Литературная гостиная "Уроки А.П.Чехова"

Оформление.

Выставка книг А.П.Чехова и литературы о нём. Два журнальных столика. На одном – портрет А.П.Чехова в молодости, пенсне, томик Чехова с рассказом «Жалобная книга», ручка, чернильница, листы бумаги.

На стенде – эпиграф: «Моё святое святых – это человеческое тело, здоровье, ум, талант, вдохновение, любовь и абсолютнейшая свобода – свобода от силы и лжи...»

В вечере занято семь человек (их может бытъ и меньше). Они свободно двигаются по сцене, то присаживаясь к столику, то подходя к книжной выставке.

1-й чтец. «К моим мыслям о человеческом счастье всегда почему-то примешивалось что-то грустное... Я соображал: как, в сущности, много довольных, счастливых людей! Какая это подавляющая сила! Вы взгляните на эту жизнь: наглость и праздность сильных, невежество и скотоподобие слабых, кругом бедность невозможная, теснота, вырождение, пьянство, лицемерие, вранье... Между тем во всех домах и на улицах тишина, спокойствие; из пятидесяти тысяч, живущих в городе, ни одного, который бы вскрикнул, громко возмутился... Все тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика: столько-то с ума сошло, столько-то вёдер выпито, столько-то детей погибло от недоедания... И такой порядок, очевидно, нужен; очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут свое бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно. Это общий гипноз. Надо, чтобы за дверью каждого довольного,  счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда –болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других».

2-й чтец. Эти слова были написаны почти сто лет назад, но звучат, словно они родились только что и относятся к нашей сегодняшней жизни. В них – весь Чехов. Антон Павлович и был тем самым «человеком с молоточком, который напоминал в своё время, да и теперь напоминает, что жить пошло, скучно, безынтересно нельзя, что «в человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли...» Он самый близкий из классиков к нам по времени, мироощущению и тому идеалу, который он выдвинул в своем творчестве.

3-й чтец. Но, чтобы понять Чехова-человека, не нужно представлять его себе таким, каким он выглядит на портретах последних лет: с утомленным лицом, в пенсне, делающим взгляд тусклым. Это не подлинный Чехов. Болезнь и надвигающаяся смерть сделали его таким. Ведь он прожил всего 44 года. Лучше взгляните, каким Чехов был в двадцать лет. Искренний, смелый взгляд, бесстрашно устремленный на мир. Правдиво рассказывал он о людях, обо всем, что видел вокруг. Им восхищался Толстой. Музыкальной тонкостью чувств он напоминал Шопена. Это был не просто художник, это был человек, который открыл для себя и предложил людям особый образ жизни и мышления. Иными словами, это был человек, который сделал себя сам.

4-й чтец. Родился Чехов на берегу Азовского моря, в уездном городе Таганроге, в семье купца третьей гильдии. Мещанская бедность семьи, молчаливая мать, строгий отец, заставлявший по ночам старших сыновей петь в церковном хоре, мучивший их спевками поздними вечерами. Нередко он требовал, чтобы они сидели в качестве «хозяйского ока» в лавке. Правда, это сидение в лавке даёт Антону раннее знание людей, делает его взрослей, так как лавка его отца была клубом таганрогских обывателей. Знанию жизни помогло то, что он с шестнадцати лет жил среди чужих, зарабатывая себе на хлеб, а затем в Москве ещё студентом много толкался в мелкой прессе, где человеческие недостатки и пороки не очень-то скрываются. К тому же чуть не с первых курсов стал работать летом в земских больницах. Долг перед семьей был для Чехова святым:

6-й чтец. (В роли А.П.Чехова.) «Отец и мать – единственные для меня люди на всем земном шаре, для которых я ничего никогда не пожалею. Если я буду высоко стоять, то это дело их рук...»

5-й чтец. Однако обстановка в семье была сложной. У отца был вспыльчивый, крутой характер, от которого нередко страдали жена и дети. Но воспитание – великое дело. И могучая власть чеховской педагогики коснулась и отца, не говоря уже о братьях и сестре. Характерно, что в письме к тридцатилетнему брату Николаю двадцатишестилетний Антон объясняет, что такое воспитание.

6-й чтец. Воспитанные люди должны удовлетворять следующим условиям:

1. Они уважают человеческую личность, всегда снисходительны, мягки, уступчивы.

2. Они уважают чужую собственность, а потому платят долги.

3. Не лгут даже в пустяках. Они не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают.

4. Они не унижают себя с той целью, чтобы вызвать в другом сочувствие.

5. Они не суетны.

6. Если имеют в себе талант, то уважают его. Они жертвуют для него всем.

7-й чтец.  Тут нужны беспрерывные дневной и ночной труд, вечное чтение, воля…

Это письмо интересно не только как назидание. Из него можно понять, как воспитывал себя Антон Павлович и как требователен был к себе. Оно также объясняет многие стороны его характера.

3-й чтец. Однажды его посетили три пышно одетые дамы, наполнив комнату шумом шелковых юбок и запахом крепких духов, они заговорили о политике и начали ставить вопросы.

(Роли  распределяются между чтецами-девушками и 6-м чтецом.)

• Антон Павлович! А как вы думаете, чем закончится война?

3-й чтец. Антон Павлович покашлял и тоном серьезным и ласковым ответил:

• Вероятно, миром...

• Ну да, конечно! Но кто же победит? Греки или турки?

• Мне кажется, победят те, которые сильнее...

• А кто, по-вашему, сильнее? Кто сильнее?

3-й чтец. Наперебой спрашивали дамы.

• Те, которые лучше питаются и более образованны.

• А кого вы больше любите – греков или турок?

3-й чтец. Антон Павлович ласково посмотрел... и ответил с любезной улыбкой:

• Я люблю мармелад... А вы любите?

3-й чтец. Он терпеть не мог таких слов, как красиво, сочно, красочно. И возмущался вычурностью московских дам.

4-й чтец. Он любил повторять, что человек, который не работает, всегда будет чувствовать себя пустым и бездарным. Праздная жизнь не может быть чистою. Сам же он работал, даже когда слушал. Его записные книжки полны сюжетов, схваченных на лету. Иногда он вынимал из стола записную книжку и, подняв лицо и блестя стеклами пенсне, говорил:

6-й чтец. «Ровно сто сюжетов! Да-с, милостивый государь! Не вам чета, молодым! Хотите, парочку продам?»

1-й чтец. Какие сюжеты он предпочитал? Простые. Например, профессор узнает, что болен неизлечимой болезнью, и ведет дневник своих последних месяцев. Чехова поразил контраст между трагизмом надвигающейся смерти и обыденностью последних поступков человека. Так родилась «Скучная история».

5-й чтец. Еще сюжет. Человек, у которого колесом вагона отрезало ногу, беспокоится, что в сапоге, надетом на отрезанную ногу, 21 рубль. Или: Икс, бывший подрядчик, на все смотрит с точки зрения ремонта и жену себе ищет здоровую. Н. прельщает его тем, что при всей своей громаде идёт тихо, плавно, всё, значит, в ней на месте.

2-й чтец. Сюжеты его просты и ненадуманны. Он берет их из жизни. Вот, к примеру, «Майонез». Чиновник брал взятку. В самый момент грехопадения вошел его начальник и подозрительно впился глазами в его кулак, в котором лежала благодарственная кредитка. Чиновник ужасно смутился.

• Послушайте! – обратился он к просителю, разжимая кулак. – Вы забыли что-то у меня в кулаке!

7-й чтец. Когда козел бывает свиньей? Повадился к нашим козам чей-то козел ходить, – рассказывал один помещик. – Мы взяли и побили его. Он продолжал всё-таки ходить. Мы его выпороли и к хвосту его палку привязали. Но и это не помогло. Подлец всё ещё продолжал лазить к нашим козам. Хорошо же! Мы его поймали, насыпали ему в нос табаку и вымазали скипидаром. После этой экзекуции он не ходил три дня, а потом опять начал ходить. Ну, не свинья ли он после этого?

5-й чтец. Петербургский репортер N.N., обозревая прошлогоднюю мануфактурную выставку, остановил, между прочим, своё внимание на одном павильоне и начал что-то записывать.

• Это не вы обронили четвертную? – обратился к нему хозяин павильона, подавая ему бумажку.

• Я уронил две четвертные! – нашёлся репортер.

Экспонент изумился такой находчивости и подал ему другую четвертную. Это не анекдот, а быль.

2-й чтец. Будучи врачом, он мог наблюдать людей в самые отчаянные и кризисные моменты. Болезнь и нищета не лгут. Человек представляется Чехову существом страдающим и часто в своей гнусности близким животному. Ему доводилось видеть мужика с пропоротым вилами животом; женщину, обварившую кипятком ребенка ненавистной соперницы. Он записывает:

6-й чтец. «Когда живешь дома, в покое, то жизнь кажется обыкновенною, но едва вышел на улицу и расспрашиваешь, например, женщин, то жизнь ужасна.  Но, если жизнь ужасна, как вынести её самому и как помочь другим?»

7-й чтец. Прежде всего, активным состраданием. Ни один писатель не действовал так активно, как Чехов – врач и советчик. Он пытался облегчить людские страдания. Кстати, доктором он был превосходным, живя в Мелихове, он обслуживал 25 деревень, 4 фабрики и монастырь. Часто приходилось ходить пешком по осеннему бездорожью, по двое суток не ночевать дома.

Обращавшихся к нему за помощью Чехов лечил бесплатно. 3нания врача помогали ему в литературной работе.

5-й чтец.  Да, Чехов оставил о себе самую добрую память. Стоит вспомнить и три школы, построенные им, две из которых действовали до 1975 года, а теперь стали филиалами музея. Он строил дороги, мосты, копал пруды, сажал деревья. Он украшал землю и жизнь вокруг себя в самом прямом смысле этого слова.

2-й чтец. Но вернемся к его милосердию, активному состраданию. Как они проявились в творчестве? В полной мере. В его писательской этике прежде всего. Он считает, что писатель должен изображать, а не судить. Литература, с точки зрения Чехова, должна быть правдивой и честной.

4-й чтец. Для Чехова ни одно явление жизни не было маленьким: всё достойно наблюдения. Сквозь одно маленькое явление он видел человеческий характер очень далеко и очень глубоко. Его маленькие рассказы стоят многотомных произведений. В них боль, страдание, ирония, любовь, юмор.

Инсценировки 2-х рассказов.

7-й чтец. Да, он любил только всё настоящее, искреннее, органическое. В своих работах да и в жизни он никогда не говорил о себе, о своих вкусах, взглядах. Кстати, это привело к тому, что его долго считали беспринципным, необщественным. Но симпатии его были чрезвычайно устойчивы, определенны. И среди них первое место занимала естественность.

5-й чтец. Он любил жизнь, радость, умел ценить человеческое общение. Сам был необыкновенно талантлив в общении, часто затевал импровизации. Так и видишь его в то время: высокий, изящный, гибкий, очень подвижный, со светло-карими веселыми глазами, магически влекущий к себе. К своей неугомонной веселости он приобщал всех.

2-й чтец. Например, сунуть московскому городовому в руки тяжелый арбуз, обёрнутый бумагой, и сказать: «Бомба! Неси в участок, да смотри осторожнее!»

7-й чтец. Или уверить до святости наивную молодую писательницу, что его голуби с перьями кофейного цвета происходят от помеси голубя с кошкой такой же окраски, живущей во дворе...

5-й чтец. А его письма? Возвращает он приятелю на время взятый у него сюртук и пишет: «Желаю, чтобы он у тебя женился и народил множество маленьких сюртучков... Или: «Если не приедете, то желаю вам, чтобы у вас на улице публично развязались тесёмки.....

2-й чтец. Разговаривая с близкими, Чехов часто заменял их имена фамильярными кличками, которые часто прилипали к ним на всю жизнь. Лику Мизинову он звал Канталупа, брата своего Александра –Финилюга, детородный чиновник; другого брата Николая – Косой, Кокоша, Мордокривенко, а какую-то девицу – Самоварочка. В его маленьких рассказах та же вакханалия веселости.

Читается по ролям «Жалобная книга».

1-й чтец. Всех изумляли свобода и лёгкость, с которой могучая энергия творчества воплощалась в несметное множество разнообразных рассказов.

2-й чтец. Что же всё-таки сделало его произведения вечными, неувядающими? Прежде всего, бесконечная влюблённость в жизнь, радость бытия. Для него интересно всё: природа, погода, лица, манера говорить, двигаться.

3-й чтец. Да, Чехов, как никто другой, умел быть самим собой и в жизни, и в творчестве.

4-й чтец. Уроки его доброты, бескорыстия, правдивости непреходящи.

5-й чтец. Это и есть та чистая жизнь, к которой Чехов указывает нам путь.

7-й чтец. Это и есть настоящая подлинная любовь к человеку.

Автор материала: Пьянкова Ирина Викторовна