, тот заявил, что ни о какой поездке не может быть речи. Мы с дочерью по очереди ухаживали за ним. Так продолжалось два или три дня. Доктор приходил три раза в день. Прежде, чем уйти в последний раз, он сказал: « Должен предупредить, что этот человек может умереть в любой момент». Доктору понравился Пташка, который, когда его не мучили приступы, был в замечательном расположении духа. Доктор очень заинтересовался и выразил желание познакомиться с творчеством своего пациента. Мы с Пташкой потратили массу времени, выбирая ему пластинки для прослушивания.

Пташке стало настолько лучше, что доктор согласился позволить ему встать и смотреть программу Томми Дорси по телевидению.

Мы усадили его в кресло, обложили подушками и завернули в одеяло. Пташка с наслаждением смотрел передачу. Он был поклонником Дорси и не видел в этом ничего странного. « Это замечательный тромбонист»,- говорил он. Тут на экране появились жонглеры и начали перебрасываться кирпичами, которые у них зависали в воздухе, как склеенные, по несколько штук. Дочка все приставала ко мне и Пташке, как они это делают, но мы с загадочным видом помалкивали. Внезапно в разгаре номера они уронили кирпичи, и мы все трое расхохотались. Пташка хохотал, как сумасшедший, так что вдруг стал задыхаться. Он привстал, но снова задохнулся, может быть, дважды, и снова сел. Я не-

медленно бросилась к телефону, чтобы вызвать доктора, но дочка сказала: « Не беспокойся, мамочка, все уже прошло». Я подошла к Чарли и пощупала пульс. Пташка полулежал, откинувшись на спинку кресла, но голова его склонилась на грудь. Он был без сознания. Я еще раз смогла нащупать пульс. Потом он исчез. Я не хотела верить этому. Щупала свой пульс, пыталась убедить себя, что слышу не мой, а его. Но внутренне я уже знала: Пташка умер.

В момент его смерти раздался страшный удар грома. Тогда мне было не до того, но с тех пор я часто вспоминаю этот раскат и думаю, как это все странно. Была ночь с субботы на воскресенье. В час ночи его увезли, и с тех пор я уже ни в чем не участвовала».

Жизненная философия Чарли некоторым образом опровергала его образ жизни. Он часто говорил –« Самое лучшее, что может получить от жизни человек, это добиться удовлетворения своих желаний. Если для полного счастья тебе нужно съесть этот стакан – съешь его!». Но самым важным результатом его жизни было не то, как он ее прожил, а то, как он воздействовал на других, и то, что он оставил для потомков. Чарли оказал такое влияние в своей сфере, что сделал счастливыми тысячи людей. И сейчас тысячи живут Пташкой.

Благодаря гению Чарли Паркера джаз не только приобрел новое качество, но и изменил свое назначение – от музыки, имевшей в основном развлекательный, прикладной характер, он поднялся на высшую ступень, переместившись в сферу эмоционально- духовного творчества. Ошеломляющая, никем не превзойденная до наших дней техника

явилась для Паркера средством, с помощью которого он в минимальные временные периоды мог выразить необыкновенно большое количество музыкальных идей, насыщенных богатым эмоциональным зарядом и логически совершенных. Но и в джазовом искусстве, в силу его специфики, инструментальное мастерство не является чем-то самодовлеющим, вынесенным за рамки творческого процесса. Техника джазмена – то же творчество, его органический элемент, теснейшим образом соединившийся в одно целое с идеей, требующей для ее существования единственно подходящего, в каждом случае « своего» языка.

Чарли Паркеру, одаренному уникальным талантом и огромным творческим потенциалом, было что сказать миру. Его импровизации, исполненные на невероятной скорости, настолько блистательны, что каждая из них может служить отдельно взятой композицией. Кажется, что Паркер преодолел неуклонно размеренный ход времени и заставил его расступаться или замедляться в момент игры – так необъяснимо и неправдоподобно свободны его знаменитые полеты соло.

Паркер силой своего искусства возвышается над своей жизнью, которая до краев наполнена любовью и отчаянием, несбывшимися надеждами и безмятежностью, нелепостями и озарениями.

Список литературы.

Роберт Джордж Рейзнер. «Пташка. Легенда о Чарли Паркере».

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/200142-tvorchestvo-charli-parkera